Секретные чипы (издание второе, исправленное)

Меж тем, милицейский работник бубнил: – Вы лежали ничком на земле, а из вашей спины торчал длинный нож. На орудии преступления мы обнаружили лишь отпечатки вашей правой руки. Никаких документов с вещами при вас не имелось. Вас немедля доставили в больницу села. Там сразу заметили, от вас сильно пахнет спиртным.

Дознаватель достал ещё один лист: – Вот официальная справка о тогдашнем составе вашей крови. Количество алкоголя в ней просто зашкаливает. Из этого следует, вы потребляли спиртные напитки в общественном месте, с тремя неизвестными.

Потом, по какой-то причине, вы внезапно повздорили со своими знакомыми. Началась, как обычно, пьяная драка. В ходе той потасовки, кто-то ударил вас в спину ножом. Собутыльники испугались последствий и немедленно скрылись. Будете подавать заявление по поводу нападенья на вас?

– Нет. – без всяких раздумий, откликнулся Глеб.

– Тогда подтвердите отказ от всяких претензий к органам власти. – капитан положил на закрытую папку ничем незапятнанный бланк милицейской конторы и подал всё это больному. Затем протянул дешёвую ручку и спокойно добавил. – Подпишите вот здесь, в самом низу. Текст я внесу несколько позже.

Услышав подобную речь, Глеб слегка улыбнулся, но даже не двинул рукой. Не такой он простак, чтобы оставить свою закорючку не известно под чем. Ведь, на чистом листе, можно составить любое признание. Например, в покушении на вечно пьяного Ельцина. Мол, якобы ты, его сбросил с моста. И сядешь потом лет на десять, из-за этого красномордого клоуна.

В палате послышался резкий звонок. Капитан сунул руку в карман синей куртки и достал навороченный сотовый. Взглянув на экран, он разом весь подобрался и молодцевато ответил: – Слушаю Вас господин полковник милиции. – на том конце провода, что-то неразборчиво буркнули.

– Хорошо, но ребята работали... – начал говорить офицер. Его резко прервали. Блюститель порядка, молча, дослушал экспрессивную речь и неохотно сказал: – Так точно! Всё понял!

Нажав на «отбой», капитан сразу набрал чей-то номер и надавил на кнопочку «Вызов». Едва там ответили, он громко гаркнул, словно фельдфебель на тупых новобранцев: – Все вещи приезжего, доставить в больницу. – после чего, отключил аппарат.

Не зная с чего бы начать разговор, офицер немного помялся, и, преодолевая себя, неуверенно выдавил: – Мне сообщили, недалеко от аллеи, где вас подобрали врачи, в ближайших кустах, дети нашли ваш телефон и спортивную сумку с компьютером. Сейчас это всё, сюда принесут.

Капитан неохотно сложил все бумаги в потёртую папку и застегнул сильно поблекшую молнию. Он встал со скрипучего стула и подошёл к небольшому окну с давно не мытыми стёклами. Какое-то время, мужчина стоял, бесцельно глядя на улицу.

Не понимая в чём, собственно, дело, Глеб тихо лежал, благоразумно молчал и не общался с милицейским работником. Ни к чему выяснять, что вдруг случилось вокруг? Скоро и так, всё станет ясно.

Наконец, послышался стук в закрытую дверь. В палату вошёл удивительно хмурый милицейский сержант. Его Глеб отлично запомнил при встрече в «центральном» кафе.

Мент подскочил к начальнику местной охраны правопорядка, козырнул, как на параде, и отдал ему увесистый свёрток. Он опять приложил, ладонь к козырьку и немедленно выскочил в открытую дверь.

Весьма неохотно, капитан повернулся к кровати и опустился на старенький стул. Мужчина достал из пакета спортивную сумку, принадлежащую парню. Он открыл длинную молнию, поочередно извлёк ноутбук, фотоаппарат, рулетку, карандаши, и ручки с бумагой.

Показав всё архитектору, он сложил всё обратно, застегнул верхний клапан и поставил баул на полу, возле кровати. Затем, вынул из папки очередной чистый лист, составил «расписку в получении личных вещей» и подсунул её пострадавшему.

Глеб быстро прочёл несколько строчек, что находились на белой бумаге и взял у служивого чёрную ручку. Парень примерился и поставил свою закорючку и дату. Причём, всё сделал так, чтобы между коротеньким текстом и подписью совсем не осталось свободного места. Иначе менты, туда впишут всё, что они захотят.

Капитан с отвращением глянул на такой документ и сунул его в свой «органайзер». Он со вздохом поднялся со стула, козырнул с показною небрежностью и, молча, вышел из тесной палаты.

Прошло около часа. Дверь широко распахнулась, и в помещенье ворвался запыхавшийся Шеф. Он огромным медведем метнулся к кровати и, с размаху, уселся на стул. Тот жалобно взвизгнул под таким большим весом.

Хозяин проектной конторы, достал из кармана рубашки влажный платок приличных размеров. Стирая пот с широкого лба, мужчина с облегчением выдохнул: – Глеб! Слава Богу! Ты жив!

Спустя полминуты, возбуждённый начальник слегка успокоился и, сияя, как новый пятак, сообщил своему подчинённому: – Я договорился с заведующим этой больнички. Тебя переправят в центральную клинику области. Сейчас подготовят нам «скорую» и немедля поедем отсюда. Пришлось заплатить за бензин и лекарства, но это всё ерунда. Главное, теперь тебя можно, спокойно отправить в Самару.

Затем, Шеф рассказал о событиях, произошедших в последнее время: – Когда мы прибыли в Пестравку, у нас почему-то сломалась машина. Ни с того, ни с сего, у неё полетел коленвал. Так что, сам понимаешь, нам пришлось ночевать у заказчика. Ты это помнишь? Шофёр с тобой тогда говорил. Ты ему сразу ответил, что сам доберёшься до города.

Ошарашенный появлением Шефа, Глеб, молча, кивнул.

– Уже среди ночи, мне вдруг звонит твоя старая мама. Она говорит, что ты не приехал домой, а твой мобильник не отмечен в сети. Наверное, что-то случилось с тобой? Я набрал твой телефон несколько раз, всё бесполезно. Ну, думаю: – «Нужно искать человека! Мало ли что, может случиться в такой глухомани?»

Спозаранку насел на заказчика. Ты же помнишь, я тебе говорил, он командир райотдела местной милиции. Я заявил, что тот архитектор, что будет делать проект для него, куда-то пропал.

Он дал команду своим подчинённым, а заодно, сам проверил отчёты о всех авариях и других происшествиях. Ближе к обеду, полковник сказал, что тебя накануне, порезали неизвестные граждане. После чего, ты оказался в районной Большеглушицкой больнице.

Я позвонил прямо сюда. Мне доложили, что тебя подлатали и всё в полном порядке. Жить будешь долго и счастливо. Я сразу связался с твоей милой мамой и успокоил её. Сказал, что ты здесь зашился с делами, а телефон, скорее всего, забыл зарядить. Потом ты ей сам, как-нибудь объяснишь.

Сегодня к утру, машину мою починили, и я помчался в Большую Глушицу. Увидел, какие плохие условия в данном фельдшерском пункте, и сразу решил, тебя нужно везти в областную, центральную клинику.

Там главный хирург мой хороший знакомый и, за несколько дней, поднимет тебя с больничной кровати. Я быстро договорился со всеми врачами и заплатил за транспортировку в Самару. Вот, пожалуй, и всё. – хозяин проектной конторы облегчённо вздохнул.

Шеф протянул архитектору свой телефон и сказал: – Позвони своей матери, а то там старушка сильно волнуется.

Глеб взял у начальника его дорогущий мобильник и набрал длинный номер, который всегда держал в своей памяти. Услышав взволнованный голос родительницы, парень сказал, что не мог позвонить, барахлит телефон. Наверное, в нём, что-то сломалось.

– У тебя всё в порядке? А то голос, какой-то больной. – спросила мама у сына.

– Всё нормально. Я сидел в комнате с кондиционером и немного простыл. Приеду домой, дня через два или три, и всё расскажу. Сейчас, звоню с аппарата начальства. Извини меня мама, заказчик нас ждёт. Поэтому не могу говорить. Вечером, если найду телефон, я с тобою свяжусь.

Парень нажал на кнопку «отбой», отдал хозяину дорогущий мобильник и прочувствованно вымолвил: – Большое спасибо.

– «Хороший Шеф человек!» – растроганно сказал про себя архитектор: – «Жаль, что его, как и всех остальных, сильно испортили огромные деньги. Он почему-то считает, что наши компьютеры сами всё делают, а мы лишь получаем, от них результат. Так что, платить инженерам много не нужно, думает он. Вот и грёбет почти всё под себя».

Начальник взглянул на дорогие золотые часы, ярко блестевшие на жирном запястье. Он укоризненно покачал головой и твёрдо сказал: – Пойду-ка, проверю, как дела с их машиной, а то они там, до вечера чухаться будут! – Шеф поднялся со стула и быстрым шагом вышел из комнаты.

Ещё через час, «скорая помощь» была совершенно готова. Дверь отворилась. В небольшую палату вошла группа мужчин разного возраста. Все они оказались одеты в застиранные больничные робы. Суетившийся Шеф бодро возглавил небольшую процессию.

По всегдашней привычке, он сразу начал командовать. Появившийся в комнате, врач отодвинул мужчину в сторонку, словно какой-то предмет. Он жёстко взглянул на своих подчинённых и приказал: – Берём человека все вместе и аккуратно кладём на носилки.

Хмуро набычась, рабочие двинулись к койке.

– Осторожней. Сейчас перед вами не труп. – строго прикрикнул хирург.

– «Похоже, это зондеркоманда из поселковой похоронной конторы». – подумалось Глебу.

Мужчины удивлённо пожали плечами. Мол, вот ведь какая напасть, сроду такого не делали. Как это ни странно, но у них получилось всё очень неплохо. Они бережно подняли больного с кровати, перенесли на полметра, и уложили на потёртый брезент медицинских носилок. Потом, дружно взялись за обрезиненные короткие ручки и, без суеты, вынесли парня на улицу.

Рядом с крыльцом стоял «УАЗик-буханка», раскрашенный местным художником, под медицинскую «скорую помощь». Парня загрузили в машину и прикрепили носилки к металлической раме, одиноко стоящей на рифлёном полу.

Врач подключил бедолагу к внушительной капельнице, висевшей под потолком салона машины. Рядом, на приставном маленьком стульчике примостилась сестра милосердия. Она поправила одеяло у раненого и пристегнула его к лежанке ремнями.

В салон заглянул хмурый Шеф и с беспокойством спросил: – Ну как, полный порядок? – архитектор благодарно кивнул. Начальник захлопнул широкую дверцу и потрусил к своей иномарке, стоящей поблизости.

Глеб посмотрел сквозь не мытые стёкла, и с удивленьем увидел, как подкатил внедорожник чёрного цвета. На крыльце появился мужчина в белом халате, видно, заведующий местной лечебницей. Он суетливо сбежал по ступеням и засеменил к огромному джипу.

Тонированное стекло чуть опустилось. Пожилой эскулап сунул в проём толстый конверт. Главарь взял бумажный пакет и посмотрел в сторону «скорой». Взгляды «быка» и больного неожиданно встретились. Доморощенный гангстер слегка ухмыльнулся. Большое окно беззвучно закрылось.

Появился молодой эскулап, который оперировал парня. Хирург сел рядом с водителем и приказал: – Быстро двигаем в город!

«УАЗик» плавно тронулся с места. Он выкатился с тесной площадки и никуда не спеша, поехал по пыльному районному центру. Зодчий смотрел на проплывавшие мимо дома.

На одном перекрёстке, взгляд архитектора скользнул в глубину длинной улицы. Там находилась стайка ребят десяти-двенадцати лет. Каким-то мистическим образом, Глеб разглядел среди них «Нахалёнка».

В этот раз, щуплый пацан был одет совсем по-другому. На нём оказались новые брюки, белоснежные кеды и яркая майка, с импортной надписью на узкой груди. Двое рослых ребят из этой компании держали за руки третьего, худого и весьма низкорослого.

С видимым за версту удовольствием, «Нахалёнок» махал кулаками, и пока неумело, лупил несчастного мальчика. Скорее всего, этот мелкий заморыш был претендентом на место в банду «быков». Ему предстояло пройти тот же путь, что одолел сын бедной женщины.

Возвращение в город

Автомобиль скорой помощи, это тебе, не шикарная «тачка» владельца проектной конторы. «УАЗик-буханка» пилил до Самары пять с половиной часов. В больницу приехали только к шести часам вечера.

Всё это время, машина начальника шла с той же скоростью, что и повозка с раненным зодчим. Она отрывалась вперёд, самое многое, на пятьдесят с лишним метров. Видимо, Шеф не хотел, потерять своего архитектора.

В областной клинике знали о появлении Глеба. Четверо медиков извлекли из машины носилки с больным, закатили её во вместительный лифт и подняли на третий этаж.

Благодаря крепким связям «любимого» Шефа, Глеба устроили очень неплохо. Его поместили не в огромной палате на дюжину коек, а положили в тихую комнату на трёх человек. В ней находился седой ветеран со сломанной в локте левой рукой и молодой человек спортивной комплекции.

Медсестёр, как всегда, не хватало. Работа у них трудоёмкая, а зарплата совсем небольшая. Поэтому, плохо идут, туда люди работать. По мудрой советской традиции, в каждом отсеке, лежали больные разной степени тяжести.

Тем, что были «тяжёлыми» и не вставали с кровати, всегда помогали соседи, у которых здоровье оказалось получше. Они подавали беднягам лекарство, еду или воду и, всем известную, «утку».

Как часто случается в жизни, сработал закон парных случаев. Мужчина с увечной рукой оказывал помощь двум молодым пациентам. Те получили удары ножом и являлись «лежачими» на долгое время.

Услышав об этом, архитектор немного расстроился. Он подумал о том, что рядом с ним будет какой-то «браток». Мол, участвовал в схватке за сферы влияния и налетел на перо.

Глеб совсем не хотел, снова встречаться с бандитами. Одного раза для парня, оказалось достаточно. Ему крепко запомнился отвратительный голос гориллообразного альфа-самца из южной провинции области. К счастью проектировщика всё получилось не так.

Обосновавшись в палате, архитектор попросил телефон у пожилого мужчины. Глеб получил небольшой аппарат и позвонил своей маме. Он сообщил, что работы на юге полно, и он там задержится на несколько дней. Зодчий сказал, что отдал мобильник в ремонт. Как только починит свой сотовый, начнёт ей звонить каждый день.

Парень рассчитывал, что всего за неделю, он немного подлечиться, станет ходить по палате, а очень возможно, и вернётся домой. Тогда можно будет, сказать милой маме, что-то нейтральное. Мол, споткнулся на стройке и наткнулся спиной на кусок арматуры. Зачем мучить старушку напрасно и говорить неприятную правду?

Глеб и спортивный сосед не могли подниматься с кроватей, но ощущали себя довольно неплохо. От нечего делать, все три пациента постоянно общались на разные темы.

Как оказалось, пожилой человек давно был на пенсии, а руку себе, он повредил при падении. Поехал недавно на дачу, хотел подлатать старую крышу, ну и упал с верхотуры на землю. Получил перелом со смещением.

Архитектор узнал, что рядом лежит, знаменитый самарский боксёр. Им оказался чемпион СССР в среднем весе. Во время бесед, он кое-что, рассказал о себе. Выяснилось, около года назад, один эскулап вдруг предложил, поправить бойцу перегородку в носу.

Сами хорошо понимаете, что соперники в боксе не всегда церемонились со своим визави, и много раз, рихтовали её по своему усмотрению. То вправо, то влево, то снизу, то сверху. Чемпион собирался уходить на покой и зачем-то решил, навести красоту.

Он дал согласие на ту операцию, а потом сожалел о поспешном решении. Та процедура оказалась весьма неприятной и очень болезненной. Крепкий спортсмен весьма огорчился, и готов был, найти доброхота, который направил его в ту больницу.

Боец очень хотел, поговорить с тем врачом по душам, и своротить ему шнобель в сторонку. Причём, свернуть очень сильно, чтобы тот самолично, пошёл на лечение. Пусть мол, узнает, что советует людям.

Боксёр чуть успокоился и рассказал, что с ним случилось не очень давно: – Помнишь, неделю назад, в городе было прохладно и целыми днями, шли проливные дожди. – спросил чемпион.

– Конечно же, помню. После сильной жары, все сразу надели куртки и шапки, связанные из тонкой синтетики. – откликнулся зодчий и начал слушать необычную повесть.

Так вот, в это холодное время, сосед по палате, шёл с рядовой тренировки спортивной команды. Парень шагнул в подъёзд старого дома, что был построен при Сталине, и стал подниматься по лестнице.

Боец оказался на огромной площадке между двумя этажами. Там он натолкнулся на группу «фураг» лет двадцати. Их оказалось шесть или семь человек. Скорее всего, они пили вино или водку, а может быть, то и другое по-очереди. Спиртным там несло за версту.

Все мо́лодцы были, высокого роста с приличной фигурой и сильно на взводе. Им захотелось, почесать кулаки и сбросить энергию на беззащитных сограждан. Начать драку молчком, почему-то, в России непринято.

Нужно сначала, завязать разговор, прицепиться к какой-нибудь мелочи, а потом уже бить, ни за что, ни про что. Так сказать, для проформы, кто-то задал интересный вопрос: – Угостишь сигаретой?

Нужно сказать, что сосед по палате никогда не курил. Он честно в этом признался и двинулся дальше. Прошёл меж рядами великовозрастных лбов и очутился, в самой серёдке «пацанской коробки».

По обычаю гопников, они и не думали, устраивать честную схватку, один на один. Ведь никому неизвестно, кто тебе попадётся, и ещё, чего доброго, надаёт по мордасам. Поэтому кто-то, врезал прохожему сзади по уху.

В драке с простыми людьми, хороший боксёр, постоянно старается, сдерживать силу ударов. Ведь кулаком без перчатки, можно легко, убить человека. Но «фураг» было много. Они окружили бойца, как шакалы быка и лупили, всем скопом с разных сторон. В такой ситуации, если собьют тебя с ног, то потом, запинают до смерти.

Жил самарский боксёр возле спортивного зала, где занимался уже много лет. Поэтому, как он сказал: – «В тот самый день, я быстро добрался до дома и был хорошо разогрет. Так что, сразу включился в работу и начал месить тех подонков по полной программе. Бил их на полную мощь, как на недавно прошедшем чемпионате Союза».

Совершенно естественно, что и «фураги» не оставались в долгу. Они махали руками и нанесли чемпиону несколько крепких тычков. Но опыт и огромный талант сделали благородное дело. Через тридцать секунд, вся эта кодла, кубарем скатилась по лестнице и шементом выскочила из подъезда на улицу.

Раздавая удары направо-налево, боец проводил всех до самых дверей и, чуть запыхавшись от драки, вернулся назад. Все ступени вокруг были усеяны шапками, шарфами и ботинками гопников. Среди них, попадались ещё рукава, что оторвались от курток разного цвета. Как поздней сообщил, милицейский сыскарь, их недавно носили восемь разных людей.

Боксёр подобрал спортивную сумку, которую сбросил с плеча при сражении, и поднялся в квартиру, где жил вместе с предками. Спортсмен вошёл в небольшую прихожую, внезапно почувствовал, что ему очень плохо и, совершенно внезапно, лишился сознания. Хорошо, что дома была его старая мать. Она взяла телефон и сразу вызвала «скорую помощь».

«УАЗик» с крестом, приехал на удивление быстро. Бригада врачей осмотрела боксёра и тотчас положила его на носилки. Бойца погрузили в машину и под звуки сирены, помчались в ближайшую медицинскую часть. Она относилась к одному из самарских заводов.

Там оказалось, пока шла потасовка, спортсмена ударили в спину ножом. Порез получился очень глубоким, и молодой человек потерял много крови. Всё это время, он пребывал в боевом состоянии и бил всех «фураг», как автомат в максимальном режиме. Едва драка закончилась, напряжение спало, и он отключился.

Раненого положили на стол. Дежурный хирург сразу взялся за дело и быстро зашил, порезанные финкой артерии. Неожиданно выяснилась весьма неприятная вещь.

Так получилось, что в скромной больнице, не нашлось в нужном объёме, крови той группы, в которой нуждался спортсмен. Везти из других учреждений, уже не было времени. Пациент бы её не дождался и отошёл в мир иной.

Врач посмотрел на умиравшего чемпиона Союза и решился на то, что в медицине зовут преступлением. Он собрал всю ту кровь, что откачали из полости парня и ту, что текла из него на столе. Эту грязную жидкость хирург пропустил через хитрые фильтры, разбавил её физ. раствором и немедленно влил в вены боксёра.

Прошло какое-то время. Больной, наконец-то, очнулся в реанимационной палате. Хирург зашёл в помещение и уселся на стул возле своего пациента. Врач поведал о том, что в ходе той операции, он весьма рисковал, но к счастью для них, всё завершилось удачно. Перед уходом, он тихо прибавил: – Если б ты умер, меня лишили диплома и посадили лет на пять или шесть.

После того разговора, в медицинскую часть примчались чиновники из спорткомитета Самары. Благодаря их усилиям, о ранении чемпиона Союза узнали начальники города и приказали, обеспечить боксёру надлежащий уход. Бойца погрузили в машину и переправили в областную больницу. Там он продолжил лечиться и встретился с Глебом.

Как и рассчитывал зодчий, неделю спустя, он стал, весьма осторожно, садиться в постели. Молодой человек позвонил своей маме и рассказал, где он находиться в данный момент. Говорил архитектор наигранно бодрым уверенным голосом.

Чтоб не расстраивать понапрасну родительницу, он выдал ту самую байку, что приготовил не очень давно. Мол, просто несчастный случай на стройке. С кем не бывает?

Минут через сорок, мама примчалась в больницу. С побелевшим от страха лицом, она, словно вихрь, ворвалась в палату. Увидев, что сын пошёл на поправку, женщина облегчённо вздохнула. Она села рядом на стул, и стала расспрашивать сына о его самочувствии, а так же о том, что ему принести?

Через пару недель, Глеб, наконец-то, добрался домой. Он совершенно оправился от ножевого ранения, вернулся к архитектурной работе и стал проектировать особняки богачей. Правда, в Большую Глушицу он больше не ездил. Парню совсем не хотелось, встречаться с бандитами.

Часть II. Юбилейный банкет

«Золотой зал»

В настоящее время, в столице России, много фешенебельных мест, где можно прекрасно поесть и выпить, какой-нибудь экзотичный напиток. Ресторан «Турандот» входит в пятёрку самых дорогих заведений подобного рода. На одном из сайтов рунета один щелкопёр написал:

– «…Он радует посетителей вкусными блюдами и своим интерьером, исполненным в ярких и сочных тонах. Полотна больших живописцев, зеркала и камины, огромные люстры, золочёные стены под расписным, очень высоким шатром потолка. Всё это дарит гостям ощущенье беспечности и чистой радости жизни.

В ресторане имеется десять, непохожих один на другой, вместительных залов для проведения празднеств с особым размахом. Плюс ко всему, есть ещё кабинеты на самое разное число посетителей. Здесь можно отведать множество блюд европейской и паназиатской кухонной классики, впитавшей в себя всё самое лучшее из стран восточной части земли: Таиланда, Китая, Вьетнама, Индонезии, Индии.

Там так же, имеется летняя терраса на крыше. С неё открывается вид на всемирно известный, Тверской бульвар нашей столицы. Эта площадка напоминает замечательный сад, разбитый при Зимнем дворце, что стоит в Петербурге.

В фаянсовых кадках благоухают гортензии с разноцветными розами. Рядом с ними стоят изваянья из мрамора, прекрасно исполненные в античной манере. В центре журчит прелестный фонтан…»

Нужно сказать, что обычные жители великой страны никогда не бывают в таком пафосном месте. Слишком там много дерут, за еду и напитки. Скромный обед потянет не меньше, чем в десять процентов от средней зарплаты за месяц работы российских людей.

Здесь «отдыхают» лишь очень богатые граждане нашей республики. Днём туда забегает, в основном молодёжь, которую всюду зовут «золотой». Должны же они покрепиться между посещением спортивного зала и увлекательным шопингом в дорогих бутиках.

Вечерами, в том кабаке, всегда «отрывается» солидная публика. Чаще всего, там отмечают свои юбилеи нувориши столицы средней руки. Те, у которых, десятки или сотни «лимонов» лежит в закромах. Иногда, там «гуляют» и олигархи московского уровня. У них счёт идёт, уже на «арбузы». То бишь, миллиарды рублей.

Ну, а если припоминать известных магнатов, то последние суммы нужно умножить на сто раз и перевести их в «грины́» или «е́врики». Владельцы таких состояний «бухают» на вместительных яхтах, размером с линкор, или на тех островах, что почему-то находятся, в иноземных морях.

В один очень тёплый, октябрьский вечер, в большом ресторане, что зовут «Турандот», как всегда в это время, было шумно и весело. В «Золотом зале» шикарной «харчевни» праздновали полувековой юбилей очень богатой особы женского пола. Это была, всем известная, Зоя Кирилловна Зыкова.