– Прости, что? – не поняла я и отвоевала свою, между прочим, часть тела.
Лео только сейчас посмотрел мне в глаза и окончательно добил:
– Ты дразнила меня.
От поразительной наглости я даже охнула. Но он только ближе подошел и с победной улыбкой добавил:
– Ты точно дразнила меня тогда в душе. Я буду мстить.
И после всего сказанного он вышел на берег, оставляя меня сгорать от стыда, смущения, негодования, шока и вообще…
– Рыба ждет!
Нет, ну… Это… Это даже не песец уже.
– Змея! – выкрикнула я, как только повернулась.
– Ну да, – недоверчиво протянул Лео и сел на тот самый пенек с доской и рыбой. – Увиливать бесполезно. Иди и смотри. Показываю только раз.
Он меня не слушал!
– Змея же, – прошептала я, боясь растормошить эту самую змею. Она, видимо, на запах явилась. Притаилась за пеньком и начала ползти по нему, подбираясь прямо к ноге Лео.
– Диана, – предупреждающе произнес он. А после резким движением вырвал нож из доски, чем и напугал ползущую тварь.
– Лео! – вскрикнула я в ужасе, а потом и вовсе завизжала, когда он наконец понял, что я не шутила, и отскочил от пенька. Да поздно было. Змея точно его укусила, а потом, испугавшись страшной мести, скрылась за деревьями. Лео не то что о рыбе забыл, он, кажется, собственное имя не помнил. Я бы после такого точно не помнила.
– Лео! – осторожно позвала я и начала медленно выходить из воды. Ползущей твари нигде не наблюдалось, а вот пострадавший начал шипеть и сереть на глазах. А еще материться. Много-много и не по-нашему.
– Погоди, – шепнула я и трясущимися руками поймала его огромную холодную ладонь. – Присядь. Ты как?
Еще пару дней на острове, и я в доскональности выучу «чернушную» португальскую речь.
– Это ядовитая тварь, – процедил он и вытянул ногу. Действительно, на правом бедре, выше колена, под самым кантом шорт, были две глубокие ранки. Кожа мгновенно покраснела, припухла, и вообще мужчина выглядел, откровенно говоря, неважно. Вот тут, прямо на этом месте и закончился мой «олл инклюзив». Вместо него началось шоу «Последний герой».
Кстати, я смотрела когда-то. Не «героя», а просто программу выживания в экстремальных условиях. Когда в Аргентину собиралась. И очень вовремя сейчас вспомнился один эпизод. Потому, выдохнув и облизнув пересохшие губы, я медленно села на песок перед Лео и со всей серьезностью посмотрела ему в глаза.
– Надо отсосать, – заявила я.
Правда, очень надо. А то погибнет ведь. Лео, которому все плохело и плохело, вдруг резко изменился в лице, весь напрягся и приподнял одну свою густую бровь.
Я его смятение и ужас прекрасно понимала. Мне самой все это страшно не нравилось, но о себе в такой ситуации вообще неприлично думать.
– Ты, главное, держись, – попросила я и прикусила губу, прицеливаясь.
– Ди?
Он явно собирался сказать что-то еще, но я решила, что медлить здесь вообще нельзя. И в принципе мужик Лео сильный, выдержит. А я… Я реально герой! Молодец я, чего уж! Да я потом своим детям рассказывать буду, как человека от смертельного яда спасла. А мне еще дети Лео спасибо скажут!
Обо всем этом я думала, пока делала то, что делала.
А когда Лео все же не выдержал и издал какой-то подозрительно страдальческий стон, я открыла глаза и посмотрела на него.
– Твою ж… – зашипел он и застонал снова.
И поняла я, что никто мою вселенского масштаба жертву реально не оценил. Потому что пока я думала о том, как бы кое-кого спасти, кое-кто думал только своим членом. Еще и рукой к моему затылку потянулся.
Нет, ну все!
Сплюнув яд, я вытерла губы тыльной стороной ладони и с упреком уставилась на пострадавшего. Его совсем развезло. И явно не от яда – того уже моими стараниями не осталось.
– Ты все? – с явным разочарованием спросили у меня.
Мимо воли опустила взгляд на шортики и на секундочку забыла, как дышать. А выходит, что не все я и видела. И, как оказалось, было еще на что посмотреть.
Мысли об этом напомнили мне о мести. Так что, расплывшись в коварной улыбке, я демонстративно обвела пальцем губы и томно прошептала:
– Я все, Лео. Два – два!
Глава 7
Даже несмотря на всю трагичность ситуации, улыбка не собиралась сходить с моего лица. А когда Лео матернулся, причем уже по-русски, она стала еще шире.
– Иди ты… – простонал он и с мукой меня осмотрел. А потом просто закрыл глаза и хрипло добавил: – Просто уйди хоть куда-нибудь с моих глаз.
– В сад я точно не пойду, там змея, – воспротивилась я. И взгляд опять случайно мимо воли упал на катер. – Слушай, а у тебя в лодке аптечки разве нет?
Лео вдруг резко распахнул глаза и даже как-то весь собрался.
– Должна быть, – произнес он так, будто бы я ему только что Америку открыла. – Черт, я совсем про нее забыл. Скорее всего, там все просроченное, но проверить стоит.
Смахнув волосы с плеч, я с надменным взглядом и походкой от бедра направилась к катеру.
– Стоять! – послышалось мне в спину. – Я же сказал, что ты туда только через мой труп попадешь.
Я посмотрела на него через плечо, недовольно поджала губы.
– Уверен? – с вызовом спросила, как бы намекая, что очень скоро так и будет, и логики в его упрямстве вот вообще нет.
Он махнул на меня рукой, закрыл глаза и снова издал вымученный стон. И еще пару «ласковых» бросил мне вслед на португальском. Думал, я не пойму. А я поняла. Но обижаться не стала – на больных не обижаются.
Катер внутри был таким же старым, как и снаружи. Аптечку я нашла быстро, и в ней даже имелись спирт и вата. Просроченные обезболивающие также были, но их я давать больному не стану. Да и зачем? Пускай страдает!
– Слушай, а раз ты про аптечку забыл, то, может, и про связь не вспомнил? – крикнула я с надеждой, когда взгляд мой пал на рацию на консоли управления.
– Это катер деда, – вяло ответил Лео. Как будто это должно было все для меня прояснить. Вообще-то нет. И Лео добавил: – Рация давно сломана. Не катер, а металлолом.
– Эх, ладно! Разговоры делу не помогут. А бетадин – это вроде нашего йода? – уточнила я.