Книги жанра литература 19 века
«Его звали Чарли Мирс; он был единственный сын у матери-вдовы, жил в северной части Лондона и ходил ежедневно в Сити, где он служил в банке. Ему было двадцать лет, и он был полон надежд на будущее. Я встретился с ним в бильярдной, где маркёр называл его просто по имени, а он называл маркёра Бельсей. Чарли объяснил мне с некоторой нервностью, что он пришёл сюда только посмотреть на игроков, а так к…
«Когда император Александр Павлович окончил венский совет, то он захотел по Европе проездиться и в разных государствах чудес посмотреть. Объездил он все страны и везде через свою ласковость всегда имел самые междоусобные разговоры со всякими людьми, и все его чем-нибудь удивляли и на свою сторону преклонять хотели, но при нем был донской казак Платов, который этого склонения не любил и, скучая по …
«Говорит брат сестрице: – «Как умерла наша родимая матушка, не выпало нам на долю ни одного часа доброго: бьет нас лихая мачеха каждый день, кормит объедками да корками сухими. Ведь собаке иной житье лучше нашего…»
«Еще и дедушки наши на свет не родились, давно-давно, в некотором царстве жили-были муж с женою. Им очень хотелось иметь детей, но прошло много лет в напрасном ожидании. Наконец, обрадовал их Господь надеждой, что будет у них ребенок. Муж от радости не знал, чем угодить своей жене; готов был исполнять всякие её прихоти. По соседству с ними был прекрасный сад, который принадлежал злой волшебнице, –…
В воспоминаниях командира 30-го Донского полка рассказывается о героических делах казаков-донцов в порой невероятно трудных условиях на Русско-Турецкой войне за освобождение Болгарии 1877–1878 годов. По возможности сохранены авторские орфография и пунктуация. Печатается по изданию 1877 года.
«Так давно, что и бабушки наши не запомнят, еще когда много на свете чудес случалось, жил-да-был король. Все его дочки были собой хороши, а уж младшая – такая была раскрасавица, что само солнышко ясное, – оно ли чудес не видало, – дивилось на нее глядя. Неподалеку от королевского замка начинался дремучий лес, а в том лесу, под старой липой, был колодец…»
«Ну-ка, расскажу я вам сказку, а вы мне дайте баранок вязку. Жили да были петушок с курочкой. Вот и говорит петушок курочке: „А что, курочка, ведь орехи поспели; заберемся мы с тобой на гору и наедимся там орехов досыта, пока белка в дупло их не перетаскала“. „Что ж, – отвечала курочка, – пойдем!“ Побежали они на гору, и остались там до самого вечера…»
«Жила-была девица красавица, только уж, куда, прясть не охотница: сколько мать ни принуждала ее, – не могла усадить за прялку. Вот, раз мать до того рассердилась на свою ленивицу, что побила ее, а та давай плакать в голос…»
«В царствование Екатерины II, у некоторых приказного рода супругов, по фамилии Рыжовых, родился сын по имени Алексашка. Жило это семейство в Солигаличе, уездном городке Костромской губернии, расположенном при реках Костроме и Светице. Там, по словарю кн. Гагарина, значится семь каменных церквей, два духовные и одно светское училище, семь фабрик и заводов, тридцать семь лавок, три трактира, два пит…
«Было около полуночи. В комнате слышалось глубокое дыхание спящих детей. В углу комнаты, на полу, стоял медный таз. На дне его было немного воды и стояла сальная свеча в подсвечнике. Свеча сильно нагорела, фитиль покрылся темною шапкой и тихо потрескивал. Кроме того, на стене стучал маятник, а на полу, в освещенном кружке около таза, разместились несколько тараканов. Сдавшись на задние лапки и под…
«Середина апреля. Вечер. Я иду по узкой, твердой, корчеватой лесной дорожке, которая двумя глубокими песчаными колеями вьется среди хвойного молодняка, выросшего вокруг серых дряблых пней. Рядом со мною идет Кирила, сотский из Зульни, впереди – полесовщик Талимон. Оба они шагают редко, но размашисто: под их ногами, обутыми в лыковые постолы, не треснет ни одна сухая веточка…»
Рассказ получил положительную оценку рецензента «Русской мысли» (1900, № 9). «Тип „непутевого“ забулдыги Спирьки, бывшего когда-то заправским мужиком, но со смертью жены потерявшего все свое крестьянское хозяйство и попавшего таким образом в деревенские лишние люди, выхвачен из самого сердца нашей крестьянской жизни. Читатель и смеется над несуразным, нескладным Спирькой, и удивляется его удали и …