Книги жанра русская классика
«Во время обстрела германцами одного французского селения, лежащего недалеко от границы, германской пулей была убита жена мэра (старосты) этого селения. Обстреливавшая селение команда германцев была схвачена и должна была быть расстреляна. Мэр селения с величайшими усилиями вымолил для них пощаду. Он спас меж ними убийц своей жены…»
Парламентское следствие о лихоимстве герцога Йоркского и мистрис Кларк 1809 г.
Смутное переходное время русского общества, вызванного к новой жизни гением Петра Великого, создало целый ряд страшных драм. Перед нами проходят вереницы виновных и невинных жертв общественного разлада, и невольно сжимается сердце, вспоминая судьбу иных чистых и светлых людей, безвременно погибших. Среди этих образов стоит и юный император. Природа богато одарила его. В другое время, в других обст…
XVIII век. На троне Российском восседает чужеземец курляндский – регент Эрнст Иоганн Бирон. Бывший конюший, фаворит императрицы Анны Иоанновны, про которого один австрийский посол сказал как-то: «Бирон говорит с лошадьми как человек, а с людьми – как лошадь». С каждым днем все более свирепеет курляндский временщик, лакеи да шпионы доносят ему о заговорах и недовольствах. В руках Бирона большое дел…
Более чем сомнительное прошлое леди Гамильтон. – Политические планы Марии-Каролины. – Дружба королевы с леди из расчетов политики. – Союз Неаполитанского королевства с Англией. – Посвящение леди в государственные тайны Неаполитанского короля. – Заслуги леди Гамильтон в глазах Нельсона. – Бегство королевской семьи в Палермо и помощь ему от леди Гамильтон. – О «бесчеловечности» Марии-Каролины. – Уда…
«… Но тут я остановился. Я услышал, как билось сердце Зои Желваковой и как стучали ее зубки. Во всем ее организме происходило дрожание, которое было слышимо и чувствуемо через дрожание скамьи. Бедная девочка не любила меня. Она ненавидела меня, как собака палку, и презирала, ежели только можно допустить, что глупые презирать способны…»
«Графиня Стефания Ташер де ла Пажери – дочь графа Ташера де ла Пажери, который при второй империи во Франции был сенатором и гофмаршалом императрицы Евгении, находилась в числе приближенных при дворе Наполеона III и могла видеть там воочию очень многое. Поэтому её воспоминания, напечатанные под заглавием „Mon séjour aux Tuileries“ (1852–1858), должны возбуждать любопытство интересующихся историей …
«Может быть, никто из живущих в Москве не знает так хорошо окрестностей города сего, как я, потому что никто чаще моего не бывает в поле, никто более моего не бродит пешком, без плана, без цели – куда глаза глядят – по лугам и рощам, по холмам и равнинам. Всякое лето нахожу новые приятные места или в старых новые красоты. Но всего приятнее для меня то место, на котором возвышаются мрачные, готичес…
