«Я не мог дождаться, когда нас с Кари возьмут на лесопильный завод; но туда принимали только взрослых, хорошо обученных слонов, и мне с моим другом нужно было еще подождать. В ожидании этого мы брались за всякие мелкие работы…»
«Наконец мы с Кари начали работать на лесопильном заводе. В несколько дней он научился ворочать огромные бревна, как будто всю жизнь ничего другого не делал. Он вытаскивал тяжелые стволы из чащи на просеку; те, что полегче, поднимал хоботом и складывал их одно на другое правильными штабелями. Штабеля получались у него ровные, точно сложены были по нитке…»
«Я возвращался домой сам не свой от горя. Шесть лет я прожил вместе с Кари, мне было очень тяжело потерять его. Но, когда я вернулся домой, меня ждало другое несчастье. Мать тяжело заболела в мое отсутствие. Она металась в жару, и я не отходил от ее постели. Мне было теперь не до слона»
«Но первая наша ночь в джунглях прошла неспокойно. Тигровая шкура, повешенная на дереве, защищала нас своим запахом. Мы могли не бояться лазающих по деревьям зверей; сама пантера, учуяв запах тигра, повернула бы назад. Внизу, на земле, запах тигра растаял – его смыло ветром, и дорога для обитателей леса была открыта…»
«Джунгли – хорошая школа и для зверей и для мальчиков. Отец был в этом твердо уверен. „Чтение и письмо, – говорил он, – последняя ступенька лестницы. Прежде человек должен набраться опыта и окрепнуть в борьбе“…»
«В наших скитаниях по джунглям нам часто приходилось встречаться со стадами слонов. Я всегда с тоской вглядывался в толпы великанов, вспоминая своего Кари. Прошло уже три долгих года с тех пор, как я лишился моего старого друга, но я с прежней силой продолжал горевать о моей утрате. И вот пришел день, когда я увидел его снова, увидел на краткое мгновение, чтобы потом опять потерять!..»
«Пришла весна, и с нею пришли надежды: вот, наконец, думал я, мы отправимся на поиски моего старого друга. Но отец почему-то не спешил с этим делом. Сколько я ни докучал ему расспросами, он ничего не отвечал…»
«Вскоре после случая с буйволом отец сказал мне: – Ну, сын мой, час настал. Пришла осень, и слоны движутся с севера к югу. Теперь нам нужно забраться поглубже на север и ждать у верховьев реки Брамапутры, откуда слоны начинают свой осенний поход. Может быть, мы там встретим Кари; в стаде или одиночкой он должен там пройти. Я сговорился с тремя англичанами, которые охотятся на зверей и набивают чуч…
«В Помпее случилось нечто невероятное… не в древней Помпее до внезапного исчезновения её с лица земли под вулканическими пеплом Везувия, а в Помпее наших дней, восстающей, спустя без малого два тысячелетия, из-под этого пепла…»
Тиффани, черная кошка, которую нашли Максим и Алиса, попадает жить к одинокой женщине Марии Федоровне. Вместе они проводят дни напролет и любят друг друга безмерно. Однажды Тиффани бесследно пропадает. Мария Федоровна и дети бросаются на ее поиски, но все не так просто, кошку украли и спрятали в надежном месте...
Бальные танцы для юной танцовщицы Маши - смысл жизни. Все надежды разом обрываются для девочки, когда она попадает в аварию... Казалось бы, все потеряно. Но неожиданно она знакомится с молодым человеком Семеном, который помогает Маше заново поверить в свои силы и найти свой истинный смысл жизни.
«В двадцати километрах от нашей деревни был большой лесопильный завод. Отец пошел туда и вернулся грустный. – Они берут на работу только тех, у кого есть слоны. Люди им не нужны – там все делают слоны и машины, – сказал он…»
Сейчас автору рассказа шестнадцать лет. Написан он год назад. Это первая проба пера в реалистическом жанре. Иллюстратору - всего одиннадцать. Для автора рисунков этот дебют - очень ответственный шаг, ведь выпуск книги задумывался Машей как подарок старшей сестре Ксюше.
Всем известна мудрость — не рой яму другому, сам в неё попадёшь. Вот вам ещё одна такая история.
«Тяжелые времена переживала земля русская в последние годы царствования Бориса Годунова. В течение всего лета 1601 года шли проливные дожди, не давая вызреть хлебам; в средине же августа, под праздник Успения Богородицы, побило морозом весь хлеб на корню. Прошлогодние запасы дали еще земледельцу прожить впроголодь до весны и засеять поля старым зерном; но за первым недородом последовали два года с…