Ковёр листвы и наш ночлег укроет завтра мягкий снег.”
Эта песня была об одиночестве и наверное каждому здесь, а не только мне, почудилось, что эта песня о нём. Я снова вспомнила Андрея… Может он мне просто приснился? Может его и вовсе не было? Из раздумий меня вырвал резкий и неприятный голос какого-то идиота.
– Эй, Гром, я трахаю твою сучку. Мой член ей понравился больше твоего.
Лысый и наглый здоровяк стоял у самой сцены и орал на весь зал, дергая за локоть какую-то разукрашенную девушку в мини-юбке.
Музыка стихла и глаза всех зрителей устремились на лысого придурка. Вокалист медленно положил микрофон и спрыгнул со сцены. День переставал быть томным. Толпа отступила, организовывая пустое пространство у сцены. Блондинка в мини-юбке что-то визжала, пытаясь разнять противников, но лысый оттолкнул её в сторону, как ненужную вещь. Затем последовало несколько хлёстких ударов – здоровяк достал кулаком Грома, но вокалист даже не пошатнулся, будто бы и вовсе не заметил их.
– Клим, ты дерёшься, как баба, – Бросил лысому Гром.
Толпа загудела со всех сторон. “Уделай его, Гром! Втащи ему, Клим!”. Видимо у обоих парней здесь была своя группа поддержки. Тестостерон в зале превысил все допустимые значения. Моя подруга сияла пьяными глазами и шептала имя вокалиста. Битва была одновременно жесткой и чертовски притягательной. Я откровенно любовалась силой и красотой брюнета и болела, конечно же, за него. В какой-то момент мне показалось, что он посмотрел прямо мне в глаза. Наверное показалось…
Парни сцепились в захвате, а затем покатились по полу, нанося друг другу удар за ударом. Из носа у лысого потекла кровь в тот момент, когда вокалист прижал его к стенке.
– Порви его, Гроооом!, – Ревела толпа, недавно скандирующая имя его противника. Ещё минуту и лысый захрипел, поднимая обе руки в верх и таким образом признавая своё поражение.
– Гром! Гром! Макс Гром!, – Заорала толпа. Вокалист окинул зрителей надменным взглядом, затем посмотрел в лицо блондинке и бросил лысому -
– Шлюху эту оставь себе, мне не нужны объедки!
Парни вокруг засвистели, а блондинка завыла, уткнувшись носом в рубашку здоровяка. Девушки вокруг начали кричать: “Макс, я – лучше! Гром – возьми меня!”. Просто какое-то сумасшествие, – подумала я, собираясь покинуть этот балаган. Я развернулась к выходу и начала протискиваться сквозь толпу, плюнув на подругу, которая не желала уходить. Неожиданно, дорогу мне перегородила чья-то горячая и влажная грудь. Я подняла глаза и увидела Грома, нависающего надо мной.
Я, пожалуй, возьму себе вот эту, – Протянул парень, – подхватывая меня на руки. Я от удивления даже пискнуть не смогла.
– Ну что, малышка, у тебя есть парень?, – Спросил Макс, заглядывая мне в глаза.
– Есть, – Ответила я, беспомощно ёрзая ногами в воздухе. Я бы сейчас со страху могла признаться даже в том, что я замужем и у меня трое детей.
– Как зовут этого смертника?, – Спросил Гром, иронично приподняв одну бровь.
Я промолчала. Не говорить же, что у меня роман с преподавателем… Да, и роман ли… Мы всего раз поцеловались, а потом он исчез… А может, он и вовсе наврал мне о себе…
– Значит будем считать, что у тебя никого нет и не было, – Сказал вокалист, обволакивая меня своим хриплым голосом. А затем поставил на ноги и резко впился в мои пересохшие губы поцелуем. Я почувствовала, как его влажный язык врезается в меня, нежно лаская и посасывая. Нужно признаться – целовался Макс отменно и я просто не смогла не ответить ему, ощущая как по телу разливается будоражащее тепло. А его руки, будто почувствовав нарастающее во мне волнение, скользнули вниз по спине и опустились на упругую попку. Указательный палец мерзавца незаметно скользнул в ложбинку между ягодиц. Щеки мгновенно окатило жаром. Боже, он сделал это на виду у всего института! Такого обращения с собою я не могла допустить, поэтому залепила нахалу звонкую пощёчину. Макс от этого ничуть не огорчился и не попытался отстраниться от меня, только растянулся в довольной улыбке и сказал -
–Ты – охуенная.
В этот момент мой мозг напрочь отказался что-либо понимать, я сделала рывок вперёд, расталкивая глазевшую на нас толпу и бросилась к выходу. Гром не стал меня догонять, только бросило вслед -
– Детка, я всё равно тебя найду.
По-моему, он сказал что-то ещё, но я уже не слышала. Мои ноги упорно несли меня к трассе. Туда, где дисциплинированной стайкой стояли таксисты.
– Рижская шестнадцать, – Бросила я водителю, торопливо захлопывая дверь. “Москва – город контрастов”– , вспомнилась фраза из кино. А ещё – город чёкнутых психов и неандертальцев, заявляющих о своих правах на девушку, едва увидев её в толпе. Вот чёрт, у меня целый год не было парня. Но стоило мне приехать сюда, как появляются сразу двое, да ещё каких… Как вспоминаю – мурашки по коже… По моему этот мир сошел с ума…
4. В квартире. Макс
Я узнал о ней всё: когда приехала, откуда перевелась, с кем сидит за одной партой и даже адрес её съемной квартиры. А вот она обо мне не знает почти ничего. Конечно же, её надоедливая подружка прожужжала ей уши о том, что я самый популярный парень в институте, о том, что пишу охуенные песни. Может быть она даже слышала о том, что я свалил от папаши в шестнадцать и обеспечиваю себя сам. Но она точно не подозревает, что я – тот самый прыщавый недомерок сосед из Тулы, который подсовывал ей под двери любовные письма лет восемь назад. И я приложу все усилия, чтобы она не узнала об этом.
Однажды я набрался храбрости и, встретив её во дворе, начал задвигать что-то о неземной любви… Ебать, какой же я был придурок… Эта ссучка только посмеялась надо мною. Через пару лет отец поднял бизнес и мы переехали в Москву. С тех пор всё поменялось – я вырос и приложил все усилия для того, чтобы ни одна дрянь не посмела мне отказать. В своё время я, наверное, перетрахал пол института. Потом немного подостыл и стал менять подружек реже. Моя бывшая, блонди, сама прилипла ко мне после одного из концертов. Я ничего ей не обещал и она мне быстро надоела, впрочем, как и многие другие. Где-то, я даже был благодарен этому засранцу, Климу, за то, что он меня избавил от этой шлюшки.
Вчера на концерте я не поверил собственным глазам, когда увидел Джесс. Чёрт, она стала привлекательней. Пухлые губки, высокая грудь и упругая попка – всё, как я люблю. Тем слаще будет моя маленькая месть мерзавке. Клянусь, я отымею так, что она забудет собственное имя. Глупышка, наверняка, думает, что я чёкнутый придурок, раз накинулся на первую встречную. Хотя… может, в чём-то она и права…
Захожу на первую лекцию в аудиторию, уже зная, что увижу там её. Да, мы, чёрт побери, однокурсники. Всё будет даже проще, чем я думал. Она поворачивает свою хорошенькую головку и я вижу в её глазах страх, когда она встречается взглядом со мной. Меня обычно мало заботило то, что находится в голове у девушки, но сейчас меня бесят эти глаза испуганного оленёнка. Я отворачиваюсь от Джесс первым и сажусь за парту позади неё, старательно делая вид, что мне плевать на то, что она обо мне думает.
В этот момент в аудитории появляется новый преподаватель – он молод, обладает приятной наружностью и уверенно ведёт лекцию. Он не плохо объясняет обычными словами запутанные термины и понятия. Студенты слушают его внимательно, едва не затаив дыхание, а студентки начинают краснеть и строить глазки. Меня всё это забавляет, но, только до того момента, пока я не замечаю те взгляды, которыми этот ублюдок обменивается с моей Джесс. Блядь… неужели между ними что-то есть? Я подвигаюсь ближе к девушке, вдыхая фруктовый аромат её духов, слышу её неровное дыхание и чувствую как она едва заметно вздрагивает, когда я касаюсь рукою её волос.
В конце лекции мои опасения подтверждаются, когда я слышу наглый голос этого мерзавца:
– Все свободны, а вы, студентка Войжич, задержитесь на несколько минут.
– Боюсь, что Войжич не может задержаться, её вызывают после этой пары в кабинет ректора, – Отвечаю я, выдумывая на ходу правдоподобную ложь. Я точно знаю, что мне за это ничего не будет, так как после щедрых пожертвований моего папочки, ректор меня и пальцем не тронет.
– Тогда, возьмите этот доклад профессора Свидэрски, там есть та информация, которая вас может заинтересовать, – Невозмутимо отвечает рыжий, протягивая Джесс папку со стола.
Девушка поглядывает на меня с вызовом, берёт папку, а затем благодарит рыжего и уходит. Уже в коридоре, я вижу, как Джесс, уткнувшись в доклад глазами, краснеет и нежно улыбается. Я бы мог поклясться на сто баксов, что этот сноб назначил ей свидание на сегодня. Ну что Джесс, ты сама нарываешься…
***
Я ждал её около получаса. Стрелка часов уже почти дошла до полуночи. Девушка открыла двери ключом и зашла, споткнувшись на пороге, когда увидела в комнате меня.
– Ну привет, Джесс? Как свидание?
– Как ты здесь оказался?, – Спросила крошка, роняя на пол букет белых лилий. Она попыталась выскользнуть в коридор, но я перехватил её руку и плотно закрыл двери, наступая ногой на цветы.
– Ты живёшь на втором этаже, Джесс, и у тебя была открыта форточка. Признайся, ты специально её оставила открытой для меня? – Ответил я с улыбкой, незаметно подталкивая девушку вглубь комнаты.
– Убирайся отсюда, – Прошипела Джесс.
– Не так быстро, милашка. Мне нужно кое-что выяснить. – Я толкнул её на кровать и одним движением руки стащил с неё платье.
– Сволочь, идиот, – Кричала малышка, пока я возился с застёжкой на её кружевном лифчике. А затем я заставил девчонку замолчать, накрыв её горячие губы своими. Я провёл пальцами по нежной коже с запахом апельсина и Джесс выгнулась как кошка, отвечая на мои ласки. Руками она пыталась защищаться, но её тело реагировало на меня однозначно – эта киса меня хотела. Её соски мгновенно затвердели, когда мои пальцы проскользнули под тонкие трусики.
– Не бойся детка, тебе понравится, – шепнул я, массируя влажные складочки.
– Мерзавец, подонок, придурок, – Прошипела в ответ Джесс, содрогаясь от сладкой судороги. Мои пальцы стали мгновенно мокрыми, а малышка больше не сопротивлялась, только вздрагивала и стонала. Мой член давно уже упирался в ставшие тесными джинсы, но сегодня я не хотел брать её силой. Провёл языком по груди, втянул розовый сосок и девушка застонала, выгибаясь на встречу мне ещё больше. Блядь… я сейчас не выдержу и кончу только от одного вида этой влажной киски.
– Да, да, – Простонала Джесс, содрогаясь в очередном оргазме. Пока я вставал с дивана, застёгивая на себе куртку.
– Всё, детка, не скучай, – Бросил я ей, ловя на себе недоумевающий и обиженный взгляд.
Нужно срочно уходить, пока я не сорвался и не изнасиловал эту маленькую дрянь. Я приоткрыл окно и выпрыгнул на ветку растущего рядом дуба. Уходить нужно эффектно, либо не уходить вовсе. Джесс испуганно ойкнула и бросилась к окну, в тот момент, когда я уже спрыгивал с дуба на землю. Обернулся, оценил открывшийся вид: от страха девушка забыла набросить на себя одежду и высунулась из окна обнажённой по пояс. Я улыбнулся, послал крошке воздушный поцелуй, и пошел прочь. Если я сейчас же не найду где принять холодный душ – то наверное сдохну.
5. В ресторане. Джесс
Я стояла у дверей в аудиторию и глупо улыбалась. “Сегодня в ресторане “Знойный полдень” в 19.30. Безумно скучал по тебе, моя сладкая ученица. Твой А”.
Эти слова были написаны на развороте той папки, что Андрей отдал мне после лекции. Моё приподнятое настроение не испортил даже ложный вызов к ректору и те злые взгляды, которые бросал на меня Гром. И почему его голос кажется мне таким знакомым? Может я слышала его песни по радио? Нет, я не буду думать об этом самодовольном идиоте! И что с того, что я каждый раз краснею, когда он приближается ко мне, а его хриплый голос будит во мне какое-то нездоровое возбуждение? Он ведёт себя грубо и жестко, совсем не так, как нежный и обходительный Андрей. А значит, нужно держаться от Макса подальше, – решила я, убирая бумажное послание в сумочку.