Бабочки Бредбери хрустят под ботинками, будущее никогда не станет прежним! От успехов захватывает дух, но малейшая неудача может обернуться катастрофой всему миру. А пока… пять минут, полёт нормальный! Книга содержит нецензурную брань.
Всю свою жизнь Виолетта Сандалова жила по принципу «Вижу цель – не вижу препятствий». Вот почему когда ей поставили диагноз «бесплодие», она не стала впадать в уныние, а решила побороться с судьбой. И пусть ради этого ей пришлось обратиться к своему заклятому врагу, Кеше Когану. В конце концов, он доктор и просто обязан ей помочь! Вот только как быть с тем, что Коган воспринял её просьбу поспособс…
Аня воспитывает дочь погибшей сестры и уверена, что звездный отец девочки от неё отказался. Но случайная встреча расставила все по своим местам. Влад знать не знал о том, что у него есть ребёнок. И теперь он не намерен отпускать ни дочь, ни саму Аню. Вот только есть ли им место в жизни суперзвезды? В книге присутствует нецензурная брань!
Вот дернул же меня черт отправиться в тот злополучный день на шоппинг. Но откуда я могла знать, что где-то в неведомом мире один колдун захочет собрать невест для принца-регента. И вот все мы, пятнадцать невест, пятнадцать попаданок, налюбовались будущим монархом, и прямо скажем, совсем не горим желанием стать его избранницами. А тут еще покушения на принца-регента… И его суровый и нелюдимый брат …
«Народ кипит, веселье, хохот, Звон лютней и кимвалов грохот, Кругом и зелень, и цветы, И меж столбов, у входа дома, Парчи тяжелой переломы Тесьмой узорной подняты…»
В славном городе Всезнайске в обычной семье живет озорная девчонка Лёка. Однажды она пнула камень и попала в сказку. Девочке предстоит помирить четыре стихии и восстановить нормальный ход времени в сказочных городах, чтобы вернуться домой.
Витор - постельный раб, из тех, что должны исполнять любую волю хозяев. Ева - свободная девушка, знающая себе цену. Они слишком разные. Ничего общего, никаких чувств. Или все же?..
«– А позвольте спросить, милостивый государь: вы не статский советник? Я взглянул в темный угол вагона, откуда раздался этот неожиданный вопрос, и узрел небольшого человечка, одетого в серое пальто. По близорукости и за темнотою в вагоне, я не мог рассмотреть лицо серого господина, плотно укутанное в кашне…»
«…А еще была такая деревня Иваниха, все мужики Иваны, а только прозвища разные: Самоглот Иван (во сне себе ухо сжевал), Оголтень Иван, Носопыр Иван, Соленые Уши Иван, Белены Объелся Иван, Переплюй Иван, – и не перечесть, а только Переплюй – самый главный ихний. Которые скородят, сеют, а Иваны – брюхами кверху да в небо плюют: кто переплюнет…»
«…А еще была такая деревня Иваниха, все мужики Иваны, а только прозвища разные: Самоглот Иван (во сне себе ухо сжевал), Оголтень Иван, Носопыр Иван, Соленые Уши Иван, Белены Объелся Иван, Переплюй Иван, – и не перечесть, а только Переплюй – самый главный ихний. Которые скородят, сеют, а Иваны – брюхами кверху да в небо плюют: кто переплюнет…»
«Анна Павловна, полная седая дама, в корсете, сидит одна за чайным столом…»