Книги жанра русская классика
«Зима подходила к концу. На одном из участков новостроящейся дороги шли деятельные приготовления к предстоящему весной открытию работ. Начальник участка Кольцов уже после окончательных изысканий, закончившихся предыдущим летом, затеял изменить направление линии. Это изменение обещало серьезные сбережения, и Кольцов с двумя молодыми инженерами, проработав всю зиму в поле, напрягал все усилия законч…
«Богатая приемная в большом отделении при гостинице. Посреди накрытый стол. На столе самовар, кофейный прибор…»
«Мои записки о деревне, напечатанные под заглавием «Несколько лет в деревне», относятся к периоду до 1886 года. После трех описанных мною пожаров, я потерял большую часть своего оборотного капитала и, не желая вести дело на занятой, решил снова заняться своим инженерным делом, а имение поручить управляющему – некоему Петру Ивановичу Иванову…»
«Кончались весенние работы. Народ отпахался, отсеялся, и наступило сравнительно безработное время междупарки. Год обещал быть хорошим. Особенно под закат так и отливали поля молодой зеленью посевов. Яркой, сочной, буйной…»
«Стало солнце сильнее пригревать, дрогнул снег, и мутная холодная вода зашумела в оврагах. Громче всех шумел Блажной, и грохот и шум его, как выстрелы из пушек, неслись в пустом воздухе голой весны. Два подростка, овечьи пастухи, встретились за деревней у Блажного и, постояв, молча присели…»
«– А так можешь? И рябой мальчик в рубашке, в штанах, застегнутых одной большой солдатской пуговицей, босой и с животом, торчащим вперед, быстро отвернул оба века кожей внутрь, мясом вверх и смотрел страшными кровавыми глазами на гимназиста…»
«Тетя Маша пудов девяти весу и соответственного роста. И взгляд у нее такой, будто она спрашивает каждого: «А хочешь, вот, я тебя так прихлопну, что от тебя и места мокрого не останется?» Никто, очевидно, не хочет этого, и каждый смиренно сторонится, когда тетя Маша величественно проходит, не уступая никому дороги…»
«Был страстной четверг. Весна только начиналась. В прозрачных сумерках далеко вырисовывались загородные домики. На западе еще догорала красная полоска заката, и небо казалось прозрачным, и в нем темными силуэтами точно отражались застывшие на холме деревья. Ближе к шоссе можно было рассмотреть молодую зелень деревьев – тонкую и нежную, как паутина…»
«Я только что кончил тогда и молоденьким саперным офицером уехал в армию. Это было в последнюю турецкую кампанию. На мою долю выпал Бургас, где в то время шли энергичные работы по устройству порта, так как эвакуация большей части армии обратно в Россию должна была и была произведена из Бургаса…»
«Я, слава богу, в своей практике никогда не прибегал к розге. Но, признаюсь, став отцом довольно-таки капризного своего первого сына, Коки, я пришел в тупик, что мне предпринять с ним…»
«Толстый, большой, пухлое румяное лицо, маленький нос кверху, губы красные бутончиком, глаза такие, точно ждут чего-нибудь веселенького, – вот вам и Володька, друг и приятель мой…»
«Под сводом лазурного неба, у самого синего моря, жил великий художник. Люди называли его гением, но так ничтожно было то, что выходило из-под его рук в сравнении с тем, чего хотел он. Он хотел!..»
«И у фей бывают детки, только их детки – цветы. Иногда эти цветы превращаются в настоящих детей. Жила одна маленькая девочка Лоло. Папа и мама у неё умерли, и осталась одна только тётка…»
«Была одна маленькая девочка. Раз она сказала: – Я пойду гулять в сад. Я не пойду туда, где калитка в лес. Я не пойду в лес, где речка, где с няней мы кормим рыбку. И я не возьму с собой хлеба. Девочка была хитрая: она взяла хлеба и пошла в лес к речке…»
«Когда раз все дети сидели за столом и ужинали, вдруг в открытую дверь просунулась громадная рука и схватила одну девочку. Девочка только сверкнула ножками и исчезла из комнаты вместе со страшной рукой…»