Просто потому, что она не знала, что существуют люди, желающие ей зла.
Когда ты остаешься один на один с этим миром, постарайся не бросить ему вызов. Иначе он сомнёт тебя. Набросит тебе на голову черный полиэтиленовый пакет и отправит на помойку.
Я не могу поверить в то, что я стала тем, кем стала потом.
Я старалась не выдать себя. Не выдать ни страха, ни ненависти. Я старалась стать как все. Слиться с толпой в душном метро. Найти ВУЗ, куда берут детдомовских. Найти работу. Найти свое место в офисе. Стать как все. Чтобы мне перестали задавать вопросы.
Хорошо ли я училась?
Лучше всех.
Хорошо ли я одевалась?
Лучше всех.
Хорошо ли я пресмыкалась на собеседованиях?
Лучше всех.
Она спрашивает меня:
– Как вы относитесь к переработкам?
Я отвечаю:
– Если работа интересная, почему бы и нет. Надо много работать, чтобы сделать карьеру.
Она поднимает бровь вопросительно:
– Вообще-то мы не берём женщин.
Я отвечаю:
– Я буду очень стараться. И вы не пожалеете.
Представьте себе девочку, которая становится взрослой и до сих пор никого не обманывает.
Танцевала ли я на корпоративе с директором?
Чаще всех.
Обсуждала ли я статьи с хэдхантэра?
Каждый день.
Засыпала ли я от усталости стоя, держась за поручень в метро?
Каждую пятницу.
От собеседования к собеседованию. Всё больше обещаний. Все больше становясь одной из них.
Выдуманные резюме – это ваши поддельные паспорта, чтобы работать на той работе, на которой вы не можете работать. Вы можете выдумать ваши прошлые должности, вы можете выдумать, что работали в компаниях, в которых вы никогда не работали, вы можете выдумать себе карьеру. Конечно, только если у вас достаточно развилась фантазия, пока вы плавали в депривационной камере.
Представьте себе девушку в 21 год, которая не знает, что такое поцелуй.
Я обещаю им работать хорошо.
Представьте себе человека, у которого нет друзей и старых знакомых. И он не заводит новых.
Когда у тебя нет никого, кто знал бы тебя, ты можешь быть кем угодно.
Я была секретарем, бухгалтером, логистом, эйчаром, продавцом, помощником руководителя, бизнес-тренером, бренд-менеджером, аналитиком, маркетологом, андеррайтером, айтишницей, коллектором, оценщиком, тестировщиком, корпоративным психологом, пиарщиком, специалистом по работе с оффшорами, специалистом по работе с ключевыми клиентами, копирайтером, девелопером и даже личным диллером.
Чему я научилась? Проходить собеседования и составлять резюме. Это всё, что нужно, если у вас стройная фигура, смазливая мордашка и никакого чувства самоуважения.
Порой мне казалось, что я не перестаю гнуться в гимнастическом зале исполняя прогиб за прогибом.
Я наблюдала за тем, как приходят и уходят сотрудники. Как они забывают, откуда они. Забывают кто они. Как их имена сменяются должностями.
Я натужно смеялась, пытаясь выдавить хоть капельку удовольствия, сидя над очередным коктейлем в пятницу вечером в компании «сослуживцев», в компании «коллег», в компании «девчонок с работы». В компании толстокожих хорошо проинвестированных свиноматок.
Если хотите спрятать свои неудачи, идите туда, где собираются неудачники.
Покупала ли я новый мобильный телефон, как только он появлялся в Связном?
Раньше всех.
Говорила ли я на корпоративном сленге, чтобы поверить, что я настоящий корпоративный ниндзя?
Почти всегда.
Ненавидела ли я себя?
Больше всех.
Я пробираюсь через толпу. Пытаясь не быть слишком суетливой. Мне смешно смотреть на них.
Мне достаточно одного взгляда, чтобы сказать, сколько вокруг меня детей, женщин, стариков и младенцев. Я инстинктивно ощупываю боковым зрением эвакуационные люки московского метро. Я училась этому так долго.
Много поездов ушло с тех пор, как я покинула эти тесные «просторы».
С тех пор как я нашла, где мне жить. И кем мне быть.
Но сейчас, как и прежде, моя дорога к свободе пролегает через частокол студентов, через менеджеров и плохо одетых молодых женщин. Выброшенные приливной волной из своих аквариумов из стекла и бетона, они дрейфуют к окраинам, наслаждаясь редкой возможностью побыть наедине с собой.
Говорят, одежда отражает то, кем человек хочет быть. Эти люди в метро: они либо не знают, кем быть, либо мечтают стать никем.
Это не помешало бы мне сейчас.