Источник вечной жизни
- Дематериализатор, - хмыкнул Князь, а когда заметил Марию Васильевну, выскочившую из дома на звук выстрелов, распорядился, - одежду жандармов сожгите, срежьте пуговицы, соберите металлические предметы и выбросьте в выгребную яму, - а сам подобрал оружие, спрятав его в складках своей одежды, схватил пустое ведро и побежал к колодцу.
Бывший пациент положил на лужайку Неведомского, теперь он взял на себя обязанности врача и разорвал сорочку Савелия Фомича, увидев, что пуля пробила левую сторону груди, а вторая прошла на вылет в предплечье. Неведомский закашлялся кровью, а гость привычно окунул руки в ведро с водой, пока та не начала бурлить. Князь несколько раз зачерпывал ладонями воду из ведра и выплескивал на грудь раненого, а затем попытался его напоить. Савелий Фомич перестал кашлять кровью, от прохладной воды он пришёл в себя и тяжело дышал, его тело выдавило пулю.
Князь поливал водой грудь и предплечье земского врача, так, что раны стали затягиваться и через четверть часа Неведомский смог подняться с травы и перейти на веранду. Савелий Фомич был поражён своему преображению, прошло всего не более получаса с момента смертельного ранения в грудь, но сейчас он чувствовал себя почти абсолютно здоровым, в теле не было слабости, только небольшая заторможенность в движениях и речи.
- Милая моя, Мария Васильевна, со мной все в порядке, - растягивая гласные произнес Неведомский, заметив слезы в глазах у жены. - Нам пора бы позавтракать, накрывай на стол.
- Сейчас будем завтракать, - его жена сдержала рыдания и направилась в дом.
- Савелий Фомич посмотрел на стоящего гостя и предложил, - Князь, спаситель вы мой, извольте откушать с нами и чаю испить. - Рукой он показал гостю присесть за стол и с неподдельным удивлением выговорил, - я не пойму от бога ли ваши возможности, но ваши таланты потрясли меня до глубины души.
- Всё, что мы получаем и чем обладаем в этом мире, только благодаря божьей воле, - Князь встал трижды перекрестился и снова занял место за столом, - кто-то получает свои возможности от рождения по линии крови, а кому-то они даются богом при жизни. - Князь ободряюще улыбнулся, заметив тень сомнение на лице доктора.
- Моя обязанность и потребность перед богом и людьми лечить людей, - вздохнул Неведомский.
- Савелий Фомич, через несколько месяцев вы почувствуете в себе перемены, эти изменения заставят вас, покинуть этот дом и Калужскую губернию, и вы отправитесь в Петербург, где мы снова с вами увидимся, и тогда перед вами откроется многое, что сейчас вызывает вопросы и удивление.
***
Пятый эрарх почувствовал движение рядом с собой, он открыл глаза и увидел, как пассажиры самолёта поднимаются со своих мест, кто-то доставал с полок сумки, другие возбуждено общались, радуясь, что оказались снова на земле. Эрарх вытащил из-под кресла саквояж, поставил себе на колени и погладил мягкую кожу, минуло много лет с той поры, как он оставил практику земского врача Калужской губернии, но по-прежнему из сумок отдавал предпочтение саквояжу.
К самолёту подали телескопический трап и эрарх покинул самолёт, прошел сквозь зал прилета, миновал зону выдачи багажа. Навстречу ему торопился молодой человек высокого роста в тёмном костюме.
- Приветствую вас, мой господин! - На лице молодого человека возникла мимолетная улыбка. - Надеюсь, что полет не был утомителен? - Ответа не последовало, и он взял из рук эрарха саквояж и провел к автомобилю.
Через час машина заехала во двор двухэтажного коттеджа, огороженного высоким забором. После обеда пятому эрарху предстояло выслушать доклад князя и обсудить план действий по изъятию материалов исследований Бемельского, остановить представителя ордена хранителей "Символа Соломона", рвущихся, по мнению магистра, к тайне вечной жизни, случайно открывшейся Апраксину.
***
Похороны Бемельского были организованы заместителем директора института по хозяйственной части Никитой Ивановичем Протопоповым. Дмитрий не хотел идти на это мрачное, давящее на нервы событие, но женщины, потерявшие мужа и отчима, просили его не оставлять их в сложной ситуации, Родинову пришлось сдаться из-за грустного взгляда. На удивление Людмилы Ивановны, попрощаться отправились многие нынешние сотрудники института и те, кто хорошо знал Бемельского, но в силах обстоятельств покинули институт.
Когда произносили речи над могилой погибшего учёного, Родинов почувствовал чей-то ледяной взгляд и подергал плечами от холода. Дмитрий освободился от руки Маргариты и аккуратно повернулся. На дорожке между захоронениями стоял полноватый мужчина среднего роста в светло-серой тройке с непокрытой головой, а глаза, прикрытие дымчатыми стёклами очков в дорогой роговой оправе были устремлены на Дмитрия. Весь облик этого представительного мужчины говорил о большой жизненной силе, а морщины на лбу давали понять, что он наделён огромной властью. Дмитрий снова и снова с осторожностью посматривал на этого мужчину и неожиданно мысленно услышал его голос.
- Юноша, возвращайся домой, пресеки все свои попытки добраться до истины, твоя жизнь так коротка, чтобы вмешиваться в планы бессмертных.
- Я обязан выполнить поставленную задачу, - произнес Родинов странным безвольным голосом, находясь под воздействием какой-то гипнотической силы.
- Дима, что ты сейчас сказал? - Рита снова подхватила его под руку.
- Это я так о своём, - Встряхнулся Родинов, прогоняя мороку, - Кто вон тот мужчина, - он показал направление взглядом.
- Нет, никогда раньше не видела, - заявила Маргарита, всматриваясь на представительного господина, устроившегося на лавочке, через несколько могил.
Когда Дмитрий снова взглянул в том же направлении, то странного мужчины не было на прежнем месте, он потихоньку удалялся в сторону выхода с кладбища, а позади него шли двое сопровождающих в черных костюмах.
Когда церемония погребения Бемельского закончилась, все потянулись на выход с кладбища к автобусу, Дмитрий наклонил голову к Рите и тихонько сказал:
- Прости меня, но на поминальный ужин я не пойду.
- Понимаю, ведь там соберутся только знакомые отчима, - согласилась Рита. - Может тебе поехать ко мне домой?
- Мне нужно в отель, там у меня ноутбук.
Дмитрий усадил Людмилу Ивановна и её подругу на заднее сиденье, занял место за рулём, дождался, когда Рита закончит что-то обсуждать с Протопоповым и займёт место рядом с ним и только тогда завёл двигатель.
***
Войдя в отель Дмитрий поздоровался с девушками за стойкой регистрации и поднялся к себе в номер. Дмитрий извлёк из сейфа папку с бумагами и ноутбук, он решил, что лучшим способом общения сейчас будет видеосвязь. Владимир Тихонин почему-то не откликался на вызовы и тогда Родинов попытался вызвать Александра Ивановича и через несколько мгновений сеанс связи установился.
- Здравствуй, Дима, - попробовал улыбнуться Александр Иванович, но заметив тревогу на лице собеседника настороженно спросил, - неужели опять что-то чрезвычайное и почему ты тогда мне звонишь, а не Тихонину? Может пора подключать нашу службу безопасности?
- Добрый день, профессор! - Пока ничего экстраординарного не произошло, не переживайте. Я хотел с вами обсудить одного человека, которого я заметил на похоронах Бемельского.
- Ох, я совсем забыл об этом скорбном мероприятии, - грустно вздохнул профессор, прикрыв на секунду глаза, - там что-то произошло?
- Слезы, прощание и скорбь, - выговорил Дмитрий. - На кладбище я пересёкся взглядом с одним странным субъектом. - Родинов пересказал приметы представительного мужчины, а также мысленный диалог и его гипнотическое воздействие.
- Это очень плохо, - произнес Александр Иванович и его лицо сковала гримаса ужаса. - Если в дело вмешались бессмертные, то нужно срочно бросать твои поиски или хотя бы действовать очень осторожно и быстро.
- Кто такие эти бессмертные и что вас так напугало?
- Помнишь я тебе рассказывал о международной экспедиции, что была лет сорок назад, тогда мы вели раскопки в северо-восточной части Турции.
- Я помню фотографию у вас в кабинете, вы рассказывали, что в пещере предгорья наткнулись на странные артефакты с возрастом в десять тысяч лет?
- Этот предмет культа можно назвать ритуальной чашей и небольшим омфалом, наподобие греческого, испещренный письменами и ещё другие предметы культа. Нашей экспедицией руководил британский профессор Стерр, он то и смог тогда разобрать часть надписей. Все эти ритуальные предметы предназначались не для пророческих предсказаний, а для создания снадобья, продлевающего жизнь.
- Опять мифы народов мира, - скупо улыбнулся Родинов.
- Тогда и появились бессмертные из линии крови. - Александр Иванович потёр ладонями глаза. - Их боевики прибыли в посёлок вечером, а утром заявились в наш археологической лагерь. Артефакты они изъяли, часть людей убили, кого-то, как Стерр дематериализовали, что только кучка пепла, да одежда осталась.
- А как же вы выжили? - осторожно поинтересовался Дмитрий.
- Мы с Владимиром Владимировичем и другими тремя русскими учёными вели раскопки в горах, там была обнаружена ещё одна пещера, в полукилометре от археологического лагеря, но даже на таком расстоянии мы ощущали гипнотическое влияние бессмертных. Из нашей группы мы все услышали в голове голос, холодящий кровь и я помню эту фразу "... сохрани свою короткую жизнь, тебе не дано постичь тайну бессмертия, охраняемую линией крови.
- Что же это за линия крови такая и кто эти люди?
- Линия крови это, тайный орден бессмертных, хранящих тайну вечной жизни, профессор Бемельский попытался открыть эту тайну, а твой Апраксин прикоснулся к источнику вечной жизни. Сегодня на совете хранителей мы попытаемся понять, как вытащить тебя из этой истории.
С последними словами Александр Иванович оборвал сеанс связи, а Дмитрий ещё долго сидел возле светящегося экрана ноутбука и размышлял, с чем же ему пришлось столкнуться.
***
Из заторможенного состояния его вывел телефонный звонок, Дмитрий посмотрел на вибрирующий на прикроватной тумбочке мобильник, нерешительно взял трубку и произнес дежурное "Алло!"
- Дмитрий Иванович, это Жито, - Родинов услышал голос историка.
- Здравствуйте, Николай Фёдорович - Дмитрий надеялся, что Жито удалось найти необходимую информацию.
- Дмитрий Иванович, - обескураженно начал Жито, - когда я погрузился в изыскания, то к своему удивлению обнаружил, что архивы по части вашего Апраксина кто-то основательно почистил. Пропали отдельные листы и даже папки, касаемые периода пребывания Апраксина в Кругарском спецпоселении.
- Неужели ничего не удалось найти, - дрогнул голос Дмитрия.
Ожидание и безделье вымотало Родинова сильнее напряженной работы. Временами себя было нечем занять, так что у Дмитрия появлялась мысль вернуться в Москву, домой к семье, но прошедшие две недели он выступал охранником Маргариты и её матери, а также пытался искать что-либо о Кругарском спецпоселении из открытых интернет источников.
- Понимаю ваше нетерпение, молодой человек, - нервно рассмеялся историк. - Сегодня утром мне написал мой бывший студент из Тюмени, который по моему заданию осуществлял поиск в местном архиве. Он наткнулся на внутреннюю переписку между управлениями НКВД и обнаружил список фамилий лиц для перемещения в спецпоселении.
- Николай Фёдорович, вы собираетесь мне что-то отправить? - обрадованно вздохнул Родинов.
- Эта переписка и список натолкнули меня на идею, что я смог осуществить полчаса назад, - продолжил гнуть свою линию Жито. Я ничего не хочу вам отправлять, а предлагаю через пол часика встретиться и обсудить детали очно.
- Хорошо, - согласился Дмитрий, - давайте встретимся и поговорим в баре отеля "Золотая Долина", где я остановился.
Через полчаса Дмитрий спустился из номера в лобби отеля, направился к бару, но остановился, заметив озирающегося по сторонам Жито, к животу он прижимал тонкий кожаный портфель.
- Времени у меня не много, предупредил Николай Фёдорович, пожимая руку Родинова, - Сегодня у меня ещё две лекции в университете.
Мужчины заняли столик в углу возле окна, Дмитрий заказал две чашки кофе и, когда официант выполнил заказ, устремил свой взгляд на Жито. Николай Фёдорович смотрел в окно, молчал, собирался с мыслями, но вдруг он напрягся и лицо окаменело.
- Что с вами, Николай Фёдорович, - забеспокоился Родинов, - с вами все нормально.
- Очень неприятный человек на меня уставился, - опустил голову к чашке кофе Жито. - У меня внутри вдруг все огнём опалило.
- За окном никого нет, может вам показалось, - удивился Дмитрий.
Жито отпил несколько глотков, начинающего остывать кофе, несколько раз глубоко вздохнул.
- Вроде бы полегче стало, - попытался улыбнуться Жито, - давайте вернёмся к теме нашей встречи.
Жито взял свой портфель с соседнего стула, расщелкнул замки и извлёк тонкую прозрачную папку. Он стал стремительно перелистывать подшитые страницы и, наконец остановился на нужной. Дмитрий спокойно ожидал рассказа историка и не открывал взгляда за его манипуляциями.
- В своём поиске по доступным мне архивам и базам я нигде не встречал Кругарского спецпоселения. Нигде ни на картах, ни в списках структур НКВД нет посёлка Кругар, а название посёлка Круглар встречал много раз.
- Какая разница как назывался этот посёлок? - Вспыхнул Дмитрий.
- Дмитрий Иванович, вы что реально не видите связи? - Поразил я Жито, - Из московских архивов вам передали материалы про Апраксина, а он связан с Кругарским спецпоселением. Скорее всего произошла ошибка, человеческий фактор, в разных документах этот посёлок называется по-разному.
- Я сам попытался провести поиск в интернет источниках, но посёлка Кругар я не нашёл, - развёл руками Родинов.
- Дмитрий Иванович, этот документ, - Жито постучал пальцами по листам раскрытой папки, - я получил от своего бывшего студента, живущего сейчас в Тюмени. - Это сопроводиловка начальнику Кругарского спецпоселения капитану Шатову о перемещении списка лиц в посёлок. - Николай Фёдорович повернул папку к Родинову.
- Шарий и Семашко, - Дмитрий прочитал документ, а вслух произнес только фамилии. - Дата документа совпадает с пребыванием Апраксина в спецпоселении.
- На осуждённого Семашко мне пока не удалось найти ничего, - Жито выстучал победную дробь пальцами по столу, - а про потомков Шария информации много. Старший сын Шария - Александр Матвеевич Шарий председатель правления Восточно-Сибирского Инвестиционного банка. Все данные и контакты на потомков Шария вы найдёте в этой папке.
- Я очень благодарен вам, - Дмитрий взял папку, но потом спохватился, - Николай Фёдорович, сколько я вам должен за выполненную работу?
- За эту часть поисков меня устроит пятьдесят тысяч рублей, - спокойно сообщил Николай Фёдорович, - предположу, что этих сведений может оказаться недостаточно, поэтому звоните мне в любое время.
Дмитрий передал названную сумму, а после мужчины поднялись из-за столика, пожали руки и распрощались. Дмитрий направился в свой номер, чтобы изучить материалы, переданные Жито. Настроение Дмитрия существенно улучшилось, ожидание, казавшееся бесконечным, завершилось, наступило время активных действий.
***
Совещание закончилось, члены правления Восточно-Сибирского Инвестиционного банка стали расходиться, председатель правления Александр Матвеевич Шарий поднялся со своего кресла и подошел к окну.
- Саша, мы с тобой дружим уже более двадцати лет, но вчера, когда ты меня встретил в аэропорту, я почувствовал, что тебя что-то гложет, - заметил оставшийся в зале совещаний главный акционер банка Сергей Семёнович Поляков.
- Серёжа, ты прав, на протяжении нескольких недель я постоянно ощущаю беспокойство, - Шарий прижался лбом к холодному стеклу, - оно наваливается на меня каждую ночь и не даёт мне спокойно заснуть, а когда я в кошмарах просыпаюсь, то не могу ничего вспомнить и дать себе какое-либо внятное объяснение.
- Может ты просто устал? - Предположил Поляков, - с финансовой стороны наше дело процветает, может быть у тебя переживания не связаны с работой.
Сергей, помнишь, я рассказал тебе про своего отца, - продолжал рассуждать Шарий, не слыша своего друга. - Отец был преданным членом ВКП(б), это не помешало, по лживому доносу какого-то мерзавца, попасть под пресс НКВД и пройти все круги ада ГУЛАГа.
Поляков не стал больше задавать никаких вопросов своему другу, понимая, что Александр Матвеевич погружен в меланхолические воспоминания о своём отце.
- После многих лет мытарства по различным лагерям, мой отец Матвей Фомич Шарий был отправлен на спецпоселение в Новосибирской области, - Александр Матвеевич отошёл от окна и занял ближайшее кресло. Отец много рассказывал мне о политических заключённых, о тяжёлой полуголодной жизни с иллюзорной свободой поселенца. Знаешь, Сергей, чем старше я становлюсь, тем более явственно вспоминаю и представляю события из рассказов моего отца. Всю свою жизнь он вёл дневник и во время заключения в ГУЛАГе, и на спецпоселении, и после.
Шарий потянулся за бутылкой минералки, что были расставлены для совещания, Александр Матвеевич посмотрел на стакан, стоящий рядом, но просто отпил из бутылки несколько глотков.
- Отец рассказывал о стычке политических с уголовниками из-за неопытности начальника спецпоселения, в результате чего мой отец и ещё один политический осужденный были тяжело ранены, а излечил их другой поселенец, бывший царский офицер, его фамилию я сейчас уже не вспомню, при помощи живой воды из мифического источника.
- Живой воды, - повторил с улыбкой Поляков.
- Не веришь, Серёжа? - грустно произнес Шарий, - поверить в это сложно, больше напоминает русские народные сказки, только мой отец до самой смерти носил на шее вместо креста маленький бутылек с такой водой. Помню мой младший брат Артём заболел - какое-то сильнейшее воспаление лёгких, врачи тогда стали сомневаться, что он выживет. Мы с матерью день и ночь дежурили у постели больного, а отец, когда понял, что Артёма уже не спасти, откупорил свой бутылек и капнул ему в рот этой воды. На следующее утро брат был абсолютно здоров, строго-настрого запретил нам рассказывать кому бы то не было об этой воде и об излечении Артёма.
- А что стало с водой и бутыльком Матвея Фомича? - Заинтересовался Поляков.
- Зацепила тебя моя история?! - рассмеялся Александр Матвеевич, - бутылек и дневник отца хранится в шкатулке, я положил подальше в секретере, что в моем домашнем кабинете.
- Я сейчас подумал, Саша, - улыбнулся Поляков, - даже если бы у меня была канистра такой живой воды, то я не хотел бы жить вечно. Как вытерпеть мучение терять уходящих родных, друзей, как жить в чуждом тебе мире, где нет любимых и близких?
- Ладно, поехали ко мне, - поднялся Шарий, - не ожидал услышать от тебя таких рассуждений. - Вот я бы не прочь прожить лет так сто пятьдесят.
Друзья покинули здание банка, уселись в бронированный мерседес-бенц, и в сопровождении джипа охраны, направились в элитный посёлок, где на берегу водохранилища располагалась усадьба Шария. Год назад управляющая элитным поселком компания, по согласованию с собственниками участков, наняла гидротехническую фирму, реализовавшую канал, соединяющий усадьбы с водохранилищем. В результате у Шария, как и у других владельцев, появился собственный причал и эллинг для яхты.
***
Машина на большой скорости мчалась по шоссе, до дома Шария оставалось менее десяти километров, во время движения старые друзья тихо обсуждали предстоящий инвестиционный проект. У сидящего на переднем сиденье телохранителя, неприятно пискнула рация, выслушав приказ старшего, он приказал водителю остановиться. Водитель сбросил скорость и остановился на обочине шоссе, рядом на мгновение притормозил джип охраны, выбросил из своего огромного чрева, одного телохранителя и помчался к хозяйской усадьбе.
Каждый охранник занял позицию возле пассажирской двери мерседеса.
- Саша, что случилось? - первым не выдержал Поляков.
- Через минуту, другую все прояснится! - недовольно молвил Шарий.
Прошло не более тридцати секунд и телефон Шария взыграл военный марш.
- Говори, Никитич, - Шарий нажал на клавишу приёма, чем оборвал мелодию марша на первых нотах.
- Александр Матвеевич, на ваш дом совершенно вооружённое нападение, охрана убита...
- Что? - Громогласно заорал Шарий, что его друг Поляков, сидящий рядом, вздрогнул от неожиданности.
- Александр Матвеевич, ваши родные, жена и сын не пострадали, - запоздало среагировал начальник службы безопасности Артур Никитич. - Я сейчас направляюсь в вашу усадьбу... - Шарий его уже не слушал, отключил телефон и засунул в карман, а потом приоткрыл окно.
- Мы долго будем торчать посреди шоссе? - потребовал ответа у стоящего возле его двери.
Телохранитель в этот момент что-то внимательно выслушивал по рации от старшего смены, после повернулся к Шарию и с отрешенным взглядом и ледяной интонацией сообщил: "Только что получил разрешение, что можно ехать. Поляков, пыхтя распахнул дверь, выбрался со своего места и пересел вперёд. Охранники заняли места слева и справа от Шария.
Ворота на усадьбу были раздвинуты, на площадке за воротами была припаркована машина полиции, водитель мерседеса подал сигнал и въехал на территорию усадьбы, не доезжая до парковки возле дома из-за сотрудников следственной бригады. Шарий и Поляков выбрались из автомобиля и, озираясь по сторонам, направились к дому. На клумбе перед лестницей, ведущей в дом, над трупом охранника вертелся криминалист, а рядом общались полицейский капитан с начальником службы безопасности Артур Никифорович, заметив Шария, он оставил капитана и направился к банкиру.
- Александр Матвеевич, здравствуйте!
- Никитич, как могло это произойти? - Банкир, видя растерянность подчинённого, махнул рукой, - Сколько было этих людей? Почему не сработали датчики безопасности периметра? Лица система видеонаблюдения зафиксировала? - банкир засыпал вопросами своего начальника службы безопасности.
- Нападавших было трое и все в чёрных масках, закрывающих лица, тяжело вздохнул Артур Никитич, - защиту дальнего подступа и периметра они обезвредили, поэтому застали охрану не готовой отразить нападение. Нападавшие прибыли к усадьбе со стороны водохранилища, прошли на катере по каналу, как-то подменили изображение камеры. Также был застрелен садовник и кухарка.
- Они что и в дом пробрались? - Вспыхнул Шарий, - Ох, и огорчил ты меня, Никитич. - Александр Матвеевич оттолкнул начальника службы безопасности и вбежал по ступенькам в дом.
В нескольких шагах от лестницы, ведущей в хозяйские покои, лежала убитая кухарка. Шарий на секунду замер и стал подниматься по лестнице, его интересовала не спальня, а кабинет. Распахнув дверь кабинета Александр Матвеевич зло выкрикнул, "Гады!" и сжал до боли кулаки. Казалось все было на месте, стол с компьютерным монитором и пристроившейся рядом мышкой, фотография семьи в позолоченной раме, удобное офисное кожаное кресло, ожидающее хозяина, а у стены напротив входа расположился антикварный секретер с безжалостно взломанной дверью. Дневника и шкатулки с пустым бутыльком отца Александра Матвеевича на месте не было. Шарий вытащил из бара секретера бутылку виски и побрел назад по лестнице, после остановился, сделал несколько глотков односолодового виски, перегнулся через перила и швырнул почти полную бутылку вниз, долетев до мраморного пола гостиной, бутылка с грохотом разлетелась на мелкие осколки.
***
В этот момент разъяренной фурией в дом ворвалась жена Шария, кусок стекла ударился о её туфлю, она взвизгнула и нервно закричала. За время пребывания банкира в кабинете труп кухарки уже кто-то убрал.
- Саша, что ты натворил? - женщина промолчала секунду и выдала, - правильно мне мама говорила, сменила тональность на сварливую - твоего банкира рано или поздно посадят.
- Эльвира, побереги свои и мои нервы, - Шарий быстро спустился по лестнице в гостиную, гневно сверкнул глазами. - На наш дом напали неизвестные, перебили охрану и слуг, а полиция расследует это нападение.
Эльвиру не интересовала судьба охранников, она даже не вздрогнула от страшных слов мужа, до неё наконец-то дошло, что в доме кто-то побывал.