– Ну вот, вот. Об этом я и говорил, тонкие полые клыки, ты вампир или демон. В книге сказано, что данный вид зубов не совсем материален, они рассчитаны на питание энергией и кровью потенциальной кормушки – я часто заморгал, Тэм был абсолютно спокоен и серьёзен. Выходит все это время он книжку читал и сравнивал, я скуксился – Ты укусил меня, когда я тебя пытался успокоить. У меня закружилась голова и начало подташнивать, со мной было похожее, когда присосалась Пиварка. Прошлым летом, я навещал свою семью у них болотистая местность. Дядя говорил, что они питаются живой энергией, что генерирует тела в течение дня. Вот и вспомнилось, я книгу купил для лучшего понимания процесса питания кровососущих паразитов.
Полистав том о кожных паразитах лежа в объятья брата, я завороженно слушал, так, будто прежде мне не доводилось наслаждаться неспешным тембром его голоса. Он зачитывал отрывки, рисуя руками в воздухе, только ему понятные схемы, а потом провел кончиками пальцев вдоль моей скулы, закинув прядь волос на спину.
– Ты такая хрупкая девочка, прям совсем малышка. Кожа мягкая, волосы пахнут лесом и дикими травами – Тэм тяжко вздохнул, закрыв глаза, он опустил голову, оперившись лбом о покрывало, рядом с моим лицом – Так почему ты молчишь я, сомневаясь, что дело в немоте, нет ведь?
Громко сглотнув, я поднял на него глаза, предполагал, что нужно придумать ответ заранее, как мне объяснить еще кому, что она не говорит на нашем языке. Хотя, точно понимаю диалект, как своего, так и чужого. Спустя некоторое количество времени, в мою щеку уткнулся нос, братец привлекал внимание, как смог придумать. Я повернулся к нему и слабо выдавил улыбку, мысль, что он единственный кому могу довериться, пугала.
– Знаю, бестия она ещё та, но Эрыгор вольный, я хочу посмотреть на реакцию верховной жрицы – широкая улыбка, растянулась от уха до уха, на лице метиса – Ну что ты опять глаза закатил, кровопийца…
***
Вечно зелёный храм Любви и Жизни возвышался среди гор, массивными каскадами платформ с резными рисунками на полу и стенах, белый мрамор ярко контрастировал на фоне пышной растительности. Аккуратно высаженными цветущими фруктовыми деревьями, меж разных цветов, в скалы ныряли ходы лестниц и коридоров. Главный алтарь служителей бога Земли, кипел в полуденный час бурным потоком жизни. Стайки жрецов спешили, после службы заняться своими делами, главы подкаст раздавали указания, попутно переговариваясь с послами магического ковена. Мало кому было дело, садовник среднего звена нёс в руках сверток, постепенно поднимаясь к центральной части храма, юрко прячась от старших жрецов в нишах коридоров.
Величавый поток Стикса, водопадом спадал с вершины горы, в которой обосновалась опочивальня Элементали и верховной жрицы. Хранитель и страж всегда были возле чаши божественной литургии, их заботам приписывались потоки энергии, направлять и оберегать источник. Жрица же обеспечивала, частицу духа бога или так называемую Элементаль покоем, размерностью и уютом. Счастлива стихия, счастлив храм.
Полуденное солнце, согревала каменный пол, витиеватые колонны, усеянные мелкими цветами, на самом краю платформы открывали потрясающий вид на долины, каньоны и далёкие заснеженные горы Зелёного плато.
– Славный час моя дорогая – зашуршав тёплыми волнами света нараспев, сказала Элементаль Галия.
– Тебе видней святая – в такт замурлыкала Дриад'мея. Высокая стройная девушка отпустила колону, произрастающие из ее зеленоватой кожи побеги лиан усеянные мелкими листочками, струились, переходя в пышную шевелюру изумрудных волос на голове.
– Ты тревожна с прошлой ночи, видела, что то темное во снах?!– откинулась в кресле Галия. Близкая подруга молча, подошла к спинке – Стикс последнее время спокоен, не показывал дурных изменений мироздания, твои страхи призрачны, выдуманы лихорадкой опьяненного сознания.
– Воля твоя их развеять святой дух – девушка обошла кресло и встала на колени перед собеседницей – Из века в век, мы есть друг у друга, но знамения только сейчас так явны. И страх…
– Станется с нами – рукой Элементаль погладила макушку, Дриад'меи. Запустив пальцы меж листьев, Галия начала разделять их – Лучше сядь ровно, косу заплету, ты так ещё молода. Не грешно тебе партнёра выбрать, достойных много.
Жрица развернувшись, засмеялась и расслабилась, выпрямив ноги. Плеск воды смешался с ее колокольчиком смеха, стайки птиц прилетели с шальным ветерком, заголосили песнь. Так они и сидели думая каждая о своем, Элементаль плела косу из волос и лиан, разворачивая бутоны цветов спрятанных в листьях наружу. Ее успокаивало, когда близкая подруга была счастлива, если кого она любила всем сердцем, так только ее, Диая Рика’шь Мор.
Тэм поднялся в центральную часть храма, боком прокравшись мило хранителя, пока он увлеченно водил рукой по кристаллу. У его ног дремал страж в облике крупного, плотоядного цветка, он проходил в данное время процесс обнуления сознания. Данная процедура помогала ему не привыкать к смертным и быть в вечной гармонии с мирозданием. Вдоль стены лёгкой перебежкой нырнув за водопад, продолжал двигаться парень. Под падающей водой находился скрытый проход с круглой дверью, рисунок на камне изображал великое мудрое дерево, раскинувшееся ветви в разные стороны осыпали спелые плоды. Из свёртка вынырнула белесая кисть, коготком большого пальца оцарапала ладонь, быстро прильнула к стволу каменной картины. Листва зашелестела, поверхность впитала жидкость и механизм урча, открыл проход, темный овал быстро скрыл посетителей Элементали, оставляя не замеченными.
Сияющий ковёр живой изгороди, перекрывающий выход из коридора, сверкал тысячами ярких звёзд. Чем ближе Тэм подходил, к свету тем громче отражался от стен звучащий капельный шум, река с этой стороны была гладкой. Казалось, что она не движется, птицы заливались свиристелю, ветер растягивал звуки. Растения расступаясь, открыли столько удивительных красот дали, ведь только отсюда можно было увидеть плавные изгибы реки, уходящие вдаль, жрец ни разу не бывал в этой части храма. Он просто застыл, открыв рот, поражаясь красоте пейзажа.
– Ааамммаааууу – я скинул ткань с головы, любопытно же что там так его повергло в шок, простака. Тяжело вздохнув, снова закатил глаза. Мне началось казаться, что после столь долгого общения с этим Ришуршиком, у меня появилась дурная привычка.
– Ай! – локоть, ударивший с солнечное сплетение, вернул Тэма к реальности. Пальцем я указал в левую сторону, так же вдоль стены. Парень окончательно отошёл от наваждения двинулся по траектории намеченной мной.
Пройдя несколько метров, нам открылось мягкое обтянутое мхом кресло с высокой спинкой и подлокотниками. Стоя с боку, было хорошо видно как верховная жрица, щурясь солнцу, мурлычет в ногах у Элементали.
– Добро пожаловать дети, в сердце Зеленого плато – пропела Галия, повернув голову в нашу сторону. Жрица встрепенулась, будто ее окатили водицей из Стикса.
– Аэрй'теэм Халодей'з с какой стати садовник, приволок в храм, блохастую подопечную темного бога Прохвоста! – шипением встретила нас моя славная, милая матушка.
Парень напрягся всем телом, шумно сглотнул, опустил глаза на меня. Тут и мысли читать не надо, что б понять он уже пожалел, со мной связался. Добрый смех Элементали, отвлёк всех, она протирала глаза, сидя в кресле, набежавшие слезы самоцветами выскользнули на пол.
– Ах, моя дорогая, твой сын просто чудо. Я каждый раз так рада его приходу.
Все встало на свои места, мои молитвы услышала Галия. Пока я ползал в лесу напуганный и замерший. Именно она послала мне в помощь метиса. Иначе как бы он оказался рядом со мной, понимал сразу, что это я, в теле маленькой девчонки Лисы. Понимающей родной язык, но способной отвечать только на межпринятом.
– Ты молил меня сын гор, избавить от тягостной доли сбора и посева урожаев – качнула святой дух головой Тэму – А тебе мой славный крестник, вот верный друг, сильный защитник и самое главное возможность быть свободным. Я исполнила ваши желания дети.
Верховная жрица быстро взяла себя в руки, подошла ко мне и вцепилась двумя пальцами в подбородок. Заглянув в глаза, она ахнула, не узнать фиолетовые глаза с рисунком магической арканы, не возможно. Я был единственным существом, на всей планете рожденным с данным артефактом, называемым Глаза Бога.
– Убью! – зарычала матушка, а я понял, что шутки тут нет. Ловко вывернулся в руках Тэма, стремительно перемахнул несколько метров и вжался в ноги Элементали, ища защиты.
– Что же, дай взгляну на тебя малыш – взяла она меня за ухо, теребя его – Какое мягкое, а личико детское. Три хвоста умения, уже узнал их суть? – Галия была далеко не молода, присмотревшись к ней сейчас с обостренными звериными причудами. Я видел морщины в уголках глаз и губ, мягкий свет вокруг нее был достаточно блеклым. Это добрая женщина видела ещё выкрутасы моей маленькой матушки, много веков тому назад. Галия давно не вставала со своего кресла, я думал, не хотела, но теперь точно видел, она не могла. Ее тело уже достаточно пережило, но Элементаль может сменить только ей подобное существо. А таких детей на всей планете не рождалась более 2000 лет.
– Святые угодники! – процедила верховная жрица, с той же стороны послышался беспомощный скрежет зубов жреца.
– Святой дух божий из плоти и крови, вы обрекаете меня на верную смерть в муках – взвыл садовник, скрежет зубов повторился, но в этот раз от матушки.
– Чему быть, того не миновать, на моей памяти не было ещё не одного Фъей'йера, который бы не умер по воле вечного зова леса – спокойно ответила Элементаль.
– Но в чьем он теле, святая – зло спросила Дриад'мея.
– В своем собственном – ничуть не смутилась Галия, я потерся об ее ладонь лицом – Сутки назад началось слияние двух сущностей в одном теле, ты спас мальчик мой, замучившуюся девушку и она в благодарность даровала тебе то, чего не было с твоего рождения. Душу и новую жизнь, теперь ты свободен и волен делать все что пожелаешь, не взирая на волю власть имущих. Каждый получил желаемое, Аэрй'теэм ты молил меня дать смысл и возможность ощутить вкус жизни, найти своей место и судьбу – женщина говорила ласково с каждым, позволяя мне наслаждаться теплом прикосновения, что прежде было неведомо – Теперь крестник ты нейтральный демон, равно-способный как к добру, так и злу. С сего дня только ты решаешь, в каком храме тебе служить, Великого Хитреца или Вечно Зеленого Леса, куда поведет тебя дорога и, что совершишь, теперь зависит от тебя. Нет не правильного выбора, когда идешь к звездам.
Слушая каждое слово, Элементали, я все больше понимал, что поступил, как и полагает жрецу храма жизни, спас сокровенное душу и получил самую дерзкую мечту. Гнев матушки, поутихнет сам собой, а вот навязанный друг и защитник это, что то новенькое. Беспомощно открывая и закрывая рот, я как рыба начал издавать булькающие звуки.
– Не терпеливый малыш – улыбнулась святая, ее руки легли мне на голову. Тёплые лучики, срывающиеся с пальцев, волнами накатывали на мой разум. В один момент я просто захотел нестерпимо спать.
– Аэрй'теэм в твой разум тоже случилось вмешательство, вышей силы?! – резко развернувшись, спросила, верховная жрица, уперев руки в бока.
– Да госпожа. Я проснулся посреди ночи, точно знающий, куда мне нужно идти и что сделать. Покинув храм, я направился в дальние леса, за северными хребтами там следи кустов по поляне, метался Меб. Я его встречал прежде на храмовых службах, неся дары народу. Он поет песнопения и танцует во славу жизни, несколько раз общался, а в детстве иногда играли вместе с другими детьми храма – смущённо ответил Берсеркер, не слишком посвящая матушку в наши былые проделки.
– Ясно, ступай. Займись делами сада, позже узнаешь свою участь – махнув рукой в сторону живой изгороди, она открыла проход. Жрец, поклонился ей и Элементали, бросил на бесчувственное тело печальный взгляд и ушел прочь.
– Не смотри на меня так, зло. Дорогая ты никогда не любила своих детей, а ведь все они совершают немыслимые подвиги, ради тебя – колким замечанием, святой дух задела сердце жрицы – Из всех малышей мне нравятся больше старшенький и этот средний, они не думают стереотипно. Всегда смотря на все иначе, идут своей дорогой в разрез твоим интересам.
– И попадают в вечные переделки, принося гнев богов! – закричала Рики, хватаясь за голову. Она начала ходить из стороны в сторону – Что теперь будет, как вернуть его в нормальное состояние, не оставлять же его рыжей потаскухой.
– Пламя сожжёт рыжие пряди, волосы станут, как и прежде сине-голубыми, крылья возможно восстановить, миниатюризация канет в прошлое, но нужно ли это теперь ему. А что касается пола, привыкнет к Зверю, новой ипостаси, да и станет обратно мальчиком. Займется изучением своих новых способностей и выберет новый путь к звездам. Двухполость не грех, я бы сказала дар, как и благословление Хитреца, Мгновенная удача – все так же спокойно отвечала Элементаль, гладя спящую лисичку – Самый трудный выбор и бой еще впереди и нам на руку будет, если Пурчащий Зверь предпочтёт вести жизнь посвященную накоплению знаний, служению свету.
– Так вот в чем дело, тебе величавая река поведала, то та ты так спокойна?! И что дальше в планах, как управлять этим… Как ты его назвала? – успокаиваясь, спросила жрица.
– Я неуверенна дорогая, но мне кажется, он похож на Зверя из легенд прошлого. Во времена Старого Мира они были между богами и смертными, владели множеством способностей и решали судьбы миров, неся равенство и жизнь на своих хвостах – Галия неспешно перебирала пряди волос, с интересом рассматривая уши – О них не осталось информации, так как в войне богов сгубили всех, кроме нее, она спаслась, чтоб даровать нам будущее.
***
Игривые солнечные зайчики, прыгали по всему полу, отражаясь от струй величавого Стикса, мне это только сильней действовало на нервы. Все усилия сосредоточиться и попытаться вообще понять, чем я теперь одарен, кончались только непроизвольным рычанием. Для ускорения данных процедур, моя матушка скрепя зубами обратилась за помощью к могущественному дракону Неба. Кой так и не явился в назначенный час, итогом я практиковал новую магию в полном одиночестве. Даже названный друг убрался из храма, ссылаясь, что новая работа требует дальнейшего устройства. Так как с него сняли заботы урожая, то стоило узнать, что потребуется на вакансию наёмного жреца, в гильдии.
Меня все мучал вопрос, на что я теперь похож, по прошествии двух недель, девичье тело изменилось, кардинально заменяя привычную магию на способности. Каждое утро я час тратил, чтоб управиться с пышной гривой, синих волос, кончики которых стали серебристыми. Пламя больше не горело в них, только иногда приходилось волной от корней по всей длине. Рост застыл на отметке 1,50, стать меньше или больше не получалось. Миниатюризация исчезла без следа, а что, доходя до моих милых крылышек, они ссохлись и кривыми отростками покоились на лопатках. Но страшней всего стали походы пешком, ненавистные боли в икрах, подвернутые лодыжки, мозоли на пятках. Старший целитель храма Любви и Жизни, лишь развел руками, мол, такова цена слияния.
Так же меня предупредили, что воспоминания этой девушки со временем переплетутся, и я буду знать, то, что и она в свое время. А пока, остаётся учиться контролю и готовиться физически, мое душевное состояние стало скверным, я не видел снов или видений. Только гнетущее ожидание, но иногда мне казалось, что я слышал шёпот, совсем над ухом. Хвосты, облизывали все мое новое тело, своевольно перемещаясь по пространству. По мнению Элементали у них свое сознание и пока я не смогу их подчинить, они так и будут лезть мне в лицо, между ног и всячески виться вдоль спины.
Шальной ветерок, забравшись на мраморный пол, старательно поднимал с него лепестки цветов, осыпающихся с фруктовых деревьев. Ранее цветение этого сорта яблок, было причиной особенности этих плодов, их мякоть напитывалась энергией величавого Стикса впоследствии они уходили по приличным ценам. Одно яблочко могло пополнить резерв на треть. Это было единственные растения, растущие поблизости Мертовой реки, неуёмно кружась в своем танце, один из лепестков упал на мой нос.
– Ааапчхи – эхом отозвались колонны, шмыгнув носом, все так же, не открывая глаз. Я провел ладонью по нему, почесав самый кончик. Терпение сходило на, нет, усталость, и затекшая спина достаточно накопились, время перевалило за обед. Живот предательски заурчал, голод, холод и слабость стали моими самыми ненавистными ощущениями. Физиологические потребности у новой плоти, были велики, походы до пригожих мест, как кусты вообще сильно выводили из себя. Прежде столько трудностей, были не ведомы, и теперь жизнь живых плавно переставала казаться такой увлекательной и интересной.