– А чего вынюхиваете тут?!
Он склонил голову набок, прищурившись. Я знаю, что ты тут вынюхиваешь, Эйнштейн. Но не дам тебе подобной радости.
– Ладно. Раз вы решили помолчать, то давайте перейдём на язык жестов. Вы хотите испортить свой костюм?
Парень снова покачал головой.
– Может быть решили воспользоваться туалетом?
Опять отрицательно покачал.
– Тогда, возможно, решили отравиться? Вы знаете, у нас еда не самая свежая.
Скривив губы, он приподнял подбородок, словно намекая, что я врушка.
– А пиво, так вообще. Ух. Ослиная моча!
Для убедительности я ещё и рукой взмахнула, но он только облизал свою нижнюю пухлую губу, насмешливо смотря на меня.
Да какой же ты тугой!
– А на бильярдном столе такие валуны, что шар скачет по ним как по американским горкам, – подметила я, рукой изобразив волну.
На секунду он прикрыл глаза и глубоко вздохнул.
– Ну и где у вас тут кондиционер сдох?! – вдруг раздался низкий голос, что я подпрыгнула и одновременно выдохнула с облегчением.
Мой молчаливый посетитель повернул голову на звук, а затем выразительно посмотрел на меня.
– Я же говорила, что кондиционер сломан, – гордо заявила я и обошла его, чтобы встретить мастера.
Проходя мимо я успела уловить его запах, отчего у меня чуть колени не подкосились. Так было и несколько дней назад, когда он схватил меня, заставляя ответить на его вопросы. От него пахло чем-то грубым, но мягким. Терпким, но тёплым. То ли это бергамот с кедром. То ли корица с кардамоном. Не знаю, но аромат настолько непонятный, насколько и завораживающий.
Что-то в этом парне было такого, что пробуждало во мне желание кричать и стонать одновременно. Возможно, я и впрямь немного не в себе, раз допускаю подобные мысли. Но до чего же он хорош собой. Так бы и оттяпала кусочек от него, чтобы по ночам тискать его. Переключив своё внимание на мастера, я то и дело поглядывала в сторону барной стойки. Парень простоял ещё минут пять, недоверчиво наблюдая за мной, а затем скрылся из виду.
Остаток рабочей смены прошёл в тщетных попытках убедить себя в случайности его визита. Что, если он теперь решит заходить почаще?! Но зачем ему это надо? Не думаю, что ему захочется быть узнанным, ведь рано или поздно ему придётся заговорить. Что бы им ни двигало, когда он совершал свои делишки, это точно не во благо или ради спасения. Он заносчивый сноб, которому невдомёк, как живут остальные люди.
***
Уже ночью я пересекла порог дома, как тут же услышала пронзительный плач Линн из спальни. Малышке всего полтора года и по ночам она частенько просит внимания. Однако ни её матери, ни моей обычно никогда дела до этого нет. Родив пятерых детей от разных мужчин, моя мать больше всего любила алкоголь, мужчин и травку. А Линн была соседской девочкой, за которой во время летних каникул взялся иногда приглядывать мой брат Патрик. Подозреваю, что там крылся финансовый интерес. Как-то я видела, что Кассия, соседка, совала несколько долларов в карман моего брата. Я не влезала в это дело, поскольку дома меня почти никогда нет.
Бросив сумку на пол, устало побрела на звук.
– Эй, кто тут у меня плачет? – пролепетала я, протянув руки и взяв малышку.
– Риса, – захныкала она. Я улыбнулась. Ей пока тяжело давалось выговорить моё имя, поэтому я была либо «Рисой», либо «Исой».
– Чёрт, не успел, – послышался сзади сонный голос моего среднего брата Патрика. Ему тринадцать и в моё отсутствие он приглядывал за всеми. Я обернулась с малышкой на руках.
– Всё нормально. Иди спать.
Протерев глаза, он мягко улыбнулся.
– Ты устала. Давай помогу.
– Всё хорошо. Как ты?
– Как обычно, – он пожал плечами. – Нормально.
Патрик был моей подрастающей надеждой на лучшее будущее. В отличие от своего старшего брата Зейна, которому семнадцать, он не доставлял мне особых забот. Я самая старшая в семье, ну после матери, и отвечала за каждого из них, поскольку мать чаще всего либо пьяная, либо накуренная, либо затраханная. Ну, то есть с мужиком.
– Как тут без меня? Без происшествий?
– Смотря что ты имеешь в виду под «происшествием», – заметил Патрик, взъерошив свои рыжеватые волосы. Я покачивала Линн, поглаживая её по спине, и она постепенно успокаивалась. – Линн сегодня хныкала, но у неё клыки режутся. Наверное, именно поэтому Кассия и притащила её к нам, чтобы выспаться. Меган подралась с дворовым пацаном. Пол с утра не вставал из-за компа. А Зейн до сих пор не появился.
Я вздохнула. Ничего нового.
Меган – четырёхлетняя оторва. Даст просраться любому. По-моему, она очень на меня похожа, хоть нас объединяет только мать.
Пол – десятилетний разгильдяй. Ему бы только в видеоигру порубиться. Он может днями обходиться без еды, лишь бы пульт управления был в руках.
Патрик – моя опора.
Зейн – моя большая проблема. Реально. Я уже неоднократно спасала его задницу, но он явно не ценит моих стараний и каждый раз придумывает новые выходки, из которых я его потом вытаскиваю.
Так уж вышло, что в нашей семье я выступаю и мамой, и папой, и старшей сестрой одновременно. На нашу мать положиться невозможно. Если она не спит, то трахается с клиентами. Это всё до безобразия неправильно и с такой нарушенной иерархией подрастающим детям будет крайне сложно в будущем. Не имея ни одного нормального и адекватного примера перед глазами, когда-нибудь им придётся в одиночку осваивать азы человеческих отношений. Особенно меня настораживало отсутствие отцов в их жизнях. Поэтому я делала всё возможное, чтобы минимизировать ущерб. Однако приходилось жертвовать свободным временем, которое я могла бы провести с ними.
Линн заснула на моём плече, и я аккуратно переложила её в кроватку. Выключив ночник, направилась на кухню.
– Я тебе захватила с работы наггетсы, – зевнув, сказала Патрику.
– Спасибо, сестрёнка. Сделать тебе чай?
Боже, если бы не Патрик, я бы уже повесилась. Обессиленно рухнув на стул, я смогла только кивнуть.
Мы жили на окраине Бостона в рабочем квартале. Небольшие двухэтажные таунхаусы тут соседствуют с одноэтажными постройками. Вот в такой мы и жили. Обветшалый сарай, требующий ремонта, а ещё лучше сноса. Но мне грех жаловаться, ведь у кого-то даже такой крыши над головой не имеется. У нас две спальни, которые разделены между пятью детьми моей матери по половому признаку – мальчики отдельно от девочек. В гостиной же обитает мама со своими вечно сменяющимися мужиками. Ну и тесная кухня, где всем одновременно находиться просто невозможно. Она похожа на консервную банку, а мы на шпроты.
Патрик поставил передо мной чашку с пакетиком зеленого чая и сел рядом.
– Ты выглядишь уставшей.
– Я так себя и чувствую, – вяло усмехнулась я, взяв чашку.
– Айрис, может, я тоже найду подработку?
– Свихнулся?! А учиться кто будет?! Достаточно и того, что я забила на учёбу, а ты приглядываешь за всеми. Кто-то же в семье должен подавать пример остальным и получать отличные оценки. А сейчас лето. Читай список литературы и присматривай за остальными.
Патрик нахмурился.