Однокласснику

Сергей смотрел в её улыбающееся лицо с молочными «усиками», в знакомую тонкую ссадинку над левой бровью и, кажется, только теперь понимал, как он соскучился по ней. «Мой дорогой малыш». Он взял её пальцами за виски. Она потянулась к нему, у себя под ухом он слышал её прерывистое дыхание. Как же я мог без тебя? Как я мог без этих ресниц? Он шёл, пошатываясь и прижимая к себе драгоценную ношу. Хотелось идти так без конца. «Люблю. Я люблю тебя», – прошептала она. Губами он чувствовал её глаза, большие и влажные.

Леночка спала, уткнувшись лицом в его плечо. Сергей боялся шевельнуться – таким лёгким казался её сон. Она выбросила руку ему на грудь. Тонкие пальцы чуть вздрагивали перед его подбородком.

Он сам не слышал своего шёпота. Она погладила его по плечу. Он повернул голову. Лена вздрогнула и проснулась. Неожиданно для себя самого Сергей сказал ей: «Малыш, ты не заметила, что у нас кое-что случилось?» – «Что?» – она смотрела, испуганно выжидая, и Сергей проклял себя за то, что проговорился. – «Что?» Он погладил её по голове и с усилием произнёс:

– У нас… сегодня… палас украли.

– А, – она сонно вздохнула. И, снова погружаясь в сладкую дремоту, добавила:

– Он мне всё равно не нравился.

Подъезд

венок сонетов

IДрожащие железные перила.Знакомая щербатая ступень, —Дорога, по которой каждый деньТы в школу с папкой кожаной спешила.А я тогда всё время умудрялсяЧуть не на два часа пораньше встать,Но по дороге, – как бы ни старался, —Тебя до школы так и не догнать.Ты в гардероб – как больно мне за то! —Сдавала без меня своё пальто.По лестнице широкой поднималась.В соседний класс входила ты одна, —И в коридоре школьном воцаряласьЧужая и пустая тишина.IIЧужая и пустая тишина.Унылые осенние уроки.В окне на ветках мокрые сороки,На карте – чья-то древняя война.Я кое-как дожил до перемены.Затем покинул душный кабинетИ взглядом вкось, таким неоткровенным,Тебя нашёл и проводил в буфет,Где ты одна, без рыцарской руки,С трудом несла, толкаясь, пирожки,Споткнуться и испачкаться рискуя…Идя домой, увидел пацана:В подъезде, у стены стоял, рисуяСплюсованные наши имена.IIIСплюсованные наши имена!Ах, ты, довесок! Дал ему по шее.Он ухнул вниз. И, по пути наглея,Язык свой. длинный высунул, шпана.Но странно, что, противным этим малымПоказанный по глупости язык,Как будто стал карающим кинжалом:Который в существо моё проник.Наутро – помнишь? – в школу шли мы рядом.И стало догонять тебя не надоМне по дороге больше никогда.Прощаясь, ты мне что-то говорила…И отзвук слов, журчавших как вода,Стена давно в себе похоронила.IVСтена давно в себе похоронилаИ пятна крови, той, что как-то разЯ пролил за тебя – верней, за нас,Когда пристал к нам с улицы верзила.Похоронила шрамы от коньков,От тех, что ты, кое-как придя с дорожки,Освободилась словно от оков,Чтоб я согрел твои льдышки-ножки.И аромат недорогих духов.И звуки не родившихся стихов.И ожиданий долгих сладкий крест.И остроту немых прикосновений…Хвала тебе, старинный мой подъезд, —Пристанище признаний и волнений.VПристанище признаний и волнений,Где стук шагов в бетонной тишинеИ нынче наполняет сердце мнеПотоком неуёмных предвкушений.Сквозь паутиной забранные стёклаЗастенчиво сочится дальний свет,Передо мною сумрачно и блёклоВстаёт полуразмытый силуэт.И хоть – конечно! – на площадке тойДавно уж голос девушки другой,И рядом с ней не тот уже поклонник,И даже паутины больше нет,Но кажется, что этот подоконникЕщё хранит лишь нам знакомый след.VIЕщё хранит лишь нам знакомый след.А по углам насмешливое эхоХранит остатки сдавленного смехаИ шёпот страха, ожиданья бед.И шорохи, и шелесты, и вскрики.И тот победный колокольный звон,Когда однажды лопнули вериги,Обдавши нас огнём со всех сторон.Укрывшись за кромешной темнотой,Сказала: «Отведи меня домой» —И больно ухватила мою руку,Уже полна отравой сожалений…Зачем-то сосчитал, идя в разлуку:К тебе ведут одиннадцать ступеней.

VIIК тебе ведут одиннадцать ступеней, —Ведь это пять всего после шести.Но мне их, к сожаленью, не пройти.Не разрешить моих недоумений.Наутро – только холод глаз усталых.Не взять портфель. И не подать руки.И не сказать весёлых слов бывалых…А лишь вчера мы были так близки,Как никогда…Пустыми вечерамиНа мокрой скользкой крыше с голубямиПодолгу я просиживал один,Пытаясь отыскать всему ответ.Но и тогда его не находил,И много долгих невозвратных лет.VIIIИ много долгих невозвратных летЯ не могу понять: как разлучилоНас то, что тесно так соединило,Что никаких уже различий нет,Где ты, где я?..Как можно друг от другаОтрезать было нас? Каким ножом?..И как я смог тогда не сбиться с круга,Не уничтожить ни себя, ни дом, —Кто знает…Есть лишь только повод славитьТех, что судили здесь меня оставить,Не объяснив при этом: на фига.Чтобы запутать в мыслях бестолковых,Свалили ворох, словно на врага,И лет, и дел. Стремительных и новых.IXИ лет, и дел, стремительных и новых,Рассыпался цветной калейдоскопИ я, несовершеннолетний сноб,Укрылся в гавань выводов готовых.И сразу все неровности землиИсчезли под асфальтовым покрытьем,Простые очертанья обрели —И не казались больше уж событьемНи лёд в стакане в адский летний зной,Ни поцелуй девчонки озорной…Туман незнанья.Молодости спесь.И я – из тех, нехитрых и бедовых.И в голове – причудливая смесьДобрейших мыслей и речей суровых.XДобрейших мыслей и речей суровых,Красивых слов заученных капканЛегко ловил в очередной романВсё новых героинь светлоголовых,С которыми куда-то мы неслись,Летели так, что в кучу всё мешалось.И так же скоро проносилась жизнь,Поскольку бесконечною казалась.И всё как будто приходило в срок:Диплом, невеста, дочка и сынок.Толпа родни, друзей столпотворенье, —Катил себе по камушкам ручейПод лёгкое воздушное пареньеПолучужих, полусвоих речей.XIПолучужих, полусвоих речейИ мыслей, и поступков, и мечтаний —Взамен мучений, поисков, скитанийНа той тропе непройденной своей,Что ты оборвала в тот давний вечер,Чутьём, уже не девичьим, поняв,Что груз мужской, упавший мне на плечи,Покамест не подходит для меня.И, значит, чтобы к этому прийти,Тебе со мною через всё пройтиПотребовалось?Тая и сгорая,Изведать, что положено невесте,Но памятных вещиц не получая,Что жили в залах, на почётном месте.XIIЧто было в залах, на почётном месте?Искусные фальшивые цветы,Внесённые туда «для красоты».И фото, преисполненное лести,Где лица молодые – те, не те? —С теченьем лет всё легче обознаться, —Он в галстуке цветном, она в фате, —Не уставали жизни улыбаться.Кругом плодились вещи – высший сорт,И прирастали сытость и комфорт,Но выцветало праздничное фото.И становилась с каждым днём милейНе дружеская верность и забота,А та любовь, что солнца горячей.XIIIА та любовь, что солнца горячей,Покоя и пощады не давала.С постели среди ночи поднималаИ предавала в руки палачей.Они кричали хрипло: «Как ты могЗа глас судьбы принять тот слабый, тонкий,Надрывный, истеричный голосокНесчастной перепуганной девчонки!»Ведь было же так просто – Боже мой! —Не к ней – к себе втащить её домойИ на немой вопрос«Моя жена!» —Сказать.И быть потом всё время вместе.И не позволить больше, чтоб онаЮтилась в тёмном каменном подъезде.XIVЮтилась в тёмном каменном подъезде.И, не осмелясь выглянуть на свет,Она, которой лучше в мире нет,Уже, глядишь, – пропавшая без вести.Взбежать наверх (бывалый марафон).У двери позвонить подобострастно?На стенке нацарапать телефон?Усесться на окошко?..– Всё напрасно:Тебя, конечно, здесь уж нет теперь.Да и меня здесь нету – верь, не верь.Твои слова я роздал сгоряча,A ты мои кому-то подарила…Стук двери.Стрекотание ключа.Дрожащие железные перила.МагистралДрожащие железные перила.Чужая и пустая тишина.Сплюсованные наши именаСтена давно в себе похоронила.Пристанище признаний и волненийЕщё хранит лишь нам знакомый след.К тебе ведут одиннадцать ступенейИ много долгих невозвратных лет.И лет, и дел. Стремительных и новых.Добрейших мыслей и речей суровых.Получужих, полусвоих речей,Что жили в залах, на почётном месте..А та любовь, что солнца горячей,Ютилась в тёмном каменном подъезде.

Песня жены астронавта

Милый мой, ты сегодня летишь на Луну.Ты меня на Земле оставляешь одну,Чтобы первым из нас прикоснуться рукойК той, что щедро светила, даруя покой,В ночи нашей любви…В ночи нашей любви…Перед тем, как завесу спустить на окне,Я к мерцающим стёклам прильну в тишине.Томми ноги ручонкой мои обовьёт…Ты махни нам оттуда сквозь звёздный полёт —Мы увидим тебя…Мы увидим тебя…Помнишь, милый, ты был от меня далеко,Груз разлуки нам было нести нелегко.Мы печали свои доверяли Луне:Наши взгляды с тобою встречались на ней —И мы были близки…И мы были близки…А теперь ты летишь на свидание к ней.С каждым часом всё ближе ты мне и родней.Только помни всегда: коль прервётся полёт,То Луна моё сердце навек разобьёт.Ты меня сбереги…Ты себя береги…

Олуэн, Олуэн… Огонь и тепло

Краски лжи и серость истины —Всё так призрачно.Всё ушло,Олуэн, Олуэн.Олуэн, Олуэн… Зло как рудаПод слоями личин скрывается.Не признаетсяНикогда,Олуэн, Олуэн.Олуэн, Олуэн… Жестока судьба,Что кому-то сполна отвесила.И невеселоВсем рабам,Олуэн, Олуэн.Олуэн, Олуэн… Встаёт рассвет,И пора выходить на улицы.И ссутулиться…Счастья нет,Олуэн, Олуэн.Олуэн, Олуэн… Стучат каблучкиПо брусчатке, умытой туманами.Все обмануты…Де-воч-ки!..Олуэн, Олуэн.Олуэн, Олуэн… Комок в грудиШевелится, холодный и колющий.Не замолишь его.Уходи.Олуэн, Олуэн…

В.С.

В тот страшный день. В тот хмурый жаркий день,Что встал, затмивши солнечное утро,Всё было мудро.Пыльных листьев теньВсю улицу на звёздочки кромсалаИ клочья нам под каблуки бросала.Всё было мудро. Смирная жена,Ты ровно на вопросы отвечала.Порой молчала.Ты была дружнаСо скромностью, что мудрости подруга,Что юных наглецов сбивает с круга.Порой молчала. И тогда я жилДыханьем опьяняющего детства.К чертям кокетство!Детства старожил,Я всё ловлю далёкую улыбку,Что в пелене годов мерцает зыбкой.К чертям кокетство! Улыбнись, дружок.Не всё же веселиться негодяям.Давай сыграемВ розовый пушок.Пускай он вольно вьётся над полями…Давай придём на миг в обьятья к маме!Давай сыграем. Полно нам взрослеть.Довольно над собою нам смеяться.Ведь нужно драться,Чтобы не стареть.А не стареть нам нужно, чтобы драться.

Триптих

поэма

1СкупаяЗемля сухаяВ подпалинах,Как шкурка суслика.Волнами дальние горы.Чахлые тополя.Зато какие —О, мама! —Знаешь, какие просторы!Только небоОт края до края!Столько небаДома у нас не бывает.Глаз не хватает.В башку не влезает!Словно шар, изнутри распирает.Руки раскинуть —Эге-ге-ге-ей!До свиданья, Земля!Вверх и прямо.И снова вверх.– Ма-ма-а-а!..За дверью железной смех.В решётку дежурный сержант:– Мамочку вспомнил,Товарищ курсант?Вот тебе мамкаВ виде фанерной лопаты…С чёрного неба белая манкаСыплет и сыплет за ворот сырого бушлата.Кирпич.Забор.Гауптвахты двор,Весь состоящий из снежных гор.Белые горы и там и тутВ чёрной ночи бесконечно растут.По ним разбежаться…Эх, если б смог!Но вязнет в сугробе кирзОвый сапог.«Надо же, как я промок!»Снег валит и валит.Не спится Вале.«К поверке успел – не успел?»Вроде хороший,Да больно уж смел!Ни парней не боится,Задира!Ни крысы,Ни командира.Говорят, смелых любит удача…Так-то так.Ну, а если вот выйдет задача —К чёрту в зубы,Таранить танк…Сам ведь напросится первый, дурак.Давит в ребро пружинойСтаренькая кровать…Поздно.Надо бы спать:Вечером снова ждать…Но от такого мужчиныСладко детей рожать.«Господи!Что же такоеЯ себе говорю!Жизнь без минуты покояДетям своим подарю?»Едкой холодной слезинкойПо переносице – страх.Хлёсткие льдинки-крупинкиПутаютсяв фонарях.Степь, в тюльпанах от края до края,Позолотела.МиГ-15, играя,След оставляет белый.Ладонью прикрывшись, мальчишкиСмотрят вверх:– Красота!А командир на вышкеГневно орёт:– Куда?!А из прозрачной кабины,Словно на карте, здесьМира видать половину…Вот бы увидеть весь!Словно цветную лошадку,Шар земной оседлать…Голос с земли:– На посадку!!!Ой.Ну, зачем так орать.Хрипло начальник дышит.Парня, того гляди, съест:– Кто разрешал тебе выше?Вновь захотел под арест?Изо всех сил стараетсяВсыпать ему «по первое…»Глядь!А курсант – улыбается!Может,Он, правда, без нервов?Чувствуя, как не хватаетДля «распекания» слов,Подумал: «Ох, наломаетЭтот, гляди, ещё дров!»И, сморщив шутливо нос:– Ты в космос хотел или как?Услышал встречный вопрос:– А что?Чем я хуже собак?2Из журнала классного —Гони «колы»!Поскорее «двойки» исправляем:На носу весёлые каникулы.Вот уж в «клёк» и «чижик» поиграем!Шагаем в школуСквозь лужи вброд.Вода под солнышком искрится.И видим: взрослый,Большой народЧего-то нынче веселится.Идут, смеются,«Ура!» кричат.Чего случилось с вами, люди?Чего шумите,Как детский сад?У вас каникул ведь не будет.Переобулись в кеды,Зашли в весенний класс.– Ребяточки! С победойЯ поздравляю вас!Учительница белыйВ руках сломала мелИ – в крик – не утерпела!:– Наш!В космос полетел!И рты пораскрывалаМгновенно детвора…А школа уж кричала:– Ура!– Урраа!!– Ура-а-а-а!– По радио сказали,Пока вы в школу шли,Что лейтенант ГаранинСлетал вокруг Земли…Тут с «камчатки» Валерка Бухарин —Ох, и тип!Ему лишь бы перечить! —Прокричал:– А я слышал: «Гагарин»!– Хочешь дурь свою увековечить?– Ты с утра прополаскивал уши? —На мальчишку противного гневно«Сорвались» пионерские души…– Продолжайте, Любовь Алексеевна!– Всю Землю облетел онИ приземлиться смог.Вот так!А наше дело —Начать скорей урок.В тот день —Тепло как летом…Покинули мы парты.«Заправлены в планшетыКосмические карты» —Неслось во всех квартирах,Лилось со всех столбов.И каждый жаждал мира.И каждый был готовХоть нынчеНа скафандр сменить свою тужурку.Осваивать планеты,Строить города.На всю страну разнёсся крик:– Вот это Юрка!..Вот это да!..В гагаринской улыбке – лодочкою губы.И стало по земле нам радостно ходить.Конечно, не дадим мы им в обиду Кубу!Конечно, с каждым днём всё лучше будем жить!

3Какие-то ватные ноги…НадоОбязательно выше!Что-то кричит Серёгин…Не слышу.Какая-то круговерть,Мельтешение карт.Неужели смерть?..Март.Пахучая хвоя.Лужицы талой воды…Уйти от беды!Нас ведь двое.И всё с собою:Опыт, характер.Машина —Как тот МиГ-15,С которым всегда удавалось поднятьсяИ удержаться.Который не любит, как девка, ломаться —Мужчина!Которому можно верить, —Многократно проверенный в деле…Неужели смерть?..Неужели?..Надо тянуть.Изо всех сил тянуть на себя. —Нельзя обманутьТех, кто любит и ждёт тебя…Эхо над домами.Тишина.Генерал Каманин:«Вся странаПлачет вместе с нами.Только пониматьНадо, что не может лётчик не летать».Эх, генерал!Да кто б возражал…Кто понимал?Кто увидалСквозь слёзы и нервы,Сквозь тяжесть в груди,Что наш номер первый —И тут впереди.Что близится скорыйМучительный час.Что Прага с укоромВзирает на нас.Собой попираяЗачавшийся день,Из гор наползаетУсатая тень.Хохочет над намиВ аду Вельзевул.Торгует гробамиС начинкой Кабул.Трещат автоматыИ ночью, и днём…И мирный наш атом прополз в каждый дом.И, словно астероиды, который год подрядОбломки нашей Родины нам в голову летят.На себя!Но всё ближе земля.Какой замечательный лес!Совсем не те жалкие,Чахлые тополя,Что растут, где впервые коснулся руля.ЛесВверх и вправо полез…Не пускать!Руками, ногами,Зубами держать!Ну, куда же ты!..…мать!Нас так просто не взять.Ещё чуть напрягусь.Изогнусь…Есть!Прямо!..…Я вернусь,мама.2012,Оренбург