Книги жанра юмористическая литература
Девушка Светлана купила на маркетплейсе долгожданные туфли, безмерно радовалась им, неустанно мерила их почти со всем своим гардеробом, хвасталась подругам, мужу. Правда было это только в первый день и дома. При будничной же носке дела обстояли намного хуже, ведь туфли оказались крайне неудобными. Упертая Света предпринимала разные попытки их разносить, включала смекалку и даже впутала родную баб…
Середина семидесятых. Недалеко от Новосибирска на берегу Обского водохранилища спустя пять лет снова встречаются уже повзрослевшие мальчишки и девчонки. Новые знакомые, новые встречи, новые события… Как изменились те, кому пять лет назад было по двенадцать-тринадцать лет, как изменились их интересы, их взгляды — всё это можно узнать, прочитав вторую книгу дилогии «ЗАДАНИЕ НА ЛЕТО».
В книгу вошли пьесы разной жановой принадлежности: комедии, драмы, детективные истории. Особняком стоит пьеса «Джульетта в старости и страсти», которая является фантазией на тему «а что было бы, если бы Джульетта осталась жива»
Сборник юмористических работ автора. Сказка о настоящем советском человеке, которого пригласили на работу в американскую разведку и что из этого вышло. Басня "Голова и желудок". Ироническая и философская поэзия.
Говорят, что параллельных миров не существует, однако где еще встретить свою любовь скромному юристу из Ярославля, как не в параллельном мире, где до сих пор правит царь, а Ярославль является столицей Великого Русского Царства. Да не просто любимого, а самого настоящего князя. К сожалению, влюбленным придется расстаться, чтобы не нарушить закон равновесия между мирами. Отправится ли князь на Землю…
Писатель Пъе Левиндт скрывается от мира, читателей и самого себя. Его жизнь — череда странных событий: похороны инфо-баронессы в Индии, гипнотические сессии в Майами, галлюциногенные поиски вдохновения в Непале. Но сегодня он — заложник собственного имени, ставшего синонимом постмодернизма. Читатели видят в нём гуру, издатели из "Эхчмо" требуют новых текстов, которые он презирает, а вдохновение пр…
ПАМЯРКОТЫ это небольшие смешные, иронические, сатирические рассказы, в стихотворной форме. А с учетом белорусской ПАМЯРКОВНОСТИ (покладистости) я их называю – ПАМЯРКОТЫ. Пожалуй, вы слышали знаменитый, классический анекдот о белорусской ПАМЯРКОВНОСТИ (ПОКЛАДИСТОСТИ): «Во время оккупации, немецкий комендант собрал на городской площади все население и объявил, что завтра …
Краткая история далёкого и недалёкого вчера. Субъективные заметки очевидца.
Вторая книга «Пушистые КотоСказки» — является прямым продолжением, с еще более невероятными приключениями кота Вениамина в мире грез. Ему и его друзьям предстоит столкнуться с опасными трудностями и трагическими событиями. В этот раз читателей ожидают: новые герои, любовные потрясения, тягостные раздумья, путешествия во времени, больше юмора и иронии, слезы радости и горечи, неожиданные повороты с…
ПАМЯРКОТЫ это небольшие смешные, иронические, сатирические рассказы, в стихотворной форме. А с учетом белорусской ПАМЯРКОВНОСТИ (покладистости) я их называю – ПАМЯРКОТЫ. Пожалуй, вы слышали знаменитый, классический анекдот о белорусской ПАМЯРКОВНОСТИ (ПОКЛАДИСТОСТИ): «Во время оккупации, немецкий комендант собрал на городской площади все население и объявил, что завтра вас бу…
ПАМЯРКОТЫ это небольшие смешные, иронические, сатирические рассказы, в стихотворной форме. А с учетом белорусской ПАМЯРКОВНОСТИ (покладистости) я их называю – ПАМЯРКОТЫ. Пожалуй, вы слышали знаменитый, классический анекдот о белорусской ПАМЯРКОВНОСТИ (ПОКЛАДИСТОСТИ): «Во время оккупации, немецкий комендант собрал на городской площади все население и объявил, что завтра вас бу…
В «ДТЧ» используется до боли простой и избитый приём — дневниковых записей. Принцип их прост: от самого начала, до возможного логического завершения; от сильного эмоционального потрясения, до ровного и спокойного (намёк на спокойное) состояния. Понимать текст стоит по-простому — искренне. Ибо писался он человеком, который действительно проходил через всё то, что отражал/отразил/отразит уже, сейча…
«Корабль, о котором шла речь, и в самом деле, возвышался над водой всего на несколько футов. Дощатые мостки, перекинутые с пирса на палубу, были так сильно наклонены, что гостям приходилось судорожно цепляться за веревочное ограждение – леера. Двое матросов, дежуривших у сходней, подхватывали дам под локотки и передавали на палубу, где их встречал мичман при полном флотском параде…»
«Корабль, о котором шла речь, и в самом деле, возвышался над водой всего на несколько футов. Дощатые мостки, перекинутые с пирса на палубу, были так сильно наклонены, что гостям приходилось судорожно цепляться за веревочное ограждение – леера. Двое матросов, дежуривших у сходней, подхватывали дам под локотки и передавали на палубу, где их встречал мичман при полном флотском параде…»
«Корабль, о котором шла речь, и в самом деле, возвышался над водой всего на несколько футов. Дощатые мостки, перекинутые с пирса на палубу, были так сильно наклонены, что гостям приходилось судорожно цепляться за веревочное ограждение – леера. Двое матросов, дежуривших у сходней, подхватывали дам под локотки и передавали на палубу, где их встречал мичман при полном флотском параде…»