Книги жанра русская классика
«С тех пор, как русскому языку меня учит тетя Зина, я очень полюбила писать и вовсе не делаю ошибок. Я или переписываю что-нибудь, или так записываю, что у нас случается. Теперь мы с тетей не занимаемся, потому что на даче надо отдыхать. Я бегать не люблю, сижу пишу или раскрашиваю, если только Таня не мешает и не зовет с собой играть…»
«В саду, в беседке, сидели две молодые девушки, почти девочки. Была очень ранняя весна, деревья стояли еще совсем голые, трава показывалась кое-где по краям дорожек, – но в воздухе уже веяло настоящим теплом. Сквозь обнаженные ветви лип и акаций светлело высокое, бледное небо. На юге, в Малороссии, март часто бывает теплым, как май…»
«Шарлотта была дочерью смотрителя большого лютеранского кладбища за городом. Почтенный Иван Карлович Бух занимал это место уже много лет. Тут родилась Шарлотта, тут он недавно выдал замуж старшую дочь за богатого и молодого часовщика. Матери своей Шарлотта не помнила – знала только, что она не умерла: ее могилы не было в „парке“, среди всех могил. Отца она расспрашивать не смела. Он, несмотря на с…
«В парке, в тени громадной липы, сидела дама лет около тридцати или более, изысканно, не по-деревенски, одетая. Дама занималась английским вышиваньем и порою вскидывала глаза с очень черными ресницами на семнадцатилетнего мальчика, который сидел возле нее и держал рабочую корзинку. Мальчик был бледноват, худ, тонок, некрасив, но чрезвычайно благовоспитан, изящен в манерах…»
«Желтовато-красное, теплое солнце уходило. Его свет ложился теперь только на верхушки зданий, окружающих уютную, тесную площадь св. Марка в Венеции. Внизу была уже свежая тень, только в правом углу, у собора, через прилегающую к этой стороне Пьяцетту, врывался низкий сноп лучей. Камни Пьяцетты были облиты этими лучами, и дальше, за нею, горела воздушная вода Большого Канала. Мартовским предзакатны…
«Бухарбай был молод и глуп, а когда человек глуп, то его только ленивый не обижает. Так было и с Бухарбаем. Когда умер отец, у него всего осталось достаточно – и новая кибитка, и целый косяк лошадей, и много баранов. Молодой Бухарбай думал, что ему век не прожить отцовского добра, и стал веселиться с товарищами. Другие работают, а Бухарбай веселится и говорит: „Зачем мне работать, когда у меня все…
«Как и всегда в погожие дни, старый художник Иван Максимович Тарбеев проснулся в шесть часов утра, легко сделал свой несложный туалет, выпил кофе с молоком и теплым сдобным бубликом и пошел не спеша по холодку в Булонский лес, до которого ему было ходьбы всего десять минут, включая сюда время на переход воздушного мостика через окружную железную дорогу. Деревья встретили его своим осенним чистым и…
Воспоминания Николая Георгиевича Гарина (беллетриста) о встречах с Антоном Павловичем Чеховым.
«В один прекрасный июньский день, – а прекрасный он был потому, что было двадцать восемь градусов по Реомюру, – в один прекрасный июньский день было везде жарко, а на полянке в саду, где стояла копна недавно скошенного сена, было еще жарче, потому что место было закрытое от ветра густым-прегустым вишняком. Все почти спало: люди наелись и занимались послеобеденными боковыми занятиями; птицы примолк…
«Жил-был старик со старухой, а у них было три дочери. Старшая-то дочь доводилась старухе падчерицей. Дело известное: падчерице при мачехе что за житье? С утра до вечера старуха ее поедом ест: „Экая ленивица, экая неряха! И веник-то не у места, и ухват не так поставлен, и в избе-то сорно!“ А Марфуша всем взяла: собой пригожа, работница, скромница: до свету поднимется, дров, воды принесет, печку ист…
«Прослужил солдат Богу и великому государю сполна двадцать пять лет, получил чистую отставку и пошел домой на родину. Шел-шел, попадается ему навстречу убогий нищий и просит милостыньку. А у солдата всего-то капитала – три сухаря. Отдал он нищему один сухарь и пошел дальше. Попадается ему другой нищий, кланяется и тоже просит милостыньку…»
«Жила-была старуха-вдова с дочкой. Хоть собой девушка была красавица писаная, зато горда, на богатство да на почести завистлива и безжалостна – точно бедности никогда ей и близко видеть не приходилось. Жили они с матерью в плохих достатках, а женихи у девушки из-за ее красоты не переводились. Только по нраву ей ни один не пришелся: этот собой нехорош, этот небогат, тот неумен, а тот и всем бы взял…
«Вез мужик на базар горшки продавать, и нагоняет его великий государь Петр Алексеевич. Придержал государь коня и говорит: «Здорово, горшеня! Мир по дороге». «И тебе, боярин, много лет здравствовать!» Не признал мужик государя, потому что и видетьто его не приходилось да и ездил царь Петр Алексеевич часто один без свиты, в простом платье – правду на Руси да добрых слуг себе сыскивать…»
«Жили-были дед да баба, а у них был сын. Старику очень хотелось отдать сына в науку, чтоб смолоду был родителям на утеху, под старость на успокоение, а по смерти на помин души. Да что станешь делать, коли достатку нет? Водил старик сына по городам, по селам: авось возьмет кто в ученье. Нет, никто не берется учить даром. Воротился старик домой, потужили они со старухой, погоревали о своей бедности …
«Много тому лет жил-был один мельник. Семья у него не велика – сам четверт: жена, сын маленький, да отец, старик старенький. Выходит… надо кормить четыре рта, а добытчик один…»