«Вся эта история началась в Вегасе, когда Вермон Шульце, вместо рулеток и одноруких бандитов, поставил в своем казино молельного робота. Нет, пожалуй, история началась чуть раньше, когда Вермона звали Захарией и он, закатав рукава широкой холстяной рубахи, прилежно ворочал сено в амбаре своего папаши Джозефа…»
«Они и вправду были хороши. Круглобокие, расписанные цветами, или просто красные, в цвет породившей их глины. Кувшины стояли на столе, под столом, несколько кувшинов играли в догонялки в саду, перепрыгивая через цветущие кусты юкоса. В честь этих алых зарослей и усадьба была названа, и семья потомственных горшечников, пустившая здесь корни два века назад, взяла то же имя…»
«Сидели во дворе, играли в домино. Дело было летом, после дождя, в хорошую погоду. Облака, вытрясая воду, плыли над головой пышные и умиротворенные, лужи сохли быстро, от них поднимался невидимый пар, скоро идти ужинать, игра малость приелась, и пришло время побеседовать о разных вещах…»
«Корнелий Удалов сидел дома один, смотрел телевизор. Погода стояла паршивая, дождь, ветер, мокрые листья носятся по улицам, хороший хозяин собаку не выгонит. Жена Ксения взяла сына, ушла через улицу, к подруге, а Удалов отказался. Передача была скучная, хоть выключай и иди спать. Но выключать было лень. И когда Удалов собрался все-таки с духом, нажал на кнопку, в комнате возникло существо с тремя …
«Корнелий Удалов не решился один идти с жалобой в универмаг. Он спустился вниз, позвал на помощь соседа. Грубин, услыхав просьбу, долго хохотал, но не отказал и даже был польщен. Отодвинул микроскоп, закатал рисовое зернышко в мягкую бумагу, положил в ящик стола. Потом шагнул к трехсотлитровому самодельному аквариуму и взял наброшенный на него черный пиджак с блеском на локтях. Пиджаком Грубин спа…
«Небольшой космический корабль упал во дворе дома № 16 по Пушкинской улице. Шел дождь со снегом, осень заканчивала свое дело. Упал он бесшумно, так что Корнелий Удалов, который шел на работу, сначала даже не сообразил, какие гости пожаловали прямо к дому. Корабль повредил край сарая, шмякнулся в лужу, поднял грязь и брызги. И замер…»
«Ни биография, ни анкетные данные Эммы Проскуряковой нас не интересуют. Важно лишь одно – эта стройная зеленоглазая девушка отличается крайней замкнутостью. Посудите сами: четыре раза Эмма ходила в кино с Михаилом Стендалем, сотрудником городской газеты, два раза была с ним в кафе, провела вечер на скамейке в парке, но ни взглядом, ни словом не раскрыла своего к Стендалю отношения…»
«Обстановка была на вид непринужденной. Ксения Удалова вязала себе шапку из мохера, Корнелий Иванович с Грубиным смотрели по телевизору хоккейный матч, а Максимка готовил уроки и одним глазом следил за экраном. Но за внешним спокойствием этой картины скрывались бурные страсти. Аутсайдер выигрывал три шайбы у без двух минут чемпиона, а до конца игры оставалось восемь минут. Если так будет продолжат…
«Уважаемая редакция, обращаюсь к вам, потому что мне не до шуток. Я же понимаю, что теперь серьезнее всего люди читают те места, где раньше полагалось смеяться. Раньше я думал, что великие люди большей частью помирали, как написано в хрестоматии. Если простудился, то от чахотки, если ученый – то от яблока по голове, а если от дуэльной пули – значит, не женись на молодой…»
Чудеса в Мышуйске – дело обыденное. Снежный человек, говорящий скелет, молодильные ягоды, замедлитель времени, скатерть-антисамобранка, зубная щетка со встроенным будильником, метод высушивания промокших бубликов... Чучело из космического пришельца делают тут с детской непосредственностью, а инопланетную валторну лишают волшебного голоса не со зла, а по простоте душевной. Текст сборника представле…
Чудеса в Мышуйске – дело обыденное. Снежный человек, говорящий скелет, молодильные ягоды, замедлитель времени, скатерть-антисамобранка, зубная щетка со встроенным будильником, метод высушивания промокших бубликов... Чучело из космического пришельца делают тут с детской непосредственностью, а инопланетную валторну лишают волшебного голоса не со зла, а по простоте душевной. Текст сборника представле…
Заключительная книга трилогии (предположительно) о волшебной Игре на ВОЛШЕБНОМ ПОЛИГОНЕ МОСКВА
Заключительная книга трилогии (предположительно) о волшебной Игре на ВОЛШЕБНОМ ПОЛИГОНЕ МОСКВА
Для всех истинных любителей отечественной иронической фантастики Евгений Лукин – примерно то же, что Марк Твен или Михаил Зощенко – для любителей иронической прозы вообще. Потому что это – имя автора, таланту которого, безупречно яркому и оригинальному, подвластны практически ЛЮБЫЕ повороты (и навороты) в непростом сочетании фантастики и юмора – от искрометных притч до едких, почти циничных расска…
Для всех истинных любителей отечественной иронической фантастики Евгений Лукин – примерно то же, что Марк Твен или Михаил Зощенко – для любителей иронической прозы вообще. Потому что это – имя автора, таланту которого, безупречно яркому и оригинальному, подвластны практически ЛЮБЫЕ повороты (и навороты) в непростом сочетании фантастики и юмора – от искрометных притч до едких, почти циничных расска…