– Только если сходишь со мной на свидание, это моё условие, – сложил он руки на груди, обаятельно улыбаясь, и с вызовом посмотрел на меня.
– Вы в своём уме? Я вас знать не знаю и впервые вижу, заберите свои деньги, иначе я их выброшу в реку, и мы будем в расчете!
– Ни в коем случае, выбросите вы, а не я, а долг ваш так и останется непогашенным…
– Слушайте, я не просила покупать нам билеты, это было ваше решение и расхлебывать вам! Я жду!
Сощурив глаза, теперь я стояла с вызовом в глазах, будучи на грани взрыва и терпение моё заканчивалось. Мне не терпелось, чтобы он побыстрее забрал эти проклятые деньги, которые жгли мне руку, напоминая, что нас хотели купить, и мы уйдём. Видеть их больше мне совсем на хотелось.
– И не подумаю! – сделал он шаг, плотно ко мне прижавшись, склонив голову очень близко к моему лицу, где нас разделяли каких-то несколько сантиметров.
Я ощутила его горячее дыхание на своих губах, с которых он не сводил своих пронзительных карих глаз. Неожиданный жар разлился по всему моему телу, а голова закружилась, перехватывая дыхание в районе груди. Реакция моего тела показалась мне странной, никогда ещё ни один парень так не действовал на меня. Мне хотелось ударить его по лицу за его наглость, убежать, скрыться от этих пугающих меня чувств и человека, который их вызывал, внезапным вихрем вторгаясь в мою жизнь. Но всё что я могла, так это стоять и наслаждаться нашей близостью, этими сильными эмоциями, которые впервые прострелили всё моё тело импульсами желания. Они, как огненная лавина, внезапно накрыли меня, не оставляя шанса на спасение.
– Егор, – протянул он руку к моей свободной от денег руке и неспешно взял её в свою, нежно поглаживая тыльную сторону ладони, что мурашки с ног до головы забегали по моему телу.
Как я не сопротивлялась этому притяжению между нами, не могла ничего сделать. Туман заполнил голову, я с трудом соображала, не в силах сохранять хоть каплю здравого смысла. Желание, чтобы он поцеловал меня было нестерпимым, я даже неосознанно приоткрыла губы, приглашая парня в свой рот…
– Я пойду с тобой на свидание, Егор, – вмешалась в нашу бессловесную беседу Вика и развеяла это взаимное притяжение между нами. – Настя не ходит ни с кем на свидания и ни с кем не встречается. Она не любит и презирает весь мужской пол, а вот я очень даже люблю, – прикусила губу она, на полном ходу соблазняя парня намного старше её.
– Ты обнаглела, Вика, ты как себя ведёшь, придём домой все родителям расскажу и тебя посадят под домашний арест! Мальчики, предупреждаю, – обратилась я ко всем собравшимся, особенно сверля близнецов, которые плотоядно улыбались, не сводя с Вики похотливых глаз, – моей сестре семнадцать лет. Тронете её хоть пальцем, и я вас засажу, это и тебя касается, как там тебя, Егор, кажется, неважно!
Распалилась я не на шутку и не могла остановиться. Вика вела себя недопустимо для приличной девушки, даже развязно, как шлюха с панели. Мне стало мерзко на душе, она чуть ли не вешалась на них и открыто себя предлагала и это моя сестра…
– Вот, – засунула я этому Егору в карман шорт деньги, – мы в расчете, а теперь мы уходим и не надо больше нас преследовать!
Схватив Вику за руку я силом потянула её в сторону.
– Мне больно! – орала она на всю палубу, но мне было безразлично на её вопли.
Я была красная и злая, такого позора натерпелась по воле сестры, что мне хотелось провалиться сквозь землю, если не глубже.
– Потерпишь, прекрати вести себя, как шлюха! Насчет родителей я не шучу, поняла?
– Да они скорее тебя на домашний арест посадят, чем меня! Я им скажу, что ты всё врёшь, наговариваешь на меня и завидуешь моей молодости и красоте. Стало завидно, что на меня парни клюют, а на тебя нет?
– Вик, совсем с ума сошла, ты что такое несешь? Совсем не понимаешь что ли ничего? Ты ведешь себя вульгарно и развязно, кто тебя будет серьезно воспринимать. Не превращайся в девушку-однодневку только для постели, где твоё достоинство, сестра?
– Да лучше так, чем как ты никому не нужна.
– Может быть и не нужна, Вика, но и ты им нужна, чтобы переспать с тобой, глупая.
– Ну и что, я не хочу так, как ты, до двадцати двух лет быть девственницей и шарахаться от всех! – завизжала она, что я уверена весь пассажирский состав этого теплохода был просвещён насчёт моей личной жизни.
Я не сдержалась и ударила её по щеке. Сама от себя не ожидала, но рука моя жила в этот момент своей отдельной жизнью. Щека быстро вздулась на моих глазах, а Вика смотрела с такой ненавистью, что мне стало страшно. Мне было стыдно за свой поступок, но сделанного не воротишь.
– Маленькая ещё о сексе думать, у тебя первый курс на носу, займись лучше учёбой!
– Стерва! Ты за это поплатишься! Всё маме расскажу! – и убежала прочь.
Я безумно устала от своей сестры. Бегать за ней больше не собираюсь, пусть делает что хочет, её жизнь. Сил больше не было ни моральных, ни физических. Плечи мои проникли вниз, а уголки моих губ ещё ниже, так я была расстроена нашей стычкой с Викой. Нам оставалось кататься ещё минут двадцать, и я не могла уже дождаться конца этой поездки. Надо же ждала эту прогулку по реке с таким нетерпением, а теперь не могу дождаться конца этого путешествия, которое превратилось в кошмар. И всё из-за этого Егора, который всю оставшуюся часть пути ходил за мной по пятам и не спускал с меня глаз…, и самое странное я с него тоже. Куда бы я не ходила, сразу начинала искать его глазами, это было неосознанно и совсем не в моей власти сопротивляться зову своего тела. Он был очень красив внешне: высокий, статный, крепкий брюнет, притягивающий сразу к себе женские взоры. Но не только внешняя красота меня манила, но и его твёрдость, решительность, дерзкий взгляд и обаятельная улыбка. Терпеть не могла таких наглых, но в нём эта черта не отталкивала, наоборот притягивала и интриговала.
Я вся извелась и не могла дождаться, когда уже теплоход причалит к берегу. Как только это случилось, я просто летела впереди планеты всей, чтобы сбежать, и больше никогда с ним не встречаться. Он бабник, это видно сразу, мне с таким не по пути. Взгляд его порочен и сулит одни страдания и неприятности, с таким разбитое сердце мне обеспечено…
Конечно, как и говорила Вика, родители встали на её сторону. Тем более отпечаток моей руки отчётливо был заметен на левой половине лица девушки. Сложно было его не заметить, а Вика ещё подливала масла в огонь, выставляя себя невинной свечкой, а я чуть ли не злобная Баба Яга на метле.
– Как тебе не стыдно, Настя! – сказала мама. – Зачем наговариваешь на сестру? Отличница была в школе, сейчас тоже бесплатно поступила, учится, старается, ещё и ударила ребёнка, ты в своём уме руки распускать?
Пока меня ругали, я не отрываясь смотрела на Вику, у которой лицо чуть от удовольствия не треснуло. И этой девушке скоро восемнадцать лет? Дома Вика вела себя безупречно и была та ещё лисичка, постоянно подлизывалась к родителям, почему и была ожидаемо их любимицей. Я же более сдержанный человек, мне сложно проявлять эмоции открыто, да и лицемерить, как Вика, я не могла. Если я не согласна с кем-то, я открыто отстаиваю свою позицию, даже если она идет вразрез с мнением родителей, а Вика всегда хорошая, потому что поддакивала и со всем соглашалась, чем заслужила звание любимой и самой покладистой дочери, которой всё всегда сходило с рук. Говорила им, чтобы не давали так много ей воли, но они махали рукой, считая её серьёзной и ответственной, совсем не обращая внимания на то, что она выросла и приоритеты уже давно расставила по-другому.
Диплом экономиста у меня был на руках, и мне не терпелось поскорее найти работу и от них съехать. Если Вики не будет в моей жизни, я только лишний раз вздохну от облегчения, пусть сами с ней нянчатся. Мне за всю жизнь хватило её истерик и капризов. Если мне покупали платье, то ей нужно было ещё красивее и ещё дороже, если мне нужна сумка, то ей сразу две сумки и летнюю, и зимнюю, ах да забыла, ещё и клатч впридачу. Мне то он не нужен, ведь я каблуки не ношу, а эта штучка только с туфлями на высоких шпильках смотрится. И родители выполняли все её прихоти, совсем не воспринимая меня. Было очень обидно, но только первое время, когда эта разница стала мне бросаться в глаза, сейчас уже нет. Я устала, мне было всё равно, хотелось жить самостоятельно и не зависеть больше от них и видеть только по выходным, а то и по праздникам. Пусть Викой любуются!
Как же я завидовала белой завистью другим семьям, где сёстры были очень близки, дружны и поддерживали друг друга, а от Вики взаимности я никогда не видела, одни неприятности. Если что-то не по ней, она сразу бежала ябедничать к маме, а наказывали меня, не разбираясь кто прав, а кто виноват… Довольная тошнотворная улыбочка всегда окрашивала её лицо, делая его кривым и не очень приятным, так она была довольна своими проделками, а у меня вызывала этим только отвращение…
Сегодня я собралась в кинотеатр, который совсем недавно открыли в нашем городе, чему все были очень рады. Показывали много фильмов, но мне был интересен только один –«Мэнсфилд-парк» снятый по одноимённому роману моей любимой писательницы Джейн Остин, книги которой в полном составе можно легко обнаружить на полках в моей комнате, которые я зачитала до дыр. Дух захватывает от мысли, что скоро посмотрю новую экранизацию на огромном экране.
Я решила уйти из дома незаметно, чтобы Вика не увязалась как обычно за мной. Мне удалось это сделать, и я не могла нарадоваться этой небольшой победе, хоть один вечер без её назойливого и вечно всем недовольного голоса, когда она считает, что умнее и лучше всех, а я, как та Золушка на побегушках при богатой сестре, и родители, как не родные. Эти мысли сами напрашиваются, ведь отношение к нам было настолько различным, что даже окружающие замечали эту разницу. Может, я им не родной ребёнок, и они меня взяли из детского дома? Я предполагала уже и такое, да и по внешности я была совершенно не похожа на них, в отличие от Вики, которая была копия мамы. Если у сестры были карие глаза, то у меня голубые, и волосы намного светлее, чем у неё, да и ростом я выше сантиметров на десять. Но на все мои намёки родителям на эти наши отличия мне всегда говорили одно и тоже.
– Что ты, конечно вы родные, как ты могла такое подумать! Ты просто в прабабушку пошла по отцовской линии и фигурой, и внешностью, и мы тебя с папой очень любим.
Но на этом их любовь заканчивалась. Нет, они меня не били, не унижали, кормили, всё покупали, если мне нужно, но такой теплоты, которая бывает между мамой и дочкой у нас не было, с отцом также, а я чувствовала себя изгоем и никому ненужным элементом. Мне было одиноко и совсем не с кем было поговорить по душам или поделиться наболевшим. Думала сестра есть и радовалась поначалу, но Вика только и делала, что любовалась собой любимой, до меня ей дела нет и никогда не было. Хотя если что-то надо ей, то я в лепешку всегда расшибалась, если не больше.
В кинотеатре было прохладно, и я ненадолго закрыла глаза отдыхая душой и телом от удушливой жары и от своих родственников в том числе. Фильм мне понравился, несмотря на то что отличался от книги, что я не очень любила, но фильм есть фильм, там не грех и немного приукрасить. В душе я была романтик и мечтала о такой любви, как у Фанни с Эдмундом, которую в конце фильма обрели герои. Не стоит размениваться по мелочам, оглядываясь не на тех людей, нужно смотреть прямо перед собой, и однажды там появится он, один единственный, твой человек…
Когда я вышла из зала, настроение у меня было хорошее. Я шла, погрузившись в свои эмоции от просмотра фильма и совсем не смотрела по сторонам.
– Ты должна мне свидание, – услышала я знакомый голос в районе своего уха и подскочила на месте от неожиданности.
– Что ты здесь делаешь, следишь за мной? – совсем не была рада я этой встрече.
– Нет, вовсе нет, люблю Джейн Остин, все её книги стоят у меня на полке в моей комнате.
– Хватит заливать и лапшу мне на уши вешать. Я эти длинные макаронные изделия вообще не ем, можешь не стараться меня ими пичкать. Вешай её таким наивным и падким до таких дешёвых подкатов девочкам, как моя сестра, я на такое не ведусь и не мечтай!
– Не веришь? Пойдем ко мне домой и сама проверишь.
– Размечтался! Мне плевать любишь ли Джейн Остин или нет, ты мне не нравишься, понял!
– А я думаю, что нравлюсь, только ты слишком упрямая, чтобы это признать.
– Что ты хочешь? – резко остановилась я, мне надоело, что он идёт за мной по пятам, надоедая своим бесконечным жужжанием на ухо.
– Я уже озвучил своё желание – свидание, чтобы узнать друг друга получше, по-моему кто-то сформировал обо мне неправильное мнение.
– Зачем?
– А, может, я влюбился, разве ты не веришь в любовь с первого взгляда?
– Конечно, нет! В такое только глупые дурочки верят!