Мэйсон Хилл привык быть первым. Но он никогда не думал, что станет первым у Кэти – дочери человека, которому обязан всем. Эта девочка превратилась в женщину у него на глазах и неожиданно забрала его сердце. Запретные чувства вспыхнули и подчинили себе, но на пути любви встали ошибки прошлого. Сумеет ли он исправить их и обрести ту, которая для него стала дороже всех побед?
Что вы знаете об истинных парах, о сильной любви, о безграничной верности? Мне не везло в личной жизни, пока с одной из делегаций на Землю не прилетел принц. Не могу его не замечать, не могу спокойно пройти мимо… Просто быть рядом – уже испытание! Меня захватил водоворот чувств, и я не знаю, как с ними справиться. А он? А он… просит, что бы я нашла ему жену. Что за невезение!
– Тагир, мне больше не к кому обратиться, – ее огромные голубые глаза смотрят с надеждой на меня. Мокрые от дождя волосы прилипли ко лбу, одежда облепляет хрупкое дрожащее тело. Я оглядываю ее быстрым взглядом. – Ты уверена в своем решении? – спрашиваю я, наслаждаюсь своей властью над ней. Она еще не знает, что ее ждет за дверями этого дома. Молча кивает, опустив голову. Я беру ее за подбородок, з…
Вивека переоделась в свадебное платье Трины, чтобы под густой вуалью вместо нее встать перед алтарем. Ее сестра любит другого, а брак с миллионером Миколасом Петридесом, нужен ее отцу – отчиму Вивеки. Все продумано: как только Миколас поднимет вуаль и поймет, что перед ним не его невеста, Вивека бросится на причал. Там ее поджидает катер, на котором она сбежит от гнева обманутого жениха и злобного…
«Дайте мне руку, любезный читатель, и поедем-те вместе со мной. Погода прекрасная; кротко синеет майское небо; гладкие молодью листья ракит блестят, словно вымытые; широкая, ровная дорога вся покрыта той мелкой травой с красноватым стебельком, которую так охотно щиплют овцы; направо и налево, по длинным скатам пологих холмов, тихо зыблется зеленая рожь; жидкими пятнами скользят по ней тени небольш…
«Через базарную площадь идет полицейский надзиратель Очумелов в новой шинели и с узелком в руке. За ним шагает рыжий городовой с решетом, доверху наполненным конфискованным крыжовником. Кругом тишина… На площади ни души…»
«Прекрасный человек Иван Иванович! Какой у него дом в Миргороде! Вокруг него со всех сторон навес на дубовых столбах, под навесом везде скамейки. Иван Иванович, когда сделается слишком жарко, скинет с себя и бекешу и исподнее, сам останется в одной рубашке и отдыхает под навесом и глядит, что делается во дворе и на улице. Какие у него яблони и груши под самыми окнами! Отворите только окно – так ве…
«Прекрасный человек Иван Иванович! Какой у него дом в Миргороде! Вокруг него со всех сторон навес на дубовых столбах, под навесом везде скамейки. Иван Иванович, когда сделается слишком жарко, скинет с себя и бекешу и исподнее, сам останется в одной рубашке и отдыхает под навесом и глядит, что делается во дворе и на улице. Какие у него яблони и груши под самыми окнами! Отворите только окно – так ве…
«Прекрасный человек Иван Иванович! Какой у него дом в Миргороде! Вокруг него со всех сторон навес на дубовых столбах, под навесом везде скамейки. Иван Иванович, когда сделается слишком жарко, скинет с себя и бекешу и исподнее, сам останется в одной рубашке и отдыхает под навесом и глядит, что делается во дворе и на улице. Какие у него яблони и груши под самыми окнами! Отворите только окно – так ве…
«В те времена, когда в приветливом и живописном городке Бамберге, по пословице, жилось припеваючи, то есть когда он управлялся архиепископским жезлом, стало быть, в конце XVIII столетия, проживал человек бюргерского звания, о котором можно сказать, что он был во всех отношениях редкий и превосходный человек. Его звали Иоганн Вахт, и был он плотник…»