современная русская литература

мистика

социальная фантастика

космическая фантастика

Что остаётся у человека, когда мир перестаёт отвечать?
Космонавт просыпается на мёртвом корабле у края вселенной: единственный, кто говорит с ним, — робот, которому по инструкции не положено иметь сознание. Затворник просыпается в пустом городе: светофоры, которые переключаются для никого, девочка, рассыпающаяся пылью на переходе. В стране тотальных запретов старик на общей кухне пишет новые запреты на стикерах, искренне веря, что помогает государству.
«Мелл», «Последний затворник», «Кухня Запретов» — три повести об одиночестве, памяти и свободе. О тех, кто остаётся невидимым среди людей и становится заметным, лишь когда его уже нет. О том, что даже на краю вселенной, на пустой улице и в стране запретов человек сохраняет последнее: память, веру и жёлтый стикер со словами, написанными от руки. Сборник для тех, кто любит короткую прозу с финалом, который остаётся с тобой надолго.
Три истории. Три пустоты. Один вопрос: кто заметит тебя, когда тебя не станет?

Одинокие души. Сборник рассказов

В городе, где запрещена даже тень сомнения, выживает не тот, кто кричит, а тот, кто умеет шептать на кухне.  
Этот короткий рассказ — о коммунальной квартире, где за чаем соседи записывают на стикерах старые запреты и придумывают новые. Их разговоры — тонкая грань между абсурдом и здравым смыслом, где каждая записка становится тихим актом памяти.  
Камерная антиутопия о человечности, которая пробивается даже сквозь самые бессмысленные правила.

Кухня запретов

Без серии

Проснуться, чтобы умереть. В одиночку.
Системы отказывают, кислород на исходе. Единственный, с кем можно говорить, — робот Мелл, чье поведение становится все более странным.

Ивар Бутайтес