Книги жанра бессмертие
В повести «Профессор бессмертия» (1891) Случевский пытается, опираясь на достижения естественных наук, доказать религиозную идею бессмертия души.
Где-то в Серых Горах – пардон, в Горах Зур, – золота нет и не предвидится, зато там обитает… правильно, дракон. И быть может, даже не один. И тот, кто побеждает дракона, сам становится драконом… или наоборот, потому что победа бывает очень разной…
"… Я пожал плечами и ударил Ромидаля ножом. Прямо между лопаток. – Ну? – сгорая от нетерпения, поинтересовался старик. – Да воткнул, воткнул… – проворчал я. – Воткнул? А почему я не чувствую? – Мне откуда знать? – Я выдернул нож и бросил его на стол. – Ты попросил – я ударил. …" Рассказ из сборника «Фэнтези-2008»
Роман «И после многих весен» – история об эксцентричном миллионере, живущем в роскошном голливудском замке и решившем любой ценой заполучить бессмертие, – обретает под гениальным пером Хаксли черты то социальной сатиры, то философской притчи, то вполне реалистичного «романа нравов». Быть может, амбициозный богач Джо Стойт запутался в собственных иллюзиях? Быть может, цена, которую он готов заплати…
Тина Варинх жила на маленькой аграрной планете Нахрат. Родители девушки, бедные фермеры, продали ее богатому, но ненавистному жениху. Тина решилась бежать. Вскоре она наткнулась на банду эйкеров, а дальше началось то, о чем она не могла вспоминать без ужаса и боли… Тина выжила, вернулась к родителям. Согласилась выйти за нелюбимого Биреда. Ей было все равно. Но в Галактике, погрязшей в насилии и ж…
Свобода, Равенство, Братство – и Смерть. Такой стала французская Революция для главных героев историко-фантастического романа Андрея Валентинова. Но Смерть, царящая в революционной Франции, не всесильна. Дезертир, бывший офицер королевской армии, переступивший черту, не желая больше убивать, возвращается к жизни – без имени, без памяти. Зачем? Надолго ли? Что он еще не успел сделать? Робеспьер и Д…
«Гораций Холли и его друг Лео Винцей, возлюбленный божественной Аэши, отправились в Центральную Азию, надеясь там снова увидеть ее. С тех пор о них не было никаких известий. Но вот почти двадцать лет спустя, как рассказывает Райдер Хаггард, среди присланных в редакцию рукописей ему попался невзрачный серый пакет, из которого выпала рукопись романа „Аэша“ и два письма на имя редактора. На одном из …
«Утро. Раннее утро. Ласковые солнечные лучи щекочут глаза даже сквозь веки. С внутреннего дворика слышно журчание фонтана и детский смех. Креол сладко зевнул, раскидывая руки в стороны. Вставать неохота. Еще слишком рано. Сегодня первый день месяца кин-Инанна. Это самый жаркий месяц в году – день тянется долго-долго, а ночь, наоборот, донельзя короткая. В такой зной лениво даже шевелиться – хочетс…
«Утро. Раннее утро. Ласковые солнечные лучи щекочут глаза даже сквозь веки. С внутреннего дворика слышно журчание фонтана и детский смех. Креол сладко зевнул, раскидывая руки в стороны. Вставать неохота. Еще слишком рано. Сегодня первый день месяца кин-Инанна. Это самый жаркий месяц в году – день тянется долго-долго, а ночь, наоборот, донельзя короткая. В такой зной лениво даже шевелиться – хочетс…
«Тысячи лет тому назад, когда люди были более могучи, чем теперь, дети Зодиака жили на земле. Их было шестеро: Овен, Телец, Лев, Близнецы и Дева; они все очень боялись шести Домов, принадлежащих Скорпиону, Весам, Раку, Рыбам, Стрельцу и Водолею. Даже тогда, когда они в первый раз спустились на землю, зная, что они бессмертны, они принесли с собой этот страх; и он все увеличивался по мере того, как…
Они живут среди нас – прикоснувшиеся к запредельным знаниям древних, поставившие себя по ту сторону Добра и Зла, ступившие на путь искусства, обретшие нечеловеческие возможности и переставшие быть людьми. Легко сделать первый шаг по этому пути, трудно остановиться, почти невозможно повернуть назад. Но самое страшное ждет тех, кто все-таки найдет в себе силы сделать это, сумеет вырваться из кругов …
Они живут среди нас – прикоснувшиеся к запредельным знаниям древних, поставившие себя по ту сторону Добра и Зла, ступившие на путь искусства, обретшие нечеловеческие возможности и переставшие быть людьми. Легко сделать первый шаг по этому пути, трудно остановиться, почти невозможно повернуть назад. Но самое страшное ждет тех, кто все-таки найдет в себе силы сделать это, сумеет вырваться из кругов …
Они живут среди нас – прикоснувшиеся к запредельным знаниям древних, поставившие себя по ту сторону Добра и Зла, ступившие на путь искусства, обретшие нечеловеческие возможности и переставшие быть людьми. Легко сделать первый шаг по этому пути, трудно остановиться, почти невозможно повернуть назад. Но самое страшное ждет тех, кто все-таки найдет в себе силы сделать это, сумеет вырваться из кругов …
Они живут среди нас – прикоснувшиеся к запредельным знаниям древних, поставившие себя по ту сторону Добра и Зла, ступившие на путь искусства, обретшие нечеловеческие возможности и переставшие быть людьми. Легко сделать первый шаг по этому пути, трудно остановиться, почти невозможно повернуть назад. Но самое страшное ждет тех, кто все-таки найдет в себе силы сделать это, сумеет вырваться из кругов …
«Великий Ум был слишком погружен в занятия, чтобы думать о смерти. Но зато об этой приближающейся смерти думали все окружающие, думала страна, думал весь мир. Смерть Великого Ума была бы для человечества ужасной, быть может, невозвратимой потерей. Великий Ум был гордостью человечества и его великой надеждой. Это был гений, сверхгений, к рождению которого подготовлялось несколько поколений. Сменявш…