Книги жанра становление героя
Владимир Корн – современный российский писатель, автор популярных приключенческих фантастических романов. Представляем в аудиоформате пятую книгу его цикла романов «Теоретик». Игорь Черниговский не знает, за какие провинности оказался в другом мире, но быстро понимает, что погибнуть здесь можно в один момент – либо от рук бандитов, либо от зубов плотоядного монстра. Прибившись к одной из банд, гер…
Долгая дорога к восьмидесятому уровню, личный Враг, могущественный и жаждущий мести. Восставшие боги против Древних. И в этой игре Руслан уже давно не пешка!
Долгая дорога к восьмидесятому уровню, личный Враг, могущественный и жаждущий мести. Восставшие боги против Древних. И в этой игре Руслан уже давно не пешка!
Иван Шайдулин – молодой писатель, работающий в жанре фэнтези и уверенно набирающий популярность. Один из самых известных его проектов – цикл романов «Убить Первого», созданный в антураже восточного фэнтези «уся», где магия сочетается с боевыми искусствами. Согласно древним легендам люди погубили Хранителя жизни, и Первый поклялся извести за это весь род людской. Так ли всё было на самом деле, уже …
Война в закрытом секторе перешла из закрытой фазы в открытое противостояние Рока и землянина в теле молодого вангорского аристократа. Рок похищает невесту Ирридара и тем самым нарушает правила борьбы за власть. Хранители, будучи почти всемогущими, тоже должны придерживаться определенных правил. Одно из них запрещает нападения на хранителя или членов его семьи. Но Рок все поставил на победу и не гн…
«Это не при нашем заводе было, а на Сысертской половине. И не вовсе в давних годах. Мои-то старики уж в подлетках в заводе бегали. Кто на шаровке, кто на подсыпке, а то в слесарке либо в кузне. Ну, мало ли куда малолетков при крепости загоняли. Тогда этот разговор про травяную западенку и прошел. Так, сказывают, дело-то было…»
«– Попробую и я рассказать вам кое-что, – сказал молчавший весь вечер Георгий Балабин, коренастый, плотный, похожий на медведя человек, заросший до глаз короткой щетинистой бородой. За этой простоватой внешностью скрывались знания и огромный опыт заслуженно уважаемого в ученом мире исследователя Сибири…»
«В бледном и знойном небе медленно кружил гриф. Без всяких усилий парил он на огромной высоте, не шевеля широко распластанными крыльями. Усольцев с завистью следил, как гриф то легко взмывал кверху, почти исчезая в слепящей жаркой синеве, то опускался вниз сразу на сотни метров…»
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Весь Мир Тройной Радуги знает, кто такой Кремон по прозвищу Невменяемый Колдун! Правда, самому Кремону от этого не легче. Ведь он Герой с большой буквы. А кто сказал, что Героем быть легко? Да, все восхищаютс…
«Жил в деревне старый крестьянин, а при нем жена и детей двое – сын да еще дочь. Прожил крестьянин свой век и помер. А за ним и старуха собралась помирать, настала ее пора. Позвала она к себе детей своих, сына с дочерью. Дочь была у нее старшая, а сын младший…»
«– Вперед, ребята, смерти нет! – воскликнул старший лейтенант Агеев и поднял кулак в знак наступления. Ведущий поднялся с земли, с исходного положения, и, выставив левой рукой лопатку перед своим лицом, чтобы оградить его, побежал вперед. За ним вслед пошли бойцы подразделения…»
«Куцая и бестолковая, как щенок дворняжки, ярмарка валялась на лугу кверху брюхом. Вымаливала ласку: «Кто почешет?!» Чесали все, кому не лень. Деньги здесь были не в почете, из монет обычно вязали мониста, для девичьей красы, а посему меняли больше товар на товар. Холст на веревки, вервие на овчину, косматые шкуры на лемехи, соху на серпы, жатки на сыр, сыр катался в масле, а масло после долгого т…
«„Неаполь – рай на пороховой бочке,“ – думал Петер, вздыхая. Для таких выводов были веские причины. В окрестностях города обреталась армия вулканов во главе с генералом Везувием, что делало каждый прожитый день особенно солнечным, а каждую ночь – исключительно страстной. Сьлядек вначале никак не мог привыкнуть к бесшабашности неаполитанцев, хохочущих над мелкими землетрясениями, словно над шалостя…
«Седой Явтух подкрутил вислый ус. Слеза, грузная и мутная, как четверть Одаркиного первака, вытекла из козацкого глаза. – Ведьма! Истинный крест, ведьма! Какого хлопца сгубила, капость хвостастая… Бурсак, хвыльозоп, в духовных книжках всяку всячину чище дьяка вычитывал! А как плясал! Бывало, зачнет с рассвета трепака драть, и до полудня чешет! важно! Помянем душу его, паны-браты!..»
«– Куда плывем, синьор? – К гостинице «Тетушка Розина», синьор! Времени было навалом. В другой ситуации Петер Сьлядек непременно сэкономил бы десять сольди, выделенных ему маэстро д'Аньоло на дорогу. Однако с острова Ла-Джудекка, где, благодаря маэстро, Петер обосновался при консерватории, в центральную часть Венеции по мосту не попадешь. Слишком широк канал, разделяющий острова. Только на лодке, …