– Чепуху? – удивленно произнес Джеф. – Тони, ты тоже считаешь, это чепуха?
– Да, – рассудительно ответил Тони. – Но чепуха забавная.
– Люди пять тысяч лет вверяли свои судьбы звездам. Цари Египта… – сказал Джеф. – Люси, – по-мальчишески озорным тоном перебил он себя, – вы когда родились?
– Много лет назад.
– Тони, когда у твоей мамы день рождения?
– Двадцать пятого августа.
Тони это увлекло, он умоляюще посмотрел на мать.
– Двадцать пятое августа, – повторил Джеф. – Знак Девы. Дева…
– Мама… – Тони бросил на мать вопросительный взгляд.
– Я тебе потом объясню.
– В долине Евфрата, – быстро, по-лекторски бесстрастно заговорил Джеф, – Дева отождествлялась с Венерой, печальной и прекрасной покровительницей влюбленных. Ваша планета – яркий Меркурий, постоянно обращенный к Солнцу одной стороной, на ней всегда жара, зато на другой – вечная стужа. Люди, родившиеся под знаком Девы, застенчивы, они боятся собственного блеска.
– Послушай, – сказала Люси, чувствуя, что он заходит слишком далеко, – где ты набрался этой чуши?
– Из «Книги звезд» мадам Вечи, – усмехаясь, пояснил Джеф. – Продается за тридцать пять центов в любой книжной лавке или аптеке. Родившиеся под знаком Девы стремятся к чистоте и порядку, они предрасположены к язве желудка. В любви они страстны и высоко ценят верность.
– А как насчет тебя? – почти враждебно, с вызовом перебила его Люси, забыв о Тони. – Что говорит твой гороскоп?
– О… – Джеф опустил трубу и покачал головой. – Это чересчур грустно. Мои звезды не помогают мне. – Он печально указал рукой на небо. – Они подмигивают мне оттуда и твердят: «Никаких шансов. Ну никаких». Я хочу вести за собой, а они настаивают – иди следом. Хочу действовать решительно, а они предостерегают об опасности. Хочу многого добиться, а они утешают: возможно, в другой жизни. Я мечтаю о любви – они предрекают несчастье. Я родился под чужим знаком.
На гравийной дорожке, ведущей к крыльцу, послышались шаги, и мгновение спустя Люси увидела девочку в голубых джинсах и свободном свитере. В первый момент Люси не узнала ее, но потом поняла, что это дочь миссис Никерсон, с которой она познакомилась днем в гостинице. Тони замер и уставился на нее.
– Привет, – поздоровалась девочка, поднимаясь на крыльцо.
У нее была рано сформировавшаяся фигура, голубые джинсы туго обтягивали крепкие бедра. Люси с раздражением отметила, что несколько прядей у нее на голове высветлены.
– Привет, – повторила девочка; она встала, широко расставив ноги и засунув руки в карманы джинсов. Без тени смущения на лице, с самообладанием укротительницы диких зверей гостья обвела взглядом веранду. – Меня зовут Сьюзен Никерсон, – представилась она; закрыв глаза, можно было с уверенностью сказать, что этот голос принадлежит взрослой, к тому же довольно неприятной женщине. – Нас познакомили сегодня днем.
– Конечно, Сьюзен, – сказала Люси. – Это мой сын Тони.
– Очень рада, – сухо произнесла Сьюзен. – Я много о тебе слышала.
Джеф скорчил гримасу.
– Миссис Краун, мама послала меня узнать, – сказала Сьюзен, – не хотите ли вы сыграть сегодня в бридж, нам нужен четвертый.
Джеф украдкой посмотрел на Люси, затем наклонился и поднял стул, который лежал на веранде.
Люси задумалась. Она представила себе гостиничную веранду с томящимися на ней сезонными вдовами.
– В другой раз, Сьюзен, – сказала она. – Поблагодари маму за приглашение. Сегодня я устала и хочу пораньше лечь спать.
– Хорошо, – равнодушно произнесла Сьюзен.
– Бридж, – заметил Джеф, – отбросил эту страну назад еще дальше, чем «сухой закон».
Сьюзен холодно, изучающе посмотрела на Баннера. Ее бесстрастные блестящие голубые глаза напоминали никелевые монетки.
– Я о тебе кое-что знаю, – сообщила она.
Сьюзен обладала даром произносить самые безобидные слова как обвинение. Люси, отметив это свойство, подумала, что оно пригодится, если девочка когда-нибудь поступит на службу в полицию.
Джеф засмеялся.
– Наверное, будет лучше, если это останется при тебе, Сьюзен, – заметил он.
– Ты учишься в Дартмуте, – сказала она. – Моя мама находит, что ты красив.
Джеф серьезно кивнул головой, соглашаясь с мамой девочки.
– А ты сама как считаешь? – спросил он.
– Ты ничего.
Она неопределенно повела округлыми плечами, скрытыми под свободным свитером.
– В кино, однако, тебя сниматься не пригласят.
– Этого я и сам боюсь, – сказал Джеф. – Ты здесь надолго?
– Надеюсь, нет, – ответила девочка. – В Неваде мне больше нравится.
– Почему? – спросил Джеф.
– Там всегда что-то происходит, – сказала Сьюзен. – Здесь скучно. Не та возрастная группа. Даже фильмы тут крутят только по выходным. Что вы делаете вечерами?
– Мы изучаем звезды, – сказал Тони, не спуская с нее очарованного взгляда.
– Хм, – произнесла Сьюзен.
Ответ Тони не произвел на нее впечатления.
Ей не больше четырнадцати, с удивлением и неприязнью подумала Люси, но держится она так, словно привлечь ее интерес больше чем на пять минут могут только крайние формы порока.
Тони подошел к Сьюзен и протянул ей телескоп:
– Хочешь посмотреть?
Сьюзен снова пожала плечами: