Книги жанра религия и духовная литература
Книга продолжает серию «Мифическая космография». Она посвящена практике Образной медитации, открывающей врата в Архетипическую реальность.
«Бог добрый» – это больше, чем позитивная мысль или учение веры. Ваше отношение к этим двум словам способно сформировать вашу жизнь и определить ваше предназначение. Ваше представление о Боге решает все – оно будет зажигать вашу молитвенную жизнь верой и ожиданием или угашать ее неопределенностью и сомнением. Вы видите либо Отца, всегда верного и никогда не меняющегося, либо далекое божество с неп…
«Об иконописании» - книга, написанная могилевским архиепископом Анатолием Мартыновским, имя которого до пострига было Августин Васильевич (1793 – 1872). *** Эта книга впервые была издана в 1845 году, а переиздана повторно в 1867. Как человек, сильно увлеченный живописью, Анатолий Мартыновский с большим интересом относился к истории иконописи. Именно это увлечение и дало мощный толчок к изучению и…
Как часто, глядя на непокорного подростка, впавшего в отчаяние юношу, заплутавшую среди искушений и соблазнов девушку, мы думаем: когда они нас не услышали, когда – не поверили? Что мы не смогли сказать им, почему они не захотели быть вместе с нами? Ведь мы их так любили, берегли, опекали… Может, мы в этой заботе и опеке упустили момент, когда можно и нужно было сказать ребенку самое главное слово…
Как часто, глядя на непокорного подростка, впавшего в отчаяние юношу, заплутавшую среди искушений и соблазнов девушку, мы думаем: когда они нас не услышали, когда – не поверили? Что мы не смогли сказать им, почему они не захотели быть вместе с нами? Ведь мы их так любили, берегли, опекали… Может, мы в этой заботе и опеке упустили момент, когда можно и нужно было сказать ребенку самое главное слово…
Как часто, глядя на непокорного подростка, впавшего в отчаяние юношу, заплутавшую среди искушений и соблазнов девушку, мы думаем: когда они нас не услышали, когда – не поверили? Что мы не смогли сказать им, почему они не захотели быть вместе с нами? Ведь мы их так любили, берегли, опекали… Может, мы в этой заботе и опеке упустили момент, когда можно и нужно было сказать ребенку самое главное слово…
Как часто, глядя на непокорного подростка, впавшего в отчаяние юношу, заплутавшую среди искушений и соблазнов девушку, мы думаем: когда они нас не услышали, когда – не поверили? Что мы не смогли сказать им, почему они не захотели быть вместе с нами? Ведь мы их так любили, берегли, опекали… Может, мы в этой заботе и опеке упустили момент, когда можно и нужно было сказать ребенку самое главное слово…
Как часто, глядя на непокорного подростка, впавшего в отчаяние юношу, заплутавшую среди искушений и соблазнов девушку, мы думаем: когда они нас не услышали, когда – не поверили? Что мы не смогли сказать им, почему они не захотели быть вместе с нами? Ведь мы их так любили, берегли, опекали… Может, мы в этой заботе и опеке упустили момент, когда можно и нужно было сказать ребенку самое главное слово…
Как часто, глядя на непокорного подростка, впавшего в отчаяние юношу, заплутавшую среди искушений и соблазнов девушку, мы думаем: когда они нас не услышали, когда – не поверили? Что мы не смогли сказать им, почему они не захотели быть вместе с нами? Ведь мы их так любили, берегли, опекали… Может, мы в этой заботе и опеке упустили момент, когда можно и нужно было сказать ребенку самое главное слово…
Как часто, глядя на непокорного подростка, впавшего в отчаяние юношу, заплутавшую среди искушений и соблазнов девушку, мы думаем: когда они нас не услышали, когда – не поверили? Что мы не смогли сказать им, почему они не захотели быть вместе с нами? Ведь мы их так любили, берегли, опекали… Может, мы в этой заботе и опеке упустили момент, когда можно и нужно было сказать ребенку самое главное слово…
Как часто, глядя на непокорного подростка, впавшего в отчаяние юношу, заплутавшую среди искушений и соблазнов девушку, мы думаем: когда они нас не услышали, когда – не поверили? Что мы не смогли сказать им, почему они не захотели быть вместе с нами? Ведь мы их так любили, берегли, опекали… Может, мы в этой заботе и опеке упустили момент, когда можно и нужно было сказать ребенку самое главное слово…
Как часто, глядя на непокорного подростка, впавшего в отчаяние юношу, заплутавшую среди искушений и соблазнов девушку, мы думаем: когда они нас не услышали, когда – не поверили? Что мы не смогли сказать им, почему они не захотели быть вместе с нами? Ведь мы их так любили, берегли, опекали… Может, мы в этой заботе и опеке упустили момент, когда можно и нужно было сказать ребенку самое главное слово…
Как часто, глядя на непокорного подростка, впавшего в отчаяние юношу, заплутавшую среди искушений и соблазнов девушку, мы думаем: когда они нас не услышали, когда – не поверили? Что мы не смогли сказать им, почему они не захотели быть вместе с нами? Ведь мы их так любили, берегли, опекали… Может, мы в этой заботе и опеке упустили момент, когда можно и нужно было сказать ребенку самое главное слово…