Книги жанра литература 20 века
Мир, созданный Андреем Платоновым, это мир гениальных, самоотверженных и влюбленных в жизнь людей. Для них не существует препятствий на пути переустройства и всей вселенной. Подвиг для этих людей – скорее обыденность, чем вынужденная мера. Их сердца наполнены неподдельной страстью к своему делу и любовью к Родине, нежностью и мужеством. Их миллионы, и все они живут в мире, описанном Андреем Платон…
«Что будем делать в эти весенние дни, которые теперь быстро наступают?..»
Долгое время «Праздник, который всегда с тобой» публиковался по изданию 1964 года, вышедшему спустя три года после смерти писателя. Почти полвека спустя внук и сын писателя, проделали огромную работу и восстановили подлинный текст рукописи в том виде, в каком он существовал еще при жизни писателя. Теперь у вас есть возможность познакомиться с текстом, который является менее препарированным и более…
«Собираясь войти в гостиную, Дружинин вытирал платком запотевшие стекла пенсне. За малиновой бархатной портьерой послышалось твердое, уверенное, хорошо знакомое ему постукивание каблуков. Щеголеватой походкой нестареющего сорокапятилетнего мужчины Башкирцев шел через переднюю с какими-то чертежами и планами…»
«За Зурбаганом, в местности проклятой самим богом, в голой, напоминающей ад степи, стояла каменная статуя, изображающая женщину в сидячем положении, с руками, поднятыми вверх, к небу, и глазами, опущенными к земле. Никто из жителей окрестностей Зурбагана не мог бы указать происхождения этой статуи, никто также не мог объяснить, кого изображает она. Жители прозвали статую „Ленивой Матерью“ и с суев…
«За Зурбаганом, в местности проклятой самим богом, в голой, напоминающей ад степи, стояла каменная статуя, изображающая женщину в сидячем положении, с руками, поднятыми вверх, к небу, и глазами, опущенными к земле. Никто из жителей окрестностей Зурбагана не мог бы указать происхождения этой статуи, никто также не мог объяснить, кого изображает она. Жители прозвали статую „Ленивой Матерью“ и с суев…
Мы продолжаем уникальную серию аудиокниг по произведениям Сергея Довлатова! «Марш одиноких. Рассказы» – новый сборник рассказов легендарного автора в исполнении Анатолия Белого, Максима Виторгана и Максима Суханова. В 1980 – 1980 гг. Довлатов вел рубрику в еженедельнике «Новый американец», являясь его главным редактором. «Марш одиноких», давший название всему сборнику, представляет собой собрание …
В наши дни существует такое изобилие различных кафе, баров, и закусочных и они настолько плотно вошли в нашу жизнь, что сложно себе представить, как каких-то тридцать лет назад поход в подобное заведение был целым событием и позволить себе подобную роскошь мог далеко не каждый. Поэтому настоящей палочкой-выручалочкой для всех советских страждущих стали пивные автоматы, появившиеся буквально в кажд…
«Джемс Лэйт завтракал у большого открытого окна. В саду китаец – садовник поливал из шланга лимонные, апельсинные деревья и кусты роз. Несмотря на ранний час, было уже жарко. Вошел загорелый мальчик в коротенькой курточке с блестящими маленькими пуговками, поклонился, подал на подносе письма и газеты, сказал: – Утренняя почта, сэр! – и вышел, тихо ступая…»
«Джемс Лэйт завтракал у большого открытого окна. В саду китаец – садовник поливал из шланга лимонные, апельсинные деревья и кусты роз. Несмотря на ранний час, было уже жарко. Вошел загорелый мальчик в коротенькой курточке с блестящими маленькими пуговками, поклонился, подал на подносе письма и газеты, сказал: – Утренняя почта, сэр! – и вышел, тихо ступая…»
«Бывало, в раннем детстве, вернешься после долгих летних каникул в пансион. Все серо, казарменно, пахнет свежей масляной краской и мастикой, товарищи грубы, начальство недоброжелательно. Пока день – еще крепишься кое-как, хотя сердце нет-нет – и сожмется внезапно от тоски. Занимают встречи, поражают перемены в лицах, оглушают шум и движение…»
«Вырваться из жалкого состояния легко, наверно, даже нарочитым усилием…»
«Давным-давно, с незапамятных времен, жил на одном высоком плоскогорье мирный пастушеский народ, отделенный от всего света крутыми скалами, глубокими пропастями и густыми лесами. История не помнит и не знает, сколько веков назад взобрались на горы и проникли в эту страну закованные в железо, чужие, сильные и высокие люди, пришедшие с юга…»
«Дневная репетиция окончена. Друг мой, клоун Танти Джеретти, зовет меня к себе на завтрак: сегодня у него великолепная маньифика – „минестра“ по-неаполитански. Я испрашиваю позволения прихватить по дороге оплетенную маисовой соломой бутылочку кианти. Живет Танти (уменьшительное от Константин) в двух шагах от цирка Чинизелли, в однооконном номерке дешевой гостиницы. Семья его маленькая: он и жена Э…