Пятнадцать иронических рассказов о любви без актов мщения, браконьерской охоты на плохих парней и постельных сцен. Ведь все мы хорошо знаем, что любовь — все прощает, она — не ищет своего, а что касается секса, то он все-таки должен быть только в постели, а не в стране, так сказать, в целом.
«Какая радость… Всегда радость, если человек, которого давно считаешь погибшим, вдруг оказывается живым. Радость, даже если его едва знаешь. А когда он друг? Тот, чье письмо сейчас передо мной, – мой давний друг. Никто, может быть, не знает так хорошо некоторых подробностей его приключений в 18 г., как знаем мы. Но в 18-м же году он уехал в Сибирь, в белую армию, и до сегодня мы ничего о нем не сл…
Научно-художественная книга английского писателя, уже известного читателю по книгам «О всех созданиях – больших и малых» и «О всех созданиях – прекрасных и удивительных», завершает серию очерков ветеринарного врача о животных и их владельцах, с которыми ему приходилось встречаться за время своей многолетней практики. Для любителей литературы о животных.
«„Отцы и дети“ – это, в конце концов, только художественный образ. Он понравился, привился, но вряд ли можно ставить его темой серьезного обсуждения. Спор „отцов и детей“ – лишь фигуральное определение двух, непосредственно одно за другим следующих поколений, непременно будто бы друг с другом несогласных…»
«Это – краткая сводка, конспект современных разговоров, ставших „почти банальными“. Но, может быть, как раз своей повторяемостью (почти без вариаций, лишь с новыми деталями), упорным возвращеньем к столь „общеизвестному“, разговоры эти и примечательны. Скажу, кстати, что мысли „Оптимиста“ мне приходилось слышать не только от дилетантов, но и от представителей эмиграции довольно известных, даже пар…
«Да, это верно, первые «непримиримые» – большевики, и уже потому с ними невозможно. Им подчинялись – или не подчинялись; но никто еще не «мирился»: не дано…»
«К журналу «Версты», – недавно вышедшему толстому зарубежнику, – я намереваюсь подойти весьма просто. Просто исследовать, что это такое. Для этого мне совершенно достаточно «ума холодных наблюдений»; а «заметы сердца», горестные или не горестные, пусть делают читатели…»