Книги жанра ЛитРес: чтец
Специально для проекта Литрес – ЧТЕЦ (Дуэт – читают – Наталья Беляева и Сергей Бельчиков ) "Это прекрасно сделанная вещь!" Михаил Булгаков о повести «Архив графини Д***» Алексей Апухтин… Признанный мастер романса, бонмотист и сибарит… Современники видели в нем Обломова, равнодушного ко всему, кроме своего комфорта, эстета, ронявшего в обществе дам блестящие остроты. Его тонкая, полная юмора и …
«Мы плыли по Ладожскому озеру от острова Коневца к Валааму и на пути зашли по корабельной надобности в пристань к Кореле. Здесь многие из нас полюбопытствовали сойти на берег и съездили на бодрых чухонских лошадках в пустынный городок. Затем капитан изготовился продолжать путь, и мы снова отплыли…»
Сознания двух наших современников в результате активации артефакта древней цивилизации переносятся в тела жителей другой вселенной. Героям предстоит освоиться и приспособиться к новому миру, где царят нейросети, космические корабли бороздят просторы холодной пустоты, а власть сосредоточена у корпоративных образований разного толка.Содержит нецензурную брань.
Колдовской Лес похитил благородную девицу. Отец, мать и низкорожденный возлюбленный отправляются ее спасать. И спасают – потому что Лесу нужна не девица, а нечто совсем другое… Короткий семейно-рыцарский роман с толикой мистики.
«Ира вышла из автобуса. Успело стемнеть. Она и не думала, что уже так поздно. Все-таки сессия – это мрак. Наверное, в целом свете не найдется более несчастного существа, чем студент во время сессии. И не найдется более счастливого, чем тот же самый студент, успешно сессию сдавший. Сегодня Ира расквиталась с последним экзаменом – римским правом. Профессор долго кочевряжился, ворчал себе под нос, но…
«Ира вышла из автобуса. Успело стемнеть. Она и не думала, что уже так поздно. Все-таки сессия – это мрак. Наверное, в целом свете не найдется более несчастного существа, чем студент во время сессии. И не найдется более счастливого, чем тот же самый студент, успешно сессию сдавший. Сегодня Ира расквиталась с последним экзаменом – римским правом. Профессор долго кочевряжился, ворчал себе под нос, но…
Сознания двух наших современников в результате активации артефакта древней цивилизации переносятся в тела жителей другой вселенной. Героям предстоит освоиться и приспособиться к новому миру, где царят нейросети, космические корабли бороздят просторы холодной пустоты, а власть сосредоточена у корпоративных образований разного толка.
«– Венька, задрыга такая, выходи! Выходи, кому сказано! Жильцы уже приехали, вещи сгружают! – Старый, отстань, не мешай! В сортире хорошо думаеццо! Прокоп начал колотить в дверь ногами. Ему ничего не стоило просто скользнуть в щель под дверью, но старый домовой-господар пока еще сохранил остатки былой культурности. Заставить себя без разрешения влезть в занятый туалет он не мог…»
«– Венька, задрыга такая, выходи! Выходи, кому сказано! Жильцы уже приехали, вещи сгружают! – Старый, отстань, не мешай! В сортире хорошо думаеццо! Прокоп начал колотить в дверь ногами. Ему ничего не стоило просто скользнуть в щель под дверью, но старый домовой-господар пока еще сохранил остатки былой культурности. Заставить себя без разрешения влезть в занятый туалет он не мог…»
«– Ну, а я за вами… – говорил Флегонт Флегонтович, тяжело вваливаясь в мою комнату. – Одевайтесь и едем. – Куда? – Говорю: одевайтесь… У меня и лошадь у ворот стоит…»
Где-то в Серых Горах – пардон, в Горах Зур, – золота нет и не предвидится, зато там обитает… правильно, дракон. И быть может, даже не один. И тот, кто побеждает дракона, сам становится драконом… или наоборот, потому что победа бывает очень разной…
Цикл лекций известного православного священника, современного писателя-богослова, протоиерея Александра Меня (1935–1990) был прочитан в 1989–1990 гг. для студентов, которые изучали историю и архивоведение в Московском Государственном историко-архивном институте (МГИАИ).
Что нужно океану? Какую цену запросит Атлантика? Каким станет маленький народ, пройдя через бури и битвы? Когда закончится дерзкий поход?
«Я похоронил недавно моего мальчика, моего милого мальчика, которым я так гордился. Сердце мое разбито. Так тяжело – иметь только одного сына и потерять его. Божья воля! И я не мог ничего поделать. Смею ли я, могу ли жаловаться? Неумолимо вертится колесо судьбы и ловит всех нас поочередно, – одних скорее, других позже, – в конце концов, уничтожает всех. Мы не подаем ниц перед неумолимым роком, как…
«В 1834 году в одном из московских журналов, пользовавшемся весьма небольшим успехом, но взамен того отличавшемся серьезностию взгляда и тона, впервые появилось с особенною яркостию имя, которому суждено было долго играть истинно путеводную роль в нашей литературе. В „Молве“, издававшейся при „Телескопе“ Надеждина, появлялись в течение нескольких месяцев статьи под названием „Литературные мечтания…