Опасная любовь

Он лежал на спине и не заметил ее, но его кубики пресса, накачанные грудь и громкие стоны девушки манили ее, и босые ножки сами понесли малышку к нему. «Член или сосок?» – думала Мила, тихонько подкрадываясь. За красной подушкой, на которой он лежал головой, было свободно полдивана.

«Так увлечён порно? Ага, по-любому специально не реагирует. И порно включил – издевается, гад. Ведь знает, что телевизор на половину стены, и это будет первое, что я увижу». Действительно, гостиная была большой, и при входе в нее в глаза сразу бросался телевизор, а потом уже справа – «траходром», слева – красивый белый стол и такие же белые стулья, дальше – пальма и стеклянная стена с видом на Москву…

Она отвлеклась на экран… Девушка держала в руке член, лежа на боку рядом с партнером, и целовала его в сосок.

«Решено. Заскочу сзади и укушу за сосок», – подумала Мила, словно кошка, становясь коленями на угол дивана, и, еле-еле переставляя ручки и ножки, подобралась к нему как можно ближе.

«Медленно или напрыгнуть», – решала она под громкие стоны из телевизора. Мила готовилась оригинально застать Никиту врасплох.

– Ты, что дурра, Мила? Хренью всякой занимаешься! – беззвучно сказала она и потянулась рукой к его волосам… – Не скучаешь тут, я смотрю? – погладив волосы, сказала она и вздрогнула…

Вздрогнула от протяжного стона эффектной грудастой брюнетки, которой резко ввели в попу член, а Никита молчал и даже не шевелился. Скорее всего, он был сильно увлечен девушкой, которую видел перед собой во сне…

Никита уснул, переключая каналы, с пультом в руке и вряд ли видел, что включил порно, но, похоже, во сне он увидел кого-то того, на кого поднялся его член.

– Вот, это фиаско, блин, – сказала Мила и увидела, что в руке у Никиты зажаты ее трусики… – Никитааа, ты спишь? – шепотом спросила она. Никита ответил ей тихим посапыванием…

Пульт ей удалось достать из руки, а вот трусики – нет. Как только она попыталась забрать свое, Никита сжал их сильнее и что-то пробормотал во сне. Видимо, грозно объявил, что это теперь его…

Засыпала она под впечатлением и довольная настолько, что в голове не было развратных и пошлых мыслей, только картинка из гостиной, которую будет сложно забыть, и с прижатой рукой к мокрой щелке.

Глава 13

Никита проснулся в штанах, укрытый пледом, с мыслью о том, не сон ли он видел.

– Ты, что, наверное, и не падал, да? – обратился он к члену, который радовал утренним стояком и вдруг услышал возню на кухне.

«8:06 только. Что ей не спится?» – подумал он и встал. Член даже не думал падать, но, так как хотелось в туалет, он решил идти, как есть. Пошел он уверенно, не прикрываясь и не переживая о том, что спалится, так как туалет и ванная находились в другой стороне от кухни…

После длительной борьбы со стояком он кое-как сделал свое мокрое дело и убедился, что есть шорты в вещах на стирку. Наткнувшись на чулки Милы, он с улыбкой отметил, что уже отвык от женских вещей, которые были повсюду, когда он жил с сестрой, и, наконец, полез в душ…

По дороге на кухню он почувствовал запах жареных пирожков.

«Пирожки?!» – удивился он, не зная, что его ждет.

Кухня порадовала обстановкой – Мила в его переднике и в бейсболке месила на столе тесто. Декоративный фартучек совсем не скрывал ее колыхающуюся грудь, бока и факт отсутствия на ней трусиков.

– Доброе утро, – нехотя выдавил Никита, не желая разрушать такую идиллию.

– Ой, привет, – обрадовалась Мила. Я тут похозяйничала капельку, надеюсь, ты не будешь ругаться на меня, когда попробуешь мои пирожки.

– А почему в бейсболке? – улыбнулся он.

– Косынки у меня нет, извини, – улыбаясь, сказала она.

– Понятно, – сказал Никита, не зная, что делать с желанием трахнуть эту девочку, а особенно со стояком, на который она смотрела, не стесняясь.

– Ты меня обманул что ли? – спросила она. – Говорил, что дома ходишь голый?

– Нет, не обманул, – сказал Никита.

– Не заметно, – намекнула она на шорты и сменила тему. – Ну ладно, пробуй, – кивнула Мила в сторону блюда с пирожками. Он направился к блюду, любуясь девушкой.

– Это с горохом, как ты хотел. Я ещё вечером его замочила…

Мила не видела, что он прямо сейчас смотрит на ее голую попку и хочет ее, а уж потом пирожки. Никита подошел к ней, нежно коснулся ее шеи кончиками пальцев и, не встретив никакого сопротивления, начал гладить плечи и спину. Мила молча продолжала месить тесто.

– Ты не против, что к тебе прикасается мужик?

– Не мужик, а мужчина, которому я, заметь, с удовольствием жарю пирожки, – ответила Мила.

Ответ Никите понравился, и он спустился ниже к пояснице.

– Никита, ты и я знаем, чем закончится сегодняшний завтрак, но, пожалуйста, подожди немножко, дай я тесто доделаю.

Поняв, что единственная преграда – это тесто, он обнял ее двумя руками за живот и поцеловал в шею. Продолжая целовать, добрался до уха, сжал грудь и тут Мила сдалась. Нежные руки, губы и язык покрывали ее тело, разгоняя мурашки.

– Никита, пожалуйста, я тебя прошу… Мне нужно домесить.

Ей в ответ он стянул с себя шорты, которые упали на пол, и прижался членом к спине.

– Ай, блин, ну пожалуйста, дай я…

Проигнорировав ее просьбу, Никита развязал фартук на шее и прижался к ней грудью. Фартук спал, открывая ее грудь, но Мила продолжала месить тесто. Рука Никиты коснулась ее попки и скользнула к промежности, на что в ответ та сжала ножки, чтобы перекрыть доступ к ней, но Никита все равно всунул в нее палец. Еле слышный стон стал сигналом для него, он добавил еще один и начал пальцами массировать влагалище, от чего она задрожала и расставила ножки. Никита достал пальцы, немного присел и приставил к губкам член. Почувствовав живую плоть, которой ей так не хватало все эти годы, она задрожала.

Смазки было так много, что головка без труда сама с легкостью скользнула внутрь.

– Ох-х, – выдохнула Мила и схватила Никиту за руку, которой он придерживал ее за бок. Он остановился, а она сама присела, насаживаясь на член. Проникновения, стоны – еще и еще, темп увеличивался, поэтому Миле стало не до теста. Она держалась руками за края стола, пока Никита не нажал ей на шею давая понять, чтобы та наклонилась, а она, утопая в кайфе, не просто наклонилась, а легла. Ерзая грудью по столу, муке и тесту она принимала в себя весь член целиком, пытаясь оттянуть свой оргазм и растянуть удовольствие, но темп бедер Никиты был такой, что она не удержалась и, громко застонав, сжала влагалищем его ствол…

Никита не мешал Миле медленно сниматься с члена, он только напрягал его в ответ, когда она, съезжая миллиметр за миллиметром по стволу, играла с ним мышцами влагалища. Освободившись, Мила медленно развернулась к Никите лицом и впилась в его губы, ударив его козырьком…

Разлепившись, она взяла его ладонями за щеки, сделала из его губ бантик, лизнула и присела. Он смотрел сверху, как она взяла рукой член, сдвинула с головки кожицу, обнажая плоть, и медленно и игриво лизнула уздечку. Она лизнула еще, не сводя глаз с довольного Никиты, а он снял с нее бейсболку за козырек и сказал:

– Ты вся в муке.

Она засмеялась и ответила:

– Вся в муке и хуй в руке! – и снова взяла член в рот…

Когда Мила почувствовала, что он готов излиться, она с проворотом головы заглотила его член целиком и резко выпустила, вдохнула воздух и раскрыла рот…

«Сукаа, вот это бляя… Как тогда… Даже яйца умудрилась»,– заливая спермой ротик, думал Никита… Проглотив до капли все, что в нее попало, Мила показала пустой ротик, стерла рукой слюну с подбородка и со слезящимися глазами, склонив голову в сторону, сказала:

– Я чувствую, что тебе понравился мой ротик, как я им умею сосать и глотать.

– Очень понравился. У меня так только… – глотнул он слюну и решил спросить. – Слушай, это не ты тогда училась? Ну, просто сейчас все было, как тогда.

Ей стало приятно, она улыбнулась и ответила:

– Нет. Сейчас было не как тогда. Мне кажется, вкуснее точно.

Он завис, а Мила чмокнула его в головку и, поднимаясь, сказала:

– Никита, давай об этом потом.

Он попытался возразить, но она уже повернулась к нему попой и попросила:

– Не жалей меня пожалуйста! – раздвинула ручками попу и тоном желающей женщины громко сказала. – Возьми меня в попку. Давай, Никитушка! Я с того раза в комнате без света этого очень ждала…

Попала

… не проронив ни слова, он продолжал фиксировать хрупкую девушку. Верёвка прижала тонкую руку к деревянной ножке топчана, сбитого из брёвен, кора и сучья, которых впивались в её голую спину. Холодное молчание, полумрак и неизвестность очень пугали…

«Я попала…» – пронеслась мысль в её свешенной затылком к полу голове. Руки были крепко привязаны к ножкам, а ноги раздвинуты и задраны вверх верёвкой, прикрепленной к крючкам на потолке подвала, в который она, зная, зачем, спустилась сама полчаса назад.

Он присел позади неё, со стороны головы, которую она держала на весу, взял волосы, понюхал и сказал:

– Девочкой пахнешь. Сейчас тебе будет очень больно.

Она не ответила, но задрожала, тяжело дыша.

Его сильные тёплые руки заскользили по нежной гладкой коже, изучая и исследуя каждый сантиметр её горячего тела, продвинулись к набухшим от возбуждения губам, между которых торчал еле заметный маленький бугорок. Пальцами руки он сильно раскрыл губы, оголив клитор, сдавил его ногтями и потянул на себя.

– Ааайй! – от боли она вскинула голову, а он еще сильнее сдавил цепкие пальцы.

Жалобный стон и напряженные ляжки с ягодицами порадовали Пашу, и он сказал нежным голосом:

– Начнём, девочка…

После пятого удара пластиковой трубкой по ляжкам она стала умолять остановиться, а он, не обращая внимания на её вопли, бил ещё сильнее, чередуя ягодицы с бедрами, и наказание превратилось в пытку…

Наконец закончив бить, он стоял без движения и изучал результат, а когда мышцы Иры перестали сокращаться, голова провисла на затёкшей шее, а пальцы, впившиеся ногтями в кору, ослабли, он произнёс:

– Достойно, детка. Я думал, ты даже не придёшь, и я так и не…

Она приехала сюда, в деревню, отдохнуть от мегаполиса, интернета и большого количества людей. Три часа на электричке, и всё – нет шума, смога и толп людей, которые были повсюду, есть только речка, лес, ягоды, грибы и бабушкина еда на свежем воздухе. Отоспавшись за пару дней, она, наконец-то, собралась прогуляться по лесу. Несмотря на жару, она надела водолазку с длинным рукавом, лосины, шортики и балетки – только так можно было хоть как-то уберечься от комаров. Направляясь в лес через село, она встречала жителей, с которыми здоровалась и спрашивала, как у них дела. Тут все её знали, ведь она приезжала сюда каждый год…

– Здравствуйте, дядя Паша.

– Ого, какие люди! Иришка, привет.

– Да, это я приехала.

– Выросла так, вон какая стала невеста, – у Иры внутри всё задрожало, а киска стала горячей и влажной.

– Ой, дядь Паш, я Вас умоляю. Какая невеста, женихи перевелись все, – и засмеялась.

– Ну такая, какая. В прошлом году маленькая была совсем, а сейчас вон какие сиськи отрастила, – сказал он, касаясь пальцем торчащего под водолазкой соска. Ира застыла совсем от его прикосновения и покраснела. – С виду взрослая, а засмущалась вон как, – улыбнулся Паша, глядя ей в глаза. – Иди прогуляйся, отдышись.

Возвращаясь из леса, она продолжала прокручивать в голове встречу и всё, сказанное дядей Пашей. Этот мужчина уже два года был её развратной фантазией, когда она доводила себя до оргазма пальчиками, струёй воды или дождиком душа. Два года этот брутал с божественным голосом и пронзительным взглядом был мечтой маленькой развратницы. Паша приехал в село пять лет назад, построил домик на месте старого, в котором жила его бабушка, и остался жить тут. Пару раз в неделю он ездил в город по делам. Каким делам – никто не знал, но ходили слухи, что он целитель. Такой слух пошёл о нём по селу, когда к нему начали приезжать женщины и девушки на дорогих машинах. Приедут, побудут до ночи, а иногда и до утра, и уезжают… Местные к нему не ходили лечиться, потому что он всем сказал, что никакой он не целитель, а они же решили, что просто дорого берёт и не хочет ругаться с соседями. Так потихоньку у местных жителей пропал интерес к тому, чем занимается Паша, а вот у Иры наоборот…

Как-то вечером она шла с речки и увидела красивую Audi возле двора Паши, и ей очень захотелось узнать, что они делают там. Решив отнести вещи, покушать и переодеться, а потом вернуться и посмотреть, что там происходит, Ира поспешила домой…

На улице было темно, и это сыграло ей на руку. Одетая в темный спортивный костюм на голое тело она тихонько вышла из дома и огородами, пригнувшись, добралась до огорода Паши, где и присела передохнуть. Потная, дыхание сбилось, сердце колотилось, словно она пробежала 10 километров, – настолько сильно она волновалась. В очередной раз отговаривая себя от мысли убежать обратно домой, она произнесла:

– Если не сейчас, то никогда…

Не дыша, она почти по земле перебралась во двор и затаилась у цоколя дома, пытаясь услышать хоть что-то, кроме сверчков, но вместо этого ей в глаза ударил яркий свет из окошка подвала рядом с её головой, в котором до этого горел еле заметный свет.

– Фух, блин, – дернулась испуганная Ира. – Так и в штаны наделать можно, – уже смеясь от самой себя, сказала она…

Её глаза округлились одновременно с открывающимся ротиком, когда она заглянула в окно.

Посреди подвала стояла нагнутая полненькая девушка, кругом горели свечи. Руки её были связаны за спиной и зацеплены за крючок, а дядя Паша энергично двигал бедрами в районе ее лица.

– Капеееец… – прикрыла рукой ротик Ира, но смотреть не перестала. Сев поудобнее, она принялась тихонько, как мышка, следить за происходящим, и сама не поняла, что её рука уже в штанах на девичьей щёлке, а палец трёт клитор. В момент, когда Паша начал хлестать ремнём привязанную девушку, Иру взорвало изнутри. Она начала понимать, что произошло, и ей стало страшно. Ира, не заглядывая в окно, поднялась на ноги и, даже не подумав о том, что её могут увидеть, побежала прочь из двора в огород. Только когда добежала до кукурузы и присела там отдышаться, она поняла, что несмотря на всё, это того стоило. Пообещав себе, что больше никогда не пойдёт подсматривать, она направилась домой. Не думать о том, что она увидела, у неё не получалось ни перед сном, ни весь следующий день, а когда она увидела ту же Audi, вспомнила, как ей было хорошо. Думая о том, что она очень хочет увидеть это снова и повторить с собой то, что делала вчера вечером, она решила пойти туда снова…

Вот так Ира познакомилась со своим первым оргазмом и мастурбацией. После этого вечера она ходила туда каждый раз, когда видела какую-нибудь машину у двора… На следующий год ей уже хотелось не просто в деревню, а именно к дяде Паше во двор, к этому маленькому окошку, что она и сделала – поехала и наблюдала, как дядя Паша трахает разных девушек. Став чуть взрослее после этой поездки, она начала интересоваться тем, что возбуждало ее, и узнала из интернета, что это называется БДСМ, ну и, конечно, начала это всё изучать… Хороший был год, и вот она снова тут…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.