– Игорь.
– Да.
– Ты поможешь, если потребуется?
Оля переживала за будущее мужа. То, что сейчас делают врачи, —только спасают жизнь, а вот что дальше? Она пока не знала. Ей хотелось, чтобы Вадим опять встал на ноги и бегал как раньше. Но его спина, бедро и еще множество травм ставили под сомнение будущее.
– Что за вопрос, конечно же, помогу. У нас сейчас дела идут вроде как в гору. Понимаешь, мы хотим…
– Мы? – Оля знала от Вадима, что Игорь не может принимать кардинальных решений без его согласия.
– Да, мы, я уже как-то говорил твоему мужу, что можно вложиться в инвестиции завода. Мы ведь сейчас только заказчики и не более того, а если завтра у завода будут новые контракты, он возьмет и откажет нам, а у нас обязательства перед партнерами.
– Но ведь ты же можешь так же подписать контракты с заводом по обязательствам, как бы с гарантией.
– Да, можно, но тут такое дело, если возьмем на себя обязательства. А вдруг у нас не будет заказов? Придется платить неустойку, штрафы.
– Ясно.
Оля не все понимала в этом бизнесе, но знала, что если хочешь чего-то стабильного, нужно действовать жестко и всегда выполнять взятые на себя обязательства.
6. А пока иди домой
«Безвыходных ситуаций не бывает. В конце концов, можно просто умереть», – так считала Оля всю последующую неделю. Пришлось выйти на работу, не могла подвести директора и своих учеников. Но каждый день, к пяти часам как по секундомеру, приходила в больницу и шла к Вадиму.
Прошла еще одна операция, все пять часов просидела в вестибюле, ожидая решения врачей, но те развели руками, сказав, что все хорошо и скоро он поправится. Но Оля видела своего мужа и понимала, что все плохо. Придя домой, опять плакала, брала вещи Вадима и целовала так, как будто это он.
– Оленька, – в четверг позвонила Галина Анатольевна и сообщила. – Беги сюда.
– Куда сюда?
– В палату. Вадик проснулся, он…
Но Оля уже не слушала, все побросала и через полчаса была у больницы. Ей сразу же выписали пропуск. Надевая на ходу халат, побежала в реанимацию.
– Его перевели в шестую палату, – как только Оля появилась в коридоре, сообщила дежурная медсестра.
Боясь спугнуть свою удачу, зашла в палату.
– Он еще слаб, ты только недолго. Я вас оставлю, – сказала Галина Анатольевна и тут же вышла.
Цвет лица приобрел смесь грязно-желтого и зеленоватого оттенка. Он выглядел ужасно, но это был ее Вадик, которого продолжала, несмотря ни на что, любить.
– С добрым утром, – тихо сказала и, подсев, прикоснулась к его руке.
– П-п-при-вет…
– Ты помолчи. Доктора говорят, что все хорошо, склеили тебя. Как ты?
– Но-но-рмаль-но…
– Вот и славненько. А я в прошлый раз голубцы приготовила, зря ты решил заглянуть в больницу, тут и без тебя хватает работы, – девушка нагнулась и поцеловала его сильно исхудавшие пальцы. – Мне грустно без тебя, дома пусто. Приходили ребята, спрашивали, как ты, а я им сказала, что летом пойдем с ним в поход.
Вадим кивнул и улыбнулся.
– Да я тут, немого задержался, по-ра…
Слова давались ему с трудом. Оля попросила его не говорить, поднесла стакан с трубочкой, чтобы смочить горло.
– А у нас зацвел Антуриум, так красиво, тебе понравится. Алый, а посередине так неприлично торчит желтый, прямо как…
Девушка хихикнула и, поглаживая руку мужа, продолжила говорить. Ей хотелось поделиться своими впечатлениями, отвлечь Вадима от болезни, а он, слушая, изредка улыбался. Просидела почти два часа, а после пришла медсестра и попросила покинуть палату.
– Я завтра приду, ты без меня домой не убегай, – пошутила и, нагнувшись, прикоснулась к его губам.
Человек любит трагедии, обожает конфликты, ему нужен дьявол. Если его нет, то он придумывает его сам. Каждый день кто-то звонил, приходил к ней домой, интересовался здоровьем ее мужа. Кажется, за все время, как Оля познакомилась с Вадимом, так много не общалась с его друзьями как теперь. Это была и поддержка, и в то же время ощущение, что участвуешь в каком-то шоу.
Галина Анатольевна держала Олю в курсе дел. Прошел еще не один консилиум, где решался вопрос, что делать дальше.
– Все будет хорошо, – твердила Галина Анатольевна.
Время шло, и Оля, как на работу, ходила в больницу. Стала замечать, что уже не было той боли в душе, но пришла безысходность. «Что дальше?», – спрашивала себя. Все так же любила, и даже несмотря на то, что в последний раз Вадим выгнал ее из палаты. Может, устал, а может, сам понимал свое положение, вот и злился.
– Мы сделали все, что в наших силах, – сказал хирург, когда ее пригласили к нему в кабинет. – Не все в наших силах. Мы провели три операции, можно сказать, собрали по кусочкам, но этого мало, надо двигаться дальше.
– Дальше? – спросила Оля.
– Да, ему нужна операция на позвоночник, и восстановление тазобедренного сустава. Мы проконсультировались, можем направить на операцию по установке имплантата, искусственного сустава.
– А сейчас?
– Он не сможет ходить, у него нет сустава, мы были вынуждены его удалить.
– Удалить? – удивилась Оля.
– Он был раздроблен, как бы проще сказать.
Доктор не спеша все пояснял, а Галина Анатольевна только кивала и что-то записывала, словно сейчас встанет, пойдет и купит тот самый имплантат.
– В общем, так, – когда вышли и присели на кушетку, Галина Анатольевна решила подвести итоги. – Они, – имела в виду больницу, – израсходовали все квоты, теперь отправляют в областную, там займутся спиной, а уже после ногой.
– После?
– Без ноги можно жить, а вот без спины нет. И еще, – тут замолчала, похлопала по ладони Оли и продолжила. – Как мужчина, я не знаю, сможет ли он дальше…
– Это не важно, я ведь его…
– Важно, все важно, деточка. Ты умница и спасибо тебе, что ты с ним, но боюсь, некоторые операции будут платными.