Книги жанра ЛитРес: чтец
Вопреки расхожему мнению она никогда не была красавицей – маленький рост, крючковатый нос, выступающий подбородок, неровные зубы, – но мужчины рядом с ней теряли голову и готовы были отдать жизнь за одну ночь с Клеопатрой. О ее любовном искусстве ходили легенды. Никто не мог устоять перед магией ее голоса и взгляда, ее острого ума и невероятной женской силы. В нее были без памяти влюблены три вели…
«В Лондоне показывали диких зверей и за смотренье брали деньгами или собаками и кошками на корм диким зверям. Одному человеку захотелось поглядеть зверей: он ухватил на улице собачонку и принёс её в зверинец. Его пустили смотреть, а собачонку взяли и бросили в клетку ко льву на съеденье…»
«В Лондоне показывали диких зверей и за смотренье брали деньгами или собаками и кошками на корм диким зверям. Одному человеку захотелось поглядеть зверей: он ухватил на улице собачонку и принёс её в зверинец. Его пустили смотреть, а собачонку взяли и бросили в клетку ко льву на съеденье…»
Written at the end of Twain's career, Extracts from Adam's Diary was first published in 1897. Twain's Adam was based on himself.
Он – ездит на шикарном авто и носит дорогие костюмы. Она – вынуждена выбирать самые дешёвые кафе, чтобы сэкономить. Но одна случайная встреча переплетает их судьбы и полностью меняет жизнь каждого из них…
«Пиковая дама» Пушкина, «Светлана» Жуковского, «Утопленница» Гоголя и другие мистические и леденящие кровь истории русской классики – зазвучат новыми голосами! ЛитРес и участники проекта ЛитРес: Чтец при поддержке мемориального музея и научной библиотеки «Дом Н.В. Гоголя» представляют новый аудиосборник «Семь страшных историй, или Русская классика мистики». Выключайте свет, зажигайте свечи и приго…
«Жил-был старик со старухой, а у них было три дочери. Старшая-то дочь доводилась старухе падчерицей. Дело известное: падчерице при мачехе что за житье? С утра до вечера старуха ее поедом ест: „Экая ленивица, экая неряха! И веник-то не у места, и ухват не так поставлен, и в избе-то сорно!“ А Марфуша всем взяла: собой пригожа, работница, скромница: до свету поднимется, дров, воды принесет, печку ист…
«1812 год! Какое волшебное слово! Какие великие воспоминания! 24 года прошли с незабвенной той эпохи, а исполинские события все еще представляются воображению нашему как сон вчерашней ночи, который все еще мечтается нам со всей силою, которого мельчайшие подробности мы стараемся припомнить себе и, отыскав в нашей памяти, с наслаждением спешим рассказать нашему семейству, нашим знакомым…»
«Пиковая дама» Пушкина, «Светлана» Жуковского, «Утопленница» Гоголя и другие мистические и леденящие кровь истории русской классики – зазвучат новыми голосами! ЛитРес и участники проекта ЛитРес: Чтец при поддержке мемориального музея и научной библиотеки «Дом Н.В. Гоголя» представляют новый аудиосборник «Семь страшных историй, или Русская классика мистики». Выключайте свет, зажигайте свечи и приго…
Чарльз Диккенс – наверное, лучший английский романист Викторианской эпохи. Но удавались ему и рассказы. В них он запечатлевал портреты своих современников – аристократов и простого люда. И для тех, и для других находился свой занятный сюжет.
Чарльз Диккенс – наверное, лучший английский романист Викторианской эпохи. Но удавались ему и рассказы. В них он запечатлевал портреты своих современников – аристократов и простого люда. И для тех, и для других находился свой занятный сюжет.
Роман «Дикая дивизия» является литературным памятником эмигрантской прозы. Как и весь пласт этого невостребованного направления русской литературы, роман наполнен рефлексией по нереализованным возможностям прошлого. Произведение описывает одну из версий «Корниловского выступления». Кавказская Туземная конная наёмная дивизия («Цветная» или «Дикая»), сформированная вскоре после начала войны 1914 г.…
«Жил-был старик со старухой, а у них было три дочери. Старшая-то дочь доводилась старухе падчерицей. Дело известное: падчерице при мачехе что за житье? С утра до вечера старуха ее поедом ест: „Экая ленивица, экая неряха! И веник-то не у места, и ухват не так поставлен, и в избе-то сорно!“ А Марфуша всем взяла: собой пригожа, работница, скромница: до свету поднимется, дров, воды принесет, печку ист…
«– Скоро ли станция, ямщик? – Не скоро еще, до метели вряд ли доехать, – вишь, закýржавело как, сиверá идет. Да, видно, до метели не доехать. К вечеру становится все холоднее. Слышно, как снег под полозьями поскрипывает, зимний ветер – сиверá – гудит в темном бору, ветви елей протягиваются к узкой лесной дороге и угрюмо качаются в опускающемся сумраке раннего вечера…»
«Еще дуют холодные ветры И наносят утренни морозы, Только что на проталинах весенних Показались ранние цветочки, Как из чудного царства воскового, Из душистой келейки медовой Вылетала первая пчелка…»