Цапина где-то запропастилась, поэтому Ульяна вышла в общий холл, чтобы не пропустить ее. Антонина и Марина обсуждали совместный рекламный проект на диванчике за чашкой чая.
Ульяна подошла и с интересом прислушалась к обсуждению. Девчонки попросили присоединиться и высказать свое мнение.
Тяжелая входная дверь скрипнула, и в холл вошли Маевская и Барховский. Они остановились у дальнего окна и стали тихо беседовать.
Ульяна сразу заметила, как коллеги приосанились, как изменились голос и жесты, и не смогла сдержать улыбки.
Она никогда не заглядывалась на обложки мужских журналов и морщилась от слащавых манекенщиков. Барховский был где-то между журнальной моделью – не красавцем, скорее, с редкими породистыми чертами лица, и брутальным самцом, а если бы вел себя мягче и укладывал волосы гелем, то Ульяна предложила бы ему место подружки.
«Н-да, у меня с такими мужчинами ничего общего. Толку от них в реальной жизни мало. Да еще и геев больше половины. Как странно, что красота физическая дает такой отвратный бонус в виде ориентации на «юг». Хотя этот вряд ли гей, а хищные жесты и взгляды – слишком явный признак охотника на женщин,– мельком оценила Ульяна и все же брезгливо сузила глаза.– Все равно какой-то он весь накрахмаленный, и будто все вокруг него букашки…»
Цокая каблучками, в холле появилась Мирослава. Ее появление не осталось не замеченным Барховским. Но он отвлекся лишь на секунду, загадочно кивнув девушке, и снова вернулся к беседе с Маевской.
Жесткий уверенный в себе Барховский был во вкусе Березиной. И, часто появляясь в издательстве, он делал ей красноречивые комплименты, однако дальше этого не заходило. Он даже ни разу не написал ей в ватсап, а она выставила на аватарку очень соблазнительное фото. Но Мирослава не спешила раскидывать сети. Она выжидала подходящего момента и была уверена, что все впереди.
И все же на ее лице засияла победная улыбка и, не сводя глаз с мужчины, она царственно прошла к коллегам, встала рядом с Исаевой и, кокетливо поигрывая сережкой, непринужденно присоединилась к беседе.
– Чаек пьете?
– Что он сюда зачастил?– тихо проговорила Ульяна.
– Какие-то дела мутит с Бутом… Вечно такой… А-а-а,– раздраженно растопырив пальцы, прошептала Антонина и оглянулась на Барховского.– Смотрит волком, тон высокомерный, будто ты ему по гроб жизни обязана… Для какой-то своей девочки обложку заказывал в прошлом году… С Маринкой работать не стал, мне перекинули. Бесит, в общем.
– Что ты хочешь? Он успешный бизнесмен, жесткий, циничный, пресыщенный вниманием женщин,– с насмешкой заметила Марина.– Я на таких особей даже не реагирую…
– Поверь мне, они на тебя тоже,– усмехнулась Мирослава, снисходительно окидывая коллегу сверху вниз.
Фетова бросила колючий взгляд в сторону Березиной и уткнулась в свою чашку с чаем. И хоть в голосе Марины звучала ирония, но Ульяна заметила, какие завистливые взгляды она бросает на Маевскую и ревнивые – на мужчину.
– И все равно, когда на тебя хоть краем глаза, даже если и по-волчьи, смотрит такой мужчина, начинаешь сомневаться в собственной привлекательности. Альфа-самец, что уж тут скажешь,– мечтательно вздохнула Антонина.
– Тебе-то, замужней, только и мечтать о таком,– ухмыльнулась Мирослава.
«Похоже, не только Цапина, сходит с ума по этому самцу,– поразилась Ульяна, даже смешно стало.– Чем он их цепляет? Мордашка, фигура и кошелек? Великие заслуги, ничего не скажешь! Головой-то можно немного думать?»
Хотя Ульяна признавала, что чувство неловкости при нем и у нее возникало не раз. Но не потому, что хотелось ему понравиться, и комплексов по поводу своей внешности у нее тоже не было, – рядом с такой безупречностью хотелось выглядеть безукоризненно, а не в джинсах и свитере. Возможно, тогда ее воспринимали бы всерьез и не позволяли пренебрежительного тона.
«Но ничего, это было всего лишь неудачное стечение обстоятельств,– улыбнулась себе она, взглянула на часы и притопнула носком туфли.– Где же Валентина?»
– Ух ты, какое у тебя платье!– неожиданно заметила Маевская, оставившая Барховского говорить по телефону.
– Я, наконец, получила свои вещи!– радостно поделилась Ульяна.
– Красота! Выставь им неустойку!– мстительно прищурилась Рината, вскинув вверх наманикюренный ноготок.
– Ради бога, все целое и прямо в квартиру занесли. Больше нервов потрачу,– отмахнулась Исаева.
– Мне сказали, что ты сама отпечатала макеты? Умничка! Заказ отправила?
– Жду Валентину, чтобы курьера отправить,– признательно улыбнулась Ульяна.
– Не растягивайте перерыв, девочки,– подмигнула Рината и, прощально махнув рукой Барховскому, ушла.
– Пальто у тебя тоже классное!– заметила Антонина.– Утром заметила…
– Явно не брендовое, но смотрится,– снисходительно признала и Мирослава.– Где отовариваешься?
– Все просто, девочки: не люблю тратить время на походы по магазинам – покупаю в интернете,– тихо призналась Ульяна.
Кирилл завершил разговор и бросил быстрый взгляд в сторону женщин-сорок. Художница все это время стояла к нему вполоборота и единственная, кто не бросала в его сторону кокетливых взглядов и заигрывающих улыбок. И на ней не было бесформенных джинсов или свитера. Сегодня она была в длинном платье, облегающем бедра, и в классических лодочках. Волосы подняты в высокий густой хвост на макушке, и выглядела совсем иначе – элегантно.
«Ладно, у провинциалки есть вкус… Возможно, кто-то ее и трахает»,– усмехнулся он своей категоричности в прошлую встречу и тут же поймал на себе призывный взгляд Березиной.
Она немедля соблазнительно улыбнулась, отвернулась и неспешно уплыла вдаль по коридору.
Бесстрастным взглядом Кирилл окинул девушку со спины, и в который раз отметил, что желание переспать с ней возникает только, когда видит ее, в другое время даже не вспоминает о ней. Верный признак того, что эта девчонка – однодневка как для постели, так и в жизни.
Телефон снова завибрировал. Кирилл взглянул на экран, напряженно свел брови и вспомнил, зачем ему звонила госпожа Патрицкая.
– Степанида Карловна, чем обязан?– отворачиваясь к окну, с нарочитым обожанием негромко заговорил он.
– Друг мой, ты же не забыл о нашей премьере?– довольно ответила Патрицкая.
– Разумеется, я буду. Как я могу о таком забыть!– мысленно перебирая планы на воскресенье, натянуто улыбнулся Кирилл.
– Надеюсь, ты будешь один?– с надеждой спросила та.
– Когда такое было?– рассмеялся он.
Ульяна невольно оглянулась на густой звучный смех и удивилась, кому он принадлежал. Ей казалось, что Хомосапиенс не умеет даже улыбаться. И все-таки признала, какая обаятельная у него картавость.
Барховский неожиданно повернул голову и поймал ее взгляд. Но она ловко перевела глаза на Цапину, появившуюся в конце холла, и махнула ей рукой:
– Валя, а я тебя жду. Нужно срочно отправить курьера к клиенту,– мягко произнесла она и протянула конверт.
Кирилл закончил беседу и в отражение стекла проследил, как Цапина, виляя бедрами, проплыла к художнице. Исаева отдала конверт, а когда опустила руку, широкий ворот ее платья сполз, оголив плечо. Кирилл непроизвольно перевел взгляд на обнаженную кожу. Зубы свело от желания оставить на этой смуглой коже отпечаток, а потом провести по нему языком.
«Интересно, какая она на вкус?– мелькнувшая мысль удивила его самого. Он еще раз вскользь окинул фигуру Исаевой и признал, что у нее все же есть формы. А потом он открыл контакты в телефоне и с досадой прищурился:– Патрицкую надо держать на коротком поводке: старая кошелка – авторитетный пиар-агент в творческой тусовке и с нужными связями. Но брать туда пустоголовую куклу – себе дороже: Степанида сразу возьмет в оборот…»
На премьерах выставок госпожи Патрицкой зачастую собирались охотницы на холостяков. И Кирилл прекрасно понимал, что был лакомым куском. Но если пригласить Алину – его постоянную любовницу, придется раскошелиться на наряд, а к нему, конечно же, колье и серьги… А у него на все это нет ни времени, ни желания. К тому же иногда ему хотелось просто заткнуть ей рот, чтобы не выедала мозг пустой болтовней.
«Хотя, если вместо кляпа будет мой член…»– усмехнулся Кирилл, и в паху приятно заныло. Он оглянулся и отчего-то уставился на губы Исаевой, представив их на своем члене. Внизу живота мгновенно налилось тяжестью… Но от восхищенной улыбки Цапиной, не сводящей с него глаз, Кирилл посуровел и снова перевел взгляд на телефон.
Можно было взять девчонку – студентку, с которой он познакомился месяц назад: совсем молоденькая, наивная, выглядела достойно и помалкивала бы. Но буквально вчера та приревновала его и смертельно обиделась. Она все еще сексуально привлекала его, но публичный прием не место «вымаливать» прощение. Это он собирался сделать нестандартным подарком позже. К тому же, как только очередная любовница демонстрировала свои притязания на него и задумывалась о перспективах отношений, он тут же находил новую. Как было сложно найти ту, что не задавала бы лишних вопросов, давала бы все необходимое в постели и исчезала бы, когда того требуют обстоятельства или настроение. Потому что от назойливого женского внимания Кирилл давно устал, а секс был необходимым источником разрядки.
Он снова взглянул на женщин, решительно повернулся и пошел в их сторону.
– Все, курьер щас подъедет,– сообщила Валентина, отключая телефон.– Можем его здесь подождать…