Книги жанра ЛитРес: чтец
Армия генерал-фельдмаршала Румянцева разгромила войска турок в Северной Румелии и перешла через Балканы. Блистательная Порта запросила мир, и 10 июля 1774 года он был заключен в местечке Кючук-Кайнарджи. Первая турецкая война Екатерины II, покрывшая славой русское оружие, завершилась для Российской империи великой викторией. Тем не менее угроза для ее южных земель со стороны турок сохранялась, а о…
«Антон Григорьевич Рубинштейн был типическим человеком „окна в Европу“: петербургский житель и заграничный странник. В Москву он наезжал не часто и вряд ли любил ее, хотя был ею обожаем. Его наезды в Москву бывали для нее праздниками. В свои короткие побывки Антон Григорьевич как бы наполнял собой Москву, сосредоточивая на себе все общественное внимание, делаясь воистину временным „властителем дум…
Фон Шульц побледнел, потом сразу же побагровел всем лицом, перекосившимся судорогой бешенства. Секунду длилось замешательство, одну только секунду, а затем со сверкающими бешеным огнем глазами пруссак поднял револьвер и в упор выстрелил в полковника. Ремизов упал, обливаясь кровью…
Что может случиться, если взрослая женщина внезапно влюбляется в молодого мужчину на 19 лет её моложе, и к тому же, своего подчинённого? Много чего. При этом, она ухитряется провести ночь с бывшим мужем, и теперь в шоке от своего поступка. Любит одного, а спит с другим. В добавок ко всему, отец её любимого, проявляет знаки внимания, дарит цветы и приглашает в ресторан. Что со всем этим делать? Да …
Она сказала ему, что беременна. Он и глазом не моргнул, предложил денег на аборт и всё, что потребуется. Она обозвала его чёрствым чурбаном и обвинила в том, что ему никто не нужен, потому что у его сердца хватает энергии только на программный код. Вскочила и ушла, но дверью не хлопнула – тихо закрыла. С тех пор прошло пять лет, а он всё ждёт хлопка двери – громкой и чёткой финальной точки. И женщ…
«Отец мой был известный в свое время следователь. Ему поручали много важных дел, и потому он часто отлучался от семейства, а дома оставались мать, я и прислуга. Матушка моя тогда была еще очень молода, а я – маленький мальчик. При том случае, о котором я теперь хочу рассказать, мне было всего только пять лет…»
«По навозному, дрожавшему под ногами мосту я перешел с луговой, низменной стороны Дона на нагорную. Сырой предутренный холод, обыкновенно веющий от реки, окончательно прогнал от меня дремоту. С моста по крутому каменистому въезду я взобрался на высокую гору. Передо мной была маленькая господская деревня с десятком развалившихся изб и барским флигелем в три окна, а назади меня и с боков спящая степ…
Книга начинается с трагической истории молодой американки Грей Харт, пережившей сильнейшее эмоциональное потрясение вследствие физического насилия. Чтобы сменить обстановку, ее жених перевозит девушку в Англию, в старинную усадьбу, известную своими тайнами. Поговаривали, что ее хозяин – граф был проклят и бесследно исчез… Первое, что видит девушка, когда входит в дом – огромный реалистичный портре…
В городском парке с интервалом в несколько дней обнаружены трупы двух молодых девушек. Причина их смерти – искусственно вызванная патология сердца. Полковники МВД Гуров и Крячко предполагают, что имеют дело с намеренным убийством. Но кто мог совершить такое изощренное преступление? Сыщики изучают окружение погибших и выходят на медицинский центр, подпольно занимающийся исследованием редких сердечн…
В городском парке с интервалом в несколько дней обнаружены трупы двух молодых девушек. Причина их смерти – искусственно вызванная патология сердца. Полковники МВД Гуров и Крячко предполагают, что имеют дело с намеренным убийством. Но кто мог совершить такое изощренное преступление? Сыщики изучают окружение погибших и выходят на медицинский центр, подпольно занимающийся исследованием редких сердечн…
«…Настоящее вешнее солнце освещало изрытый ухабами челябинский тракт. Степан шел стороной, выбирая места посуше. Встречные обозы имели самый жалкий вид: не было проезда ни на колесе, ни на полозьях. Воза с кладью сидели по нескольку часов то в пропитанном вешней водой снегу, то на голых местах, где чернела земля. Вся беда в том, что вешнее тепло ударило рано, недели за две до благовещенья. Раза дв…
«…Настоящее вешнее солнце освещало изрытый ухабами челябинский тракт. Степан шел стороной, выбирая места посуше. Встречные обозы имели самый жалкий вид: не было проезда ни на колесе, ни на полозьях. Воза с кладью сидели по нескольку часов то в пропитанном вешней водой снегу, то на голых местах, где чернела земля. Вся беда в том, что вешнее тепло ударило рано, недели за две до благовещенья. Раза дв…
«Много лет назад, когда Айно схоронила своего мужа, Генриха, и осталась с ребятами на муки и горе, – все в деревне говорили: – Вот и ещё остались люди, которых надо кормить обществу… Дошли эти слова до Айно, и она с гордостью отвечала всем обидевшим её: – У Айно у самой две руки… – И какая глупая женщина, эта Айно, чего она храбрится? – с едкостью в голосе вставил своё замечание и старый, и усатый…
«Много лет назад, когда Айно схоронила своего мужа, Генриха, и осталась с ребятами на муки и горе, – все в деревне говорили: – Вот и ещё остались люди, которых надо кормить обществу… Дошли эти слова до Айно, и она с гордостью отвечала всем обидевшим её: – У Айно у самой две руки… – И какая глупая женщина, эта Айно, чего она храбрится? – с едкостью в голосе вставил своё замечание и старый, и усатый…