«Ночью красноармеец принес повестку. А на заре, когда Алька еще спал, отец крепко поцеловал его и ушел на войну – в поход. Утром Алька рассердился, зачем его не разбудили, и тут же заявил, что и он хочет идти в поход тоже. Он, вероятно бы, закричал, заплакал. Но совсем неожиданно мать ему в поход идти разрешила…»
Обстоятельства появления настоящего фельетона, а также следующего за ним фельетона от 8 июля 1909 г., таковы: 2 июля 1909 г. в очередном фельетоне, опубликованном «Одесским обозрением», под рубрикой «В кривом зеркале», Фавн-Воровский выступил с резкой критикой самодержавного режима в связи с сенсационным скандалом, разыгравшимся вокруг имени русского атташе в Париже – Гартинга. Долгие годы под раз…
«На съезде русской группы Международного союза криминалистов очень горячо обсуждается вопрос о том, кому отвечать за грехи печати. Одни требуют ответственности авторов статей, другие – предпочитают привлечение ответственных редакторов. Возникают горячие прения, произносятся пылкие речи, и только одно забывается гг. криминалистами, – что „Васька слушает да ест“…»
«В доме № 41 по Телеграфной улице во время пребывания в Уфе белых проживал священник Николай Андреевич Сперанский. Перед приходом наших он бежал, оставив в своем доме много всевозможных бумаг, плодов своей „неутомимой“ работы…»
«Мой коллега Берендей с большим чувством пишет о безработице. Но говоря между нами, – в его статьях чувствуется, что он – человек очень непрактичный и не умеющий найти быстродействующее средство против безработицы»
В 1908 г. в Турции приняло большой размах революционное движение. Его возглавляли младотурки – так назывались противники султана и сторонники конституции. Младотурецкое движение носило прогрессивный характер. Однако младотурки боялись народа и, добившись власти, стремились пойти на компромисс с реакцией, ограничиться полумерами в борьбе со старой властью. 23 июля 1908 г. Ленин писал на страницах «…
«В городе Пскове, в магазине некоего миллионера-купчины Плюшкина, приказчики высекли, по распоряжению хозяина, магазинного мальчика Яковлева. И когда на них посыпались упреки за самоуправство, они указали, что действовали на основании Торгового устава…»
«Хороший пример заразителен, на этом основана, в конце концов, вся практическая педагогия. Только педагоги называют это „законами подражания“, а простые смертные – обезьянничаньем…»
«Авиация стала уже такой же всезахватывающей злобой дня, как в недавнее время порнографическая литература, а еще раньше политика. Очевидно, имеется какой-то специальный слой публики, который только и ждет, чем бы увлечься, благо настоящего дела и прочных вкусов у него нет…»
«Мы все уже успели позабыть о том, как записная книжка рецензента «Киевской мысли» приводила в нервное состояние актеров театра Соловцова, доведя их однажды даже до публичного скандала…»
«Чеховский Лопахин говорил, что «всякому безобразию есть свое приличие». Кажется, это мудрое правило начинает применяться и к королю безобразий Пуришкевичу. Проделки этого господина надоели уже тем, для кого он старается, и «реприманды» самого неожиданного свойства сыплются на него раз за разом…»
Фельетон написан в связи с юбилейными гоголевскими торжествами.
Написан в связи с 30-летием со дня смерти Н. А. Некрасова.
«Классический тип старорежимного бюрократа встречается теперь как редкость, сохранившаяся разве на какой-либо мелкой должности зав. канцелярии губархива, или статбюро, или особой комиссии при губземуправлении…»
«Нашему уважаемому „коллеге“ Меньшикову не везет в последнее время. Только что „братушка“ Табурно чуть не пропорол ему брюхо ятаганом за то, что он разрешил боснийский вопрос с точки зрения австрийского посольства, – а тут вдруг извольте радоваться. Новое разоблачение…»