Книги жанра зарубежная классика
Дети и даже взрослые наверняка когда-то слышали о Тристане и Изольде, Лоэнгрине, гамельнском крысолове и Роланде. Может быть, даже смотрели фильмы или слушали оперу. В этой книге представлены самые известные средневековые легенды Европы в блестящих пересказах И. Токмаковой и С. Прокофьевой. Читатели узнают о подвигах Беовульфа и Парсифаля, откроют для себя каноны средневековой любви и познакомятся…
Чарльз Диккенс – наверное, лучший английский романист Викторианской эпохи. Но удавались ему и рассказы. В них он запечатлевал портреты своих современников – аристократов и простого люда. И для тех, и для других находился свой занятный сюжет.
Чарльз Диккенс – наверное, лучший английский романист Викторианской эпохи. Но удавались ему и рассказы. В них он запечатлевал портреты своих современников – аристократов и простого люда. И для тех, и для других находился свой занятный сюжет.
«Вот она, убедительность воздуха после грозы! Мои заслуги предстают передо мной и подавляют меня, хотя я и не упираюсь…»
«Обещание на рассвете» – не только захватывающий приключенческий роман, но и подлинный пересказ жизни Ромена Гари, ставший всемирной классикой. И дело здесь не только в переездах и скитаниях, падениях и неудачах, лишениях и наградах главного героя, но и в образе матери, которая предрекла сыну литературный триумф, славу, высокие звания, любовь женщин – и не оставила шансов прожить другую судьбу. Ге…
Дети и даже взрослые наверняка когда-то слышали о Тристане и Изольде, Лоэнгрине, гамельнском крысолове и Роланде. Может быть, даже смотрели фильмы или слушали оперу. В этой книге представлены самые известные средневековые легенды Европы в блестящих пересказах И. Токмаковой и С. Прокофьевой. Читатели узнают о подвигах Беовульфа и Парсифаля, откроют для себя каноны средневековой любви и познакомятся…
«Продавец счастья» – это яркий представитель «малой» прозы Александра Грина. Она не только не уступает известнейшим работам автора, но и восхищает слушателя своей магической силой, непредсказуемостью и причудливостью! «Алые паруса», «Бегущая по волнам», «Золотая цепь», «Блистающий мир» – эти названия известны всем и каждому. Но они – лишь малая часть огромного мира, который создал «Волшебник из Ге…
Вниманию читателя предлагается книга великого гуманиста эпохи Возрождения Эразма Роттердамского «Похвала Глупости» (1509), принесшая автору мировую славу. Перевод принадлежит П. Н. Ардашеву (1865–1922), русскому историку и публицисту. В свое время Катулл воспел воробья, Вергилий – комара и чесночную закуску, Овидий – орех, а Лукиан муху с блохой. Но лишь Эразм Роттердамский воздал хвалу прекрасной…
«Время-не-ждет» прозвали лихого Элама Харниша на золотых приисках Аляски. И он действительно привык жить так, будто завтрашнего дня не существует, с жадностью вырывать у судьбы все, что только можно, наслаждаться даже опасностью, словно увлекательной игрой. «Все или ничего», – таков был его девиз в мире Белого безмолвия, таким он и остался в Сан-Франциско. Однако удастся ли ему, привычному к товар…
Беатрис Поттер – английская детская писательница, жившая и творившая в начале прошлого века. В Англии сказочницей гордятся и даже считают ее сочинения национальным достоянием. Ее сказки известны и любимы детьми всего мира. Кого там только не увидишь! В них прачка-ежиха Ухти-Тухти стирает одежду лесным жителям, белки запасают орешки на зиму и попадают в переделки, кошечка в сапожках и курточке выхо…
Беатрис Поттер – английская детская писательница, жившая и творившая в начале прошлого века. В Англии сказочницей гордятся и даже считают ее сочинения национальным достоянием. Ее сказки известны и любимы детьми всего мира. Кого там только не увидишь! В них прачка-ежиха Ухти-Тухти стирает одежду лесным жителям, белки запасают орешки на зиму и попадают в переделки, кошечка в сапожках и курточке выхо…
«Ситка Чарли совершил невозможное. Быть может, другие индейцы не хуже его постигли мудрость снежной тропы, но он один постиг мудрость белого человека – честь тропы и ее закон. Однако это далось ему не в один день. Мозги туземцев туги на обобщения, и необходимо, чтобы факты повторялись часто, пока явится настоящее понимание. Ситка Чарли с детства постоянно вращался среди белых и мужественно решил с…
«Ситка Чарли совершил невозможное. Быть может, другие индейцы не хуже его постигли мудрость снежной тропы, но он один постиг мудрость белого человека – честь тропы и ее закон. Однако это далось ему не в один день. Мозги туземцев туги на обобщения, и необходимо, чтобы факты повторялись часто, пока явится настоящее понимание. Ситка Чарли с детства постоянно вращался среди белых и мужественно решил с…