Мегаполис ленд

– У нас с тобой события, как в кино, – осенило Стаса. – Фантастический триллер! Все в наличии: и добрые герои, и злые, и захватывающий сюжет.

– Скажи мне, как звали твоего пришельца, и куда он в итоге подевался? – тревожно спросила Вика – Может, познакомишь?

С оттенком легкой ностальгии Стас констатировал:

– Утром он таинственным образом исчез, пока я был в ванной. Пропал, мерзавец, не попрощавшись.

– Так как его звали?

– Андреас Райс. Видно, иностранец.

– Из ближнего зарубежья?

– Да. А знакомить тебя с ним я бы не стал, – заключил Стас и выкинул в урну обертку от эскимо.

– Это почему? – возмутилась Вика.

– Я бы стал сильно ревновать. Этот Андреас умеет пудрить людям мозги, и если бы ты ему понравилась, взялся бы и за тебя и увез с собой в параллельный мир. От него всего можно ожидать.

– Ты просто испугался, признайся, – подколола Виктория.

– Еще бы, он настоящий прохиндей! Включит всесильный навигатор, и вас и след простыл, а я останусь с носом. Но он бы тебе не пришелся по нраву: лысый очкарик с толстыми линзами в клоунском костюме. Он страшненький паренек, таких пруд пруди на мытищинских дискотеках. А ты у нас достойна только принцев, как настоящая недоступная принцесса.

Вике понравился незатейливый комплимент. Настроение ее пошло вверх, достигнув вершины, и позволило настроиться на философский лад. Недавний разбой полностью перестал ее беспокоить.

– Скажи честно, ты веришь ему?

– Что он попал к нам из другого мира? – уточнил Стас. – Допустим, верю. Честно говоря, мне не так важно. Я всегда был уверен, мы не одни во Вселенной, и появление Райса – лишнее доказательство этому. Он такой же, как мы: две руки, две ноги, заумная рожица и язык. Даже говорит без акцента. Какая вообще разница, откуда он взялся?

– Как какая разница? Неужели не любопытно?

Стас растерянно развел руками:

– Я понял, что там, откуда он взялся, те же проблемы, что и здесь: деньги, лицензии, органы правопорядка. Жизнь одинакова. Разница в том, что мы пока не знаем технологии перехода в соседние измерения, чему бы стоило поучиться.

Вика подняла взгляд и посмотрела на высокое небо, потустороннее и почти обнаженное, и представила, как с высоты на нее смотрят тысячи невидимых пришельцев. Проникшись величием момента, она попробовала отыскать там еще не появившиеся звезды, но, не найдя ни одной звездочки, попыталась изложить Стасу пришедшие на ум мысли:

– Ты слишком приземленный человек. Представь, как это удивительно: живешь себе тихо и незаметно на планете Земля, изо дня в день ходишь на работу, проживаешь отпущенный Богом жизненный срок…

– Словно день сурка?

– Да, живешь и в ус не дуешь. Но что-то гложет в душе! Смотришь по вечерам на звездное небо и думаешь: где они, братья по разуму? Почему я нахожусь именно здесь, не в другой галактике, а в Солнечной системе? А где-то за миллионы световых лет в такой же квартире, на похожей планете аналогичный человек смотрит в окно и думает о том же, но вам никогда не суждено встретиться. Это объективная реальность. А в один прекрасный момент у тебя в квартирке оказывается настоящий посланник других цивилизаций. Не надо преодолевать триллионы километров, он тут, под боком. Это же великое чудо! Далеко не каждому повезло, как тебе. Миллионы людей ищут и не находят, довольствуясь бесплодными фантазиями. Создают уфологические ассоциации, тайные общества и общественные движения, выезжают на место предполагаемого приземления инопланетных гостей. Они готовы отдать самое дорогое за краткий миг долгожданного контакта. А ты на собственной кухне получаешь эксклюзивный бесплатный подарок, а так расхлябанно и равнодушно рассуждаешь, словно у тебя каждую неделю по пятницам происходят подобные вещи. Важно ценить все, в частности появление Андреаса. Если повезет, и я познакомлюсь с ним, то буду более обходительна с пришельцем и постараюсь выведать у него больше подробностей его уникальных путешествий.

– Тебе определенно стоит с ним покататься! – фыркнул Стас.

Она не стала спорить и еще глубже погрузилась в мир переживаний. Стас почувствовал это и не пытался вернуть ее к реальности, тем более что перед носом появился знакомый персонаж. Он без сомнения привлечет его подругу не меньше, чем таинственный Андреас Райс. Прямиком к двум фантазерам бодрой походкой направлялся небезызвестный дядя Ваня. Тот самый ночной обитатель подъезда, не на шутку удививший Стаса, представ перед ним в пижаме с авоськой. На сей раз знакомый гражданин выглядел более прилично и официально, от былой суматохи и нелепого наряда не осталось и следа.

Дядя Ваня первый поприветствовал их:

– Станислав, какая встреча! Я как раз хотел вас найти.

Вика очнулась от космических дум и воскликнула:

– А это кто?

Элегантный мужчина в коричневых брюках восьмидесятых годов и широкой полосатой рубашке с короткими рукавами, обнажавшей волосатую грудь, на этот раз был без авоськи, но с пакетом «ИКЕА». Он приблизился к ним, распространяя легкий пивной душок.

– Мир тесен, но мы неспроста встретились в многомиллионном городе, – заметил Стас.

– А кто эта прекрасная незнакомка? – улыбнулся седой господин. – Ваша супруга, Станислав? Представьте меня, пожалуйста.

– Это Вика, познакомьтесь. А это дядя Ваня, – Стас мигом разрулил ситуацию.

– Сударыня, мое почтение! Я обошел половину Замоскворечья, но такую прелестную деву встречаю впервые.

Вика смущенно покраснела:

– Очень приятно, но мы пока не супруги.

Дядя Ваня хитро прищурился:

– Помолвлены? Пригласите на свадьбу?

– Нет, мы просто хорошие друзья, ничего личного, – вмешался Стас.

– Не смешите меня, мой юный друг. Вы верите в дружбу между мужчиной и женщиной?

Стас не нашелся, что ответить, и попытался сменить тему:

– Сложно сказать. А как у вас дела? Нашли свояченицу на рынке?

Дядя Ваня помахал пакетом:

– О, не беспокойтесь, тут я на высоте! А вы, Виктория – какое благородное дворянское имя – верите в это?

Вика почувствовала пронизывающий взгляд чудаковатого гражданина. Разумом она понимала, что солгать не удастся, поэтому попробовала ответить максимально честно:

– Многие мужчины уверяют, что они настоящие друзья, а на самом деле хотят быстрее превратиться в любовников. Это как королевская дорога к заветному трону, – она произнесла последнюю фразу, и ей стало стыдно. Уж слишком прямолинейным получился ответ, хотя задумка была немного иная.

Дядя Ваня оценил по достоинству ее пассаж:

– Сударыня, как остро вы произнесли, попали в самое яблочко! Услышь они вас, у многих представителей сильного пола екнуло бы сердце. Вы согласны, Станислав?

Тот не ожидал от смущенной подружки подобного ответа и принял его на свой счет:

– Я согласен со всем, что скажет Вика.

Дядя Ваня наклонился к девушке и шепнул ей на ушко:

– Станислав признался мне, что без ума от вас! Сделайте его счастливым, он славный малый.

Вика покраснела:

– Я постараюсь сделать все, что в моих силах, если почувствую, что он этого достоин.

Стас ревниво вмешался в разговор:

– О чем вы там шепчетесь?

– Я обустраиваю ваше семейное счастье, голубчик, – уточнил дядя Ваня. – Вы пока слишком молоды и наивны, а в вашем суматошном городе царят дикие нравы. Вот я и помогаю, чем могу, так уж извольте не мешать и будьте благодарны. Я никому за свой век не навредил.

– Как вы познакомились? – спросила Вика.

– О да, женщины очень любопытные создания! – отозвался неугомонный дядя Ваня. – Но, как пишет ваш известный писатель Шекспир: «Но наша ль в том вина, что женщина такой сотворена?».

– Вы читаете Шекспира? Здорово, сейчас это редкость! – восторженно сказала Вика. – А почему вы говорите, что он наш писатель? Он далеко не наш, а великий английский драматург. Или вы что-то другое имели в виду?

Дядя Ваня замешкался:

– Станислав, погодите, я деньги верну.

– Да что вы, не стоит, слишком мелкая сумма, – отказался принять долг Стас.

– Нет, долг платежом красен, а я в долгу быть не люблю. Получите и распишитесь!

Дядя Ваня достал из внутреннего кармана портмоне, отсчитал купюры и протянул их Стасу, сияя от выполненного обещания. Стас с неохотой, но из-за уважения к старшим принял деньги и спрятал их в задний карман.

– Вот и рассчитались, я тогда пойду дальше! – сообщил старик. – Столько еще заповедных мест, где я не был. Зайду на Арбат, посмотрю театры, а главное – Красная площадь. Я там пока не был, а это сердце города!

– Традиционно туристический обзор с нее и начинается, – уточнил Стас. – Вам прямо по Тверской, не ошибетесь.

– Не спорю, но я турист альтернативный. Для меня на первом месте стояли другие достопримечательности. Я, как модно здесь выражаться, шопинг успел неплохой сделать. Сейчас из «ИКЕА» возвращаюсь: слишком многолюдный центр, невозможно сосредоточиться на покупках!

Дядя Ваня взглянул на свои стильные электронные часы:

– Мне пора. Даст бог, свидимся на белом свете. Виктория, вы поразили мое сердце!

– Спасибо. В вашей компании я почувствовала себя настоящей женщиной.

– Станислав вам в подмогу. Всего хорошего!

– Счастливо, дядя Ваня! – попрощался Стас, с облегчением осознавая, что надоедливый тип все-таки оставит их в покое.

Дядя Ваня откланялся и вальяжно зашагал, обгоняя прохожих. Пара секунд, и он растворился в надвигающихся сумерках.

– Оригинальный тип, правда? – поделилась впечатлениями Вика. – Он как будто из других времен.

– Да, что-то есть. Косит под классиков, начитался Тургенева: барышня, сударыня, как вы прелестны…

– Что, заревновал? А он буквально сосватал нас.

– Будем надеяться, его пророчество сбудется.

– Ишь ты какой!

Симпатичная парочка отправилась гулять дальше, не переставая с упоением обсуждать необыкновенные события, приключившиеся с ними за последние дни. И даже невыносимая, но привычная суета не мешала им.

Информатор

Вдоволь насытившись столичными экскурсиями и бесконечными пробками, усталые инквизиторы добрались до первого пункта назначения – непримечательной градостроительной компании. По сведениям Мурского, там проводил трудовые будни необходимый им человек, работающий на параллельное правосудие за солидные гонорары и гарантию неприкосновенности.

Лихое такси остановилось у парадного входа. Инквизиторы нехотя расплатились, удивившись полученному счету. Но Армен популярно объяснил им дороговизну его услуг, и Флипперу пришлось выложить кругленькую сумму за долгую поучительную прогулку. Когда инквизиторы оставили его в покое, Армен лихо дал газу и как можно скорее убрался от надоевших клиентов.

Перед взором тайных агентов предстало высокое многоэтажное здание, одним из арендаторов которого было общество «Неотек», где и числился полезный информатор.

Инквизиторы стремительно зашли в фойе и остановили проходившую мимо женщину на высоких каблуках и в обольстительной белой блузке.

– Извините, нам бы попасть в компанию «Неотек»… – начал Мурский.

– Обратитесь на ресепшен в десяти метрах от вас, – сухо заявила она, и высокомерно посмотрев на двух вспотевших от долгой езды мужчин, удалилась.

– Тощая кобыла! Видали, какие мы? Мы не слепые, шеф! – буркнул Флиппер. – Вон он, пойдемте.

Подойдя к столу справок, Мурский раздраженно произнес:

– Добрый день, как попасть в компанию «Неотек»?

Круглолицая девушка с аккуратной челкой с опаской разглядывала странных гостей.

– Вы, господа, по какому вопросу? – спросила она, не убирая телефонную трубку от уха.

– Нам нужен топ-менеджер Максим Сергеевич Заважилов. Имеется у вас такой?

– Секунду… Максим Сергеевич на месте, у вас назначена встреча?

– Мы приходим без приглашения! – рявкнул Флиппер, приведя ее в замешательство.

Дамочка растерялась, уронила ручку и непонимающе уставилась на двух господ.

– Извините моего компаньона, знаете, вкалывает как волк, бедняга, перевыполняет план, – поспешил на выручку Мурский.

– Да, как голодный волчище! – прохрипел Флиппер.

– Помолчи! – двинул ногой коллегу Мурский и обратился к девушке: – Максим Сергеевич наш давний партнер, если вы сообщите о нашем приходе, он с радостью позовет нас.

– Сейчас позвоню! – пообещала сотрудница, набирая нужный код. – Здравствуйте! К Максиму Сергеевичу два посетителя… Как вас представить?

– Мурский и Флиппер, – торжественно ответил инквизитор.

– Максим Сергеевич ждет вас. Поднимайтесь на двенадцатый этаж, офис 126.

Попав на указанный этаж, инквизиторы в два счета нашли в конце коридора офис с нужной вывеской и ворвались без стука. К удивлению, их встретил не лично информатор, а пухленькая кудрявая секретарша, пьющая чай за круглым столом рядом с включенным вентилятором.

Флиппер подошел к ней, выхватил чашку и отхлебнул половину одним большим глотком.

– Жарко у вас, сеньорита! Включили бы кондиционер.

Возмущенная наглостью посетителей и напуганная их вызывающим видом, секретарша недоуменно посмотрела на пустые руки. Инквизиторы обошли сконфуженную особу, пинком открыли дверь и ворвались в кабинет.

Заважилов заранее приготовился к приему.

– Михаил Николаевич, сколько лет, сколько зим! Проходите, располагайтесь! – поприветствовал он гостей, поднявшись с командирского кресла.

Офис оказался довольно просторным. Широкий коричневый стол, на нем черный блестящий ноутбук, с противоположной стороны пара причудливых кресел для посетителей, небольшой гарнитур, заваленный бумагой, и настежь открытое окно – все это производило впечатление солидного делового интерьера с легким налетом рабочего беспорядка.

– В суете, в проектах, – с довольным видом резюмировал Заважилов и снял трубку: – Люда, я занят! Просьба ничем не беспокоить, ты поняла? Налей пока себе еще чаю.

– Никчемная у тебя помощница, – отметил Мурский, подойдя к окну. – А вид превосходный. Какие виды, Флиппер!

– Я вам верю, шеф. Не силен в эстетической оценке городского ландшафта.

Заважилов согласился:

– Вы правы, Михаил Николаевич, девочка глупа, но покладиста. Грандиозных планов не строит, не амбициозна, не строптива и прибавки к жалованью не просит, да и смотрится довольно мило.

– А отдай ее мне, я по возвращении из Египта еще не осчастливил ни одну бабу!

– Да, кстати, а это кто? – обратился Заважилов к Мурскому.

– Это мой новый подчиненный, Флиппер. Переведен из Северной Африки в Восточную Европу за грандиозные успехи на египетских фронтах.

– Так точно, босс! Здрасте-с, Максим Сергеевич!

– Понятно. Я вижу, вы шустрый мальчуган. А Люду лучше оставьте в покое, я к ней привык, тем более, здесь не пустыня Сахара, где можно безнаказанно надругаться над кем угодно. Для этого есть другие места и специальные так называемые работницы коммерческого досуга.

– Флип, ты правда лучше остынь, – согласился Мурский. – Открой любую газету и возьми там номера. Знаешь, был у меня в прошлом такой напарник вроде тебя, такой же похотливый грубиян, так он плохо кончил.

– Его ликвидировали гастролеры?

– Нет, он пал не смертью храбрых, а от пули местного мента. Надругался над иностранными студентками, тянуло его на мулаток и негритянок. Завели дело, выследили. Тот бежать, а менты стрелять – угодили ему в череп. Я сам еле успел смыться. Такой был скандал в управлении!

– Я не самоубийца, чтобы насилием заниматься. У меня все по взаимному согласию, я и мухи не обижу.

– Довольно, мы не на каникулы приехали. Выполним миссию, телепортируешься, к примеру, в Голландию, там и начнешь до посинения предаваться развратным утехам. А пока ни-ни, иначе отправишься назад ублажать верблюдов.

– Понятно. Буду держаться, только не отправляйте в Африку, мне здесь нравится!

– Присаживайтесь. Вы же не за этим сюда пришли? – предположил Заважилов.

Господа вальяжно опустились в мягкие кресла.

– Я вас внимательно слушаю, – несколько тревожно сказал Максим, робко присев на свой стул.

– Перейдем к нашим баранам, – оживленно начал Мурский. – Поведай ты нам, родной, что у вас нового, кто появился из новичков?

Открыв нижний ящик стола, Заважилов достал толстую папку и вытащил оттуда несколько файлов.

– А вот и компромат! – злобно рявкнул Флип, брызгая слюной.

– Есть ценные данные? – нетерпеливо спросил Мурский. – Давай шевелись в темпе, мы с утра крутимся как белки в колесе. Флип уже солнечный удар схлопотал.

Заважилов отложил один файл, достал из него листы и стал озвучивать данные:

– За последние месяцы прибыло около двадцати гастролеров. Подавляющее число с лицензией, исправно оплатившие визу и межизмерительную пошлину, но есть и нелегалы.

Гигант полез в пиджак и вытащил промокший от пота сверток.

– Флип, кто так хранит документы? – буркнул Мурский.

– Я не виноват, климат такой, московская жара, мать ее! Я забыл в управлении свою папку.

– Не выражайся! Сверь наши сведения с земными. Заважилов, дай сюда список!

Максим передал листки с данными незаконных гастролеров. Флиппер подвинул к себе оба документа и начал изучать их, сопоставляя предоставленную информацию. Все замолчали и с любопытством следили за интеллектуальной деятельностью верзилы, не соответствующей его внешнему виду. Он скрупулезно читал каждую строчку и делал пометки карандашом.

– Секунду, маэстро! Я подвожу итог.

Обрадованный вниманием босса, Флиппер закончил сверять данные, отложил предоставленные отчеты и без лишних эмоций констатировал:

– В ходе проведенного анализа можно сделать очевидный вывод: представленные варианты почти идентичны. И у нас, и у них схожие данные, за исключением нескольких человек. У Заважилова в списке числятся некто Николай Зуриков и Армен Хачатурян. Кто они такие, в списках не сообщается.

Мурский взял листок и просмотрел его лично. Пробежав глазами список, он отложил его в сторону и обратился к Заважилову:

– Николай Зуриков и Армен Хачатурян. Что ты знаешь о них?

Заважилов ослабил сдавивший шею галстук и принялся объяснять инквизитору, что это за новые лица в списке:

– Конечно, я в курсе. Зуриков Коля вычислен буквально на днях. Юноша девятнадцати лет, учится в авиационном техникуме и подрабатывает в видеопрокате, любитель клубных посиделок и прочей мишуры. Армен Хачатурян – таксист из Южного Бутово, но иногда калымит в центре или в аэропортах. Скользкий тип, оказывается, давно обосновался в столице, но нами был расколот месяц назад. Попался по глупости: признался одной потаскушке в инопланетном происхождении, а та донесла куда следует. У нас тоже своя сеть агентов имеется, один я в поле не воин.

– Армен? Где-то я уже слышал это имя… Таксист! Его звали Армен, помнишь?

– Точно! Мэтр, мне его физиономия сразу не понравилась.

Заважилов не разделял оптимизма инквизиторов:

– Тут каждый третий Армен или Рубен. Вы бы паспорт его проверили.

– Эх, не догадались! Но он явно нервный был, – вспомнил Флиппер. – Я б его за шкирку и повесил на суку – сразу бы раскололся, падла!

Босс сложил руки на груди:

– А если он нас узнал? Тогда мы не инкогнито. Флип, ты понимаешь, чем это грозит? Они попрячутся, как крысы в норы, и хрен кого найдешь. Мы засветились, как два неотесанных практиканта!

– Что теперь делать? – робко спросил Флип разгневанного начальника.

– Отныне никаких такси, светиться нельзя. Заважилов, ты дашь нам автомобиль, понятно?

– Легко. На стоянке вас дожидается представительский «Audi», я как раз берег его на случай приезда важных персон. Ключи вам дам, доверенность, права – и авто в вашем распоряжении.

– Отлично, хоть одно оперативное решение. Ладно, займемся мальчишкой. Где его можно найти?

Максим Сергеевич ткнул пальцем в бумажку:

– Здесь указаны адреса, где он чаще всего появляется, и на крайний случай непосредственно место учебы. А вот насчет Хачатуряна ничего определенного сообщить не могу, видимо, он без прописки катается. В общем, тот еще хмырь.

Мурский собрал списки в папку и отдал их Флипперу. Затем он подошел к окну освежиться и, с надеждой взглянув на горизонт, отдал приказ подчиненному:

– Флип, организуешь слежку за Зуриковым, а потом мы его прощупаем.

– Он важная птица? Может, сразу его шабануть?

– В самом деле, на что он вам сдался? – удивился Заважилов. – Мальчишка безобидный, никуда не денется, поймать его – раз плюнуть.

Повернувшись к Максиму, комиссар с размаху стукнул кулаком по столу. Мужчина резко отодвинулся и вопросительно посмотрел на инквизитора. Флиппер приготовился достать из-за пазухи пистолет.

– А имя Андреас Райс тебе ни о чем не говорит?

Заважилов непонимающе пожал плечами:

– Впервые слышу. Что, особая шишка?

– Особая, – отрезал Мурский, – и находится на твоей территории. Почему ты подкидываешь мне никчемных пацанов и таксистов, а серьезные гастролеры уходят у тебя из-под носа?

– Видимо, только материализовался и не успел оставить следов. Михаил Николаевич, это вопрос ближайших дней, никуда он от вас не денется.

– Смотри у меня! Если ты упустишь его, мы расторгнем с тобой контракт и ликвидируем тебя, как злостного нелегала.

– Вы угрожаете мне?

– Предупреждаю. Шутки закончились: если я не заберу назад Райса, мне не видать майорского звания и заслуженной пенсии как своих ушей.

– Я сделаю все возможное, чтобы найти эту гниду! – занервничал Заважилов. – Он где-то рядом, как пить дать. Все новые гастролеры крутятся, как мотыльки, около центра, сбиваются в группы и поддерживают отношения, заглядывают к старичкам за советом, одному тут сориентироваться сложно. Тут мы их тепленькими и берем.

– Учти, Макс, если ты проколешься, Флиппер отрежет тебе язык и заставит сожрать его, понял?

– Здорово придумали, мэтр! Вы выдумщик, – ухмыльнулся Флиппер.

– Понял, понял, не надо угроз. Моя песенка и так спета, не сегодня, так завтра меня прикончат, я понимаю это очень хорошо.

Захотелось выпить. Максим позвонил Люде, но секретарша не брала трубку. Жажда изнуряла, как в надоевшей рекламе. Тогда он вышел, чтобы отыскать пропавшую сотрудницу, оставив инквизиторов наедине.

Внимательный комиссар сидел на месте и напряженно размышлял, как скорее поймать Райса и вернуться в родной мир с почестями и званием майора. Он давно не был дома. Последние два года межизмерительного времени инквизитор провел в разных параллельных мирах в поисках многочисленных проходимцев, ликвидируя особо опасных гастролеров. Инквизитор очень устал и забыл, когда последний раз отправлялся в законный отпуск. Бесконечные перелеты между измерениями заполняли его рискованную жизнь, которая могла оборваться в любую секунду. В своем мире Мурского ждала семья: красавица жена и трое маленьких ребятишек. Он встречался с ними только в короткие дни контрольных отчетов в Генеральном управлении – только так любящий отец и муж успевал уделить немного внимания домочадцам. Покидая родные пенаты, Мурский превращался в безжалостного служителя закона, не испытывающего ни капли сострадания к межизмерительным преступникам, беглецам и аферистам. Он становился жестоким инквизитором, для которого судебный кодекс и приказ начальства превыше всего. Таким он представал всегда: и в земном измерении, и на других неведомых пространствах Вселенной.

Флиппер достал намокший носовой платок, подошел к окну и выбросил его наружу.

– Вроде в Египте жарче, а здесь жара хуже переносится, – заметил он, провожая взглядом летящую вниз тряпочку.

– Влажность сильнее, оттого и хреново тебе, дружок. Через недельку акклиматизируешься, будешь в своей тарелке.

– Это радует, – ухмыльнулся Флип. – Ха, Зуриков! Начнем с него? Зуриков нам пригодится, он же его пособник. А что если Райс не придет на контакт к мальчишке?

– Тогда мы лопухнемся повторно, и этого нам никто не простит. Учись пока на всякий случай драить толчки.