Книги жанра повести
Рыцарь Моргаут, предавший своего короля тем, что полюбил его супругу, по смерти оказывается в пластичном и приветливом мире, покорном всем явным и тайным желаниям. Лишь одно вынуждает заподозрить в нем ад – низкое небо, затянутое желтоватой пеленой, сквозь которую иногда прорывается сияющее видение меча с крестообразной рукоятью, знамён и войска. И поселяются в этой обители непрестанной грусти раз…
Главный герой рассказа живет в двух мирах. В одном он компьютерщик, служащий Госплана, во втором – самый настоящий Принц.
Главный герой рассказа живет в двух мирах. В одном он компьютерщик, служащий Госплана, во втором – самый настоящий Принц.
Девочка, рождённая вскоре после второй мировой войны, вспоминает своё детство, мир, одновременно светлый, разумный – и удручающий своей нелепостью, цветущий – и слегка пахнущий гнилью. Проходит через парадоксы физического и духовного взросления. Преломляет существующее через призму своих впечатлений и тех книг, которые довелось прочитать. Книг, которыми и в которых она по преимуществу живёт, впеча…
«…Так бы и впредь под благословением божиим городу жить, да вышло такое дело: царь турецкий войною пошел. Народу побили видимо-невидимо. Приехал тут из губернии начальник и строго-настрого приказал: через год – была чтоб тыща младенцев, и больше никаких. Потому – война. …»
Человечество победило в длительной и кровопролитной войне с вампирами, загнав их в резервацию на самой северной оконечности Европы. Это остров Таймыр, изгаженный не столько войной, сколько промышленной деятельностью человека. Врага следует щадить не потому, что он благороден, а лишь потому, что, доведенный до предела, становится опасен. Но есть ещё одно. В благополучнейшей и богатой России и други…
Повесть о Саломее – иудейской принцессе, сыгравшей значительную роль в библейской истории.
«Пятьдесят лет назад торговая часть Москвы, ее «город», еще сохраняла свой старинный характер, тот, вероятно, какой имела она и «до француза». Там, где теперь узкие переулки обставлены величественными зданиями «из стали и стекла», где непрерывными рядами, заполняя весь проезд, тянутся рессорные подводы, извозчики на резиновых шинах и автомобили, где сквозь зеркальные окна видны одетые по последней…
Голова трещала. Я вспомнил вчерашний день, подумал: «Приснилось!» – и осторожно пощупал лоб. Шишка. Еще шишка… Неужели?! Неужели я действительно побывал под землей и сражался с гигантским пауком? Неужели можно научиться творить чудеса, просто коснувшись экрана компьютера? Какие передо мной открываются возможности! Есть только одно маленькое «но»…
«… Нет, это наш обыкновенный честный русский петух, который бодро и весело орет, приветствуя зарю и забивая своим простодушным криком осиновый кол в разыгравшуюся в ночи нечистую силу. Еще клубятся повсюду синие некрещеные младенцы, вурдалаки, упыри и шишиги – но уже раскрыт клюв доброго русского петуха – вот-вот грянет победный крик его… А что это за нечистая сила, разыгравшаяся на Руси, – тому с…
«…Я не сомневаюсь, что г-н Сидрак – лицо, которое устроит мое назначение на должность. Лечу к нему. Г-н Сидрак, хирург милорда, немедля берется за зонд, чтобы меня исследовать, и уверяет, что, если у меня камни, он их прекраснейшим образом вырежет. Дело в том, что милорду послышалось, будто я мучаюсь мочевым пузырем, и он, с обычной своей щедростью, пожелал, чтобы меня резали за его собственный сч…
«За дверью тревожно залаяла собака. Инженер Ананьев, его помощник студент фон Штенберг и я вышли из барака посмотреть, на кого она лает. Я был гостем в бараке и мог бы не выходить, но, признаться, от выпитого вина у меня немножко кружилась голова, и я рад был подышать свежим воздухом…»
Время действия – около 50 лет после Катастрофы. Место действия – развалины Города, последней обители Людей. Смесь фантасмагории с не очень понятно чем.
«– У меня, мил-моя, такая пролетарская происхождения – даже самой удивительно – какая я чистокровная пролетарка. Уж такая пролетарка, такая пролетарка, – ни одной подозрительной кровиночки во всём нашем роду не сыщешь. Что по матери, что по отцу. Все сызмальства крестьянством на подбор занимались, а тесть даже и скончался в пастухах. Скажет ему, бывало, Захар Кузьмич – был у нас на селе лет тридца…
«При тихом плавании Бова поет песню, соответственную своей горькой участи. Вдруг восстает буря; все, струся, молятся богу, всякий своим манером. Бова сидит один пригорюнясь, что раздражило матросов; они его бросают в море. Буря утихает, как будто нужно было для утишения ее, чтоб он был брошен. Бова между тем выкинут на берег; лежал долго, встал, идет и видит (описание острова похотливости). Игры, …