Уже знакомый таксист повернулся к ней, смерил девушку взглядом и вздохнул.
– Что, снова решила прокатиться?
– Да нужно тут ещё по делам съездить. – Туманно ответила Василя.
– А я вот чего-то не сообразил сразу. – Улыбнулся мужчина. – Твой телефончик у меня есть. Заказ-то ты сама делала.
– Ну и что? – Пожала плечами девушка. – Есть и есть. Что вам это даёт? Все равно я с вами встречаться не буду. А будете надоедать, просто кину в черный список.
– Ну дело твое. – Небрежно бросил таксист, выруливая со двора. – Тебе бы понравилось.
– Что, у вас такой большой? – Подпустила заинтересованности в голос Василя.
– Другие не жаловались. – Самодовольно хмыкнул мужчина.
– Ну я рада за них.
Потеряв интересе к разговору, Василя отвернулась и больше не обращая внимания на таксиста, отвернулась к окну, рассеянно разглядывая улицы, которыми они проезжали. Мужчина все что-то говорил, но девушка даже не старалась делать вид, что слушает.
Она смотрела на красивые, нарядные, похорошевшие после зимы улицы, деревья, полностью развернувшие свои листья – яблони были особенно хороши в белом цвете распустившихся цветков. Руслану очень нравилось, как цветет яблоня. И ещё он обожал сирень.
Когда они гуляли теплыми весенними вечерами, Руслан всегда, когда им на пути попадалось дерево сирени, останавливался и нюхал соцветия. Василя всегда в шутку называла его девчонкой, за любовь к цветам. Когда они стали жить вместе, Руслан установил правило – раз в неделю он покупал букет. При этом он не отдавал предпочтение каким-то одним сортам. Нет, это все время были разные и Василе очень нравилось, что у них в комнате, в вазе, всегда стояли цветы.
Теперь этого не будет, вздохнула девушка. И тут она заметила, что водитель обиженно замолчал, как видимо наконец-то обратив внимание, что его не слушают. И даже более того – просто игнорируют.
– Приехали. – Мрачно выдавил таксист из себя, останавливая машину.
– Вот. – Василя подала деньги. – Спасибо. – И полезла наружу.
Она поднялась по лестнице, успев как раз вовремя – из подъезда выходила женщина с собакой на поводке и Василя успела придержать закрывающуюся дверь. Это мне повезло, весело улыбнулась девушка, есть сильное подозрение, что если бы она позвонила в домофон, то ей просто бы не открыли.
Не испытывая себя, Василя вызвала лифт и поднялась на шестой этаж. Здесь она была всего два раза, но хорошо помнила, куда нужно идти. Как шутил Руслан, в отличие от большинства женщин, топографическим кретинизмом его любимая девушка не страдала. На что тут же получил смутивший его вопрос – а как много было у него таких глупеньких подружек? Да и сама Василя знала, что если где-то побывает хотя бы один раз, то даже спустя долгое время всегда сможет снова отыскать это место.
Девушка подошла к знакомой двери, глубоко вздохнула и нажала кнопку звонка. Ей было слышно, как внутри, едва слышно, звонок проиграл свою мелодию.
– Кто там? – Раздался из-за двери девчоночий голос.
– Это я. Открывай. – Негромко ответила Василя.
Звонко щелкнул замок и дверь отворилась. На пороге встала невысокого роста девочка, с короткой, под мальчика, стрижкой, которая, впрочем, очень ей шла. Улыбка, заигравшая было на её лице, тут же сошла на нет, едва она увидела стоявшую Василю.
– А-а-а, – разочарованно скривилась девочка, – это ты.. Чё надо?
– Поговорить. – Спокойно ответила Василя. – С тобой. И с твоей мамой.
– Да пошла ты. – Выплюнула девочка и попыталась закрыть дверь.
Василя одной рукой рванула на себя дверь, прихватив за ручку, а правая метнулась вперед и вцепилась девочке в волосы.
– Слушай ты, мразь малолетняя, – холодно прошипела она, вздернув голову девочки вверх и глядя прямо в её испуганные глаза. – Ты так со своими подружками будешь разговаривать. А мне если ещё что-нибудь в таком духе ляпнешь, я тебе язык вырву. Поняла? – Спросила она и не дождавшись ответа, сильнее дернула за волосы. – Я тебя спрашиваю, курица тупая, ты меня услышала?
– Да.. – Едва слышно прошептала девочка. – Я тебя услышала. Отпусти волосы – мне больно.
– Вот и хорошо, что больно. Крепче помнить будешь. – Василя разжала руку и отпустила девчонку, испытывая стойкое желание вытереть ладонь о юбку, словно в чем-то её замарала. – Мать дома? – Она сделала шаг вперед и словно нависла над девочкой. – Я тебя спрашиваю – мать дома?
– Да. Дома. Она там. В комнате. – Отступила девочка.
– Вот и хорошо. Иди и позови её. Быстро!
Девочка отступила ещё назад, повернулась и бросилась в глубь квартиры. Довольно хмыкнув, Василя закрыла дверь, и как была, не разуваясь, пошла следом.
Она прошла по коридору, повернула направо и вошла в комнату. По тому, как была обставлена комната, сразу было видно, что здесь живет девочка.
Звали девочку её Асель. Это была младшая сестра Руслана. И как все младшие, она была сильно избалована как родителями, так и старшим братом, очень её любившем.
Как рассказывал Руслан, имя для сестренки выбирал он, ещё когда она не родилась и если смотреть с одной стороны, оно очень ей подходило. Правда только из-за цвета глаз. У Асели они были черные и брат так и звал сестру – «черноокая». А вот другие значения – «мед», «сладкая» или «нежная» уже не совсем подошли. Вредная она была до невозможности и капризная. Хотя в случае с Василей, скорее всего, имела место самая обычная, классическая ревность.
Асель очень любила брата и считала его своей полной и законченной собственностью, тем более что раньше Руслан регулярно снабжал её карманными деньгами, почти никогда и ни в чем не отказывал и потакал всем капризам любимой сестрёнки. А когда у него появилась Василя, а тем более, они стали жить вместе, то соответственно денежный поток постепенно зачах, превратившись в ручеек. А вскоре и вовсе грозил иссякнуть.
Поэтому Асель её ненавидела. Да-да, именно так, никак иначе и очень старалась их поссорить, придумывая и рассказывая брату всяческие гадости. Из последнего было то, что девочка якобы видела, как Василя гуляла в двумя парнями в парке и позволяла себя обнимать везде и целовалась с ними. И она сама это видела.
Василя даже не стала опровергать эту чушь, сказав Руслану что бы он сам решал, правда это или нет и лишь уточнила в каком месте и в какое время это было, и что так поздно там делала его сестра-школьница, учащаяся девятого класса.
Дверь за спиной Васили распахнулась и в комнату вошла Сания-апа[15 - Апа (татар.) – старшая сестра, тётка (уважительное обращение к женщине старшего возраста, чаще в сочет. с собственным именем)], мать Руслана. В который раз глядя на женщину, девушка удивленно подумала – как у такой матери, мог родится и вырасти такой сын, как Руслан.
Наверное, он пошел в отца, хотя о нем Руслан говорил всегда скупо и неохотно. По его словам, это был очень умный человек, высокого роста, красивый, очень доброжелательный и словоохотливый. Он погиб, когда Руслану было шестнадцать лет. Вертолет, на котором они летели в деловую поездку, упал вскоре после взлета. Погибли все, кто был на борту.
Мать Руслана в молодости была очень красивой женщиной и с возрастом она не утратила своей привлекательности – правильные черты лица, невысокого роста, но располневшая с возрастом и по крайней мере дочь точно пошла в неё. Единственное, что её портило это заостренный подбородок и тонкие же губы, время от времени зло и презрительно кривившиеся, выдавая настроение хозяйки.
За время своего вдовства женщина сильно изменилась. Раньше она была совсем другой, как рассказал однажды Руслан – добрее и ласковей. А может женщина просто перестала себя сдерживать, и все то, что было внутри, настоящее нутро, вышло наружу, на первый план.
Отец Руслана очень хорошо зарабатывал, имел свой бизнес и обеспечивал семью, так что мама никогда не работала. Да и сейчас не стремилась к этому, благо семья была состоятельной. И она искренне считала Василю охотницей за деньгами, совершенно не принимая во внимания то, что её родители тоже люди далеко не бедные, а у неё имеется своя квартира и машина, и это к ней Руслан переехал жить, а не она к нему. А вообще Василя считала, что женщина типичная клуша. Родом она была из хоть и из большой, но всё-таки деревни, и так и осталась настоящей деревенской бабой, не принимавшей ничего нового. Как говорится – можно вывезти бабу из деревни, но невозможно вывезти деревню из бабы. Просто в своеё время ей повезло с отцом Руслана. Вот и все.
– Здравствуйте, Сания-апа, – ласково пропела Василя, улыбаясь навстречу женщине, от чего та кажется ещё сильнее стиснула тонкие губы, и так превратившиеся в едва заметную ниточку. Кажется все-таки не совсем она такая бесчувственная и холодная, какой всегда казалась. И переживает гибель сына. Женщина похудела, так что темное платье свободно висело на её плечах, а черный платок на голове, завязанный на затылке, подчеркивал заострившиеся черты лица.
– Ты почему ходишь в обуви по моей квартире? – Не отвечая на приветствие, негромко бросила она.
– Ну так вы тоже не разувались, когда были у меня дома. Наследили по всем комнатам – теперь придется генеральную уборку после вас делать. – Ответила усмехнувшись девушка. – Ключи у Русла .. – Тут её голос дрогнул, но она справилась с собой. – Ключи у Руслана в вещах взяли? Хотя зачем я спрашиваю – конечно там, больше то негде. Верните мне ключи, пожалуйста.
– Убирайся. – Подняв руку, указала Сания-апа на дверь. – Вон из моего дома, а то я вызову полицию.
– Конечно вызывайте. – Согласно кивнула Василя. – Как раз полиции и будете объяснять, что у вас делает мой ноутбук и телефон. – Она кивнула на стол девочки, где стоял ноутбук, а рядом с ним лежал телефон. – Я насколько помню их вам не давала. О, а вот ещё и мой плеер лежит на полке.
– Это вещи Руслана. – Негромко пискнула девочка, вставая рядом с мамой. – Мы можем их забрать.
– Ты бы помалкивала, когда взрослые разговаривают. – Одернула девочку Василя. – Да, они были его, а подарены мной. А покупала их я, на свои, честно заработанные деньги. – Услышав это, девочка презрительно фыркнула и Василя, обращаясь к ней добавила. – Ещё раз ротик свой откроешь, когда взрослые разговаривают, схлопочешь по морде. Дыши через раз, и то одной ноздрей. А то рука у меня, как ты знаешь, тяжелая.
Побледневшая Асель отступила на шаг и спряталась за матерью. Как-то раз, на улице, увидев гуляющих Василю и Руслана, девочка, проходя мимо, выставила локоть и попыталась толкнуть её, но у нее ничего не получилось.