«… – Стойте, чёрт вас возьми! Если эти козлы-тенора не перестанут рознить, то я уйду! Глядеть в ноты, рыжая! Вы, рыжая, третья с правой стороны! Я с вами говорю! Если не умеете петь, то за каким чёртом вы лезете на сцену со своим вороньим карканьем? Начинайте сначала! Так кричал он и трещал по партитуре своей дирижерской палочкой…»
«Божедомы» – ранняя редакция романа «Соборяне»
«Рассматривая бытописания народов, друг человечества невольно останавливается на тех странных явлениях, которых не объясняет ни одна история: с беспокойством вопрошает ее, каким образом в течение веков являются народы, процветают, наполняют всю землю своею славою и гибнут без возврата. Этот вопрос, по-видимому, столь обыкновенный, столь давно разрешенный историческими изысканиями, в сущности своей…
«Как-то странно сказать: мои воспоминания, потому что давно ли все это было? Вчера, третьего дня – так живо проходят пред глазами разные сцены, разговоры, лица… А между тем несомненно, что все это уже отошло в область прошлого, далекого прошлого, о чем так красноречиво свидетельствуют новые люди, явившиеся на смену старым, как свежая трава сменяет прошлогоднюю. Перебирая в своем уме разные воспоми…
«…Я вам, товарищ Горьков, очень смешное расскажу про себя: чего мне невтерпеж хотелось – так это графиню бы какую-нибудь, чтобы с ней поспать. Долго искал, даже во сне видел высокая, белая, глаза фактические и – во всем твердость…»
Полный вариант заголовка: «Устав столичнаго города Санкт-Петербурга : [Утвержден сентября 12 дня 1798 года. В Гатчине]».
Полный вариант заголовка: «Устав столичнаго города Санкт-Петербурга : [Утвержден сентября 12 дня 1798 года. В Гатчине]».
Полный вариант заголовка: «Устав столичнаго города Санкт-Петербурга : [Утвержден сентября 12 дня 1798 года. В Гатчине]».
Полный вариант заголовка: «Устав столичнаго города Санкт-Петербурга : [Утвержден сентября 12 дня 1798 года. В Гатчине]».
«…По большой дороге ехал обоз; темнело; до деревни оставалось не более двух верст. В поле крутилась сильная метель; ветер рвал с возов рогожи и веретья; лошади ныряли в ухабах, под полозьями сердито ревел снег. На переднем возу закутанный лакей, чтобы согреться, пел песни, то и дело переменяя их. Отставший от обоза мужик с занесенным лицом отпрягал лошадь, а в стороне от него другая лошадь сидела …
«…Это была женщина в ярком, очень дешёвом платье, которое в первую минуту казалось очень шикарным. В боа из перьев, которые в первый момент казались страусовыми. В огромной шляпе, которая на первый взгляд казалась совершенно новой. Гримировка вместо лица. Краски превращали этот череп, обтянутый кожей, в головку хорошенькой женщины. А ярко-красные губы, губы вампира, давали обещания, которых не мог…
«…Когда я блестящий твой локон целую И жарко дышу так на милую грудь, — Зачем говоришь ты про деву иную И в очи мне прямо не смеешь взглянуть?..»
«Чтоб ознакомить наших терпеливых читателей с манерой наших великих писателей, мы обратились ко всем современным „звёздам литературы“ с просьбою написать „сочинение“ на заданную тему…»
«…Был сентябрь в исходе; вечерело; шел дождик. В средине села Горемыкина, перед грязным мостиком с изломанными перилами, по ступицу в грязи стоял длинный обоз с рогожами. От усталых лошадей валил пар, некоторые из них встряхивались, громыхая уздами и бляхами на шлеях; иные вытягивались, перекашивали свои челюсти и заносили морду вверх, чтобы вытянуть из переднего воза торчавший клок сена…»