
– Можно? – спросил Карин, наклоняясь ближе.
Спросил тихо-тихо, но я расслышала. Взгляд сам зацепился за его губы. Я словно впервые их увидела и поняла, что они неожиданно красивы, эти губы, по-мужски четкие, решительные и вместе с тем притягательно мягкие на вид. Внутри дрогнуло, заливая непрошеным жаром, и я кивнула.
Поцелуй был легким, плавным, будто Карин осторожничал, опасаясь, что я в любой момент могу сбежать. Сначала прикоснулся одними губами, поймал дыхание, сам вдохнул трепетно и рвано. И тогда уже, убедившись, что я не возражаю, поцеловал по-настоящему, жадно, горячо, с напором, от которого у меня закружилась голова.
Но в следующий миг я вспомнила Хена. Наверное, это было попросту неизбежно: только с Хеном целовалась по-настоящему, он был единственным, кто до сих пор вызывал во мне такой трепет и слабость, и желание отдаться. А теперь меня целовал Карин, и в объятиях сжимал Карин, и его запах щекотал ноздри, будоражил сознание. В какой-то миг воспоминания стали невыносимы, и я отвернулась, спрятала лицо на груди парня. Сердце судорожно бухало, и в унисон с ним, так же быстро и сильно, билось чужое сердце.
– Что это? – вдруг спросил друг, мгновенно выводя меня из блаженного покоя.
Он смотрел куда-то поверх моей головы, в окно, на его лице было удивление.
Обернувшись, успела увидеть только длинный белый хвост. Он мазнул по стеклу и тут же исчез – какой-то мелкий зверек устремился по стене вниз. Не обращая внимания на вопросы, кинулась открывать окно. Опоздала: когда рама поддалась и я выглянула наружу, внизу уже никого не было.
Я по-прежнему молча смотрела в пространство, когда Карин сказал:
– По-моему, там было какое-то животное. Что-то вроде горностая.
Сама не зная почему, поспешно возразила:
– Тебе показалось, откуда здесь горностай. Это голубь белый на подоконнике сидел, слетел вниз, вот и все.
Карин посмотрел на меня с сомнением, но возражать не стал. А я не понимала, почему не призналась. Это совершенно точно была ласка.
Белая ласка, которую в последний раз я видела полгода назад в руках Хена, когда она сбежала. Видимо, из-за этого в сознании она оказалась связана с Хеном – и воспоминания нахлынули, захлестнули, мгновенно перенося в прошлое, в то время, когда я еще ничего не знала и была счастлива.
Ласка… Она вернулась, значит, за мной снова кто-то шпионит?
Наверное, я должна была обеспокоиться, встревожиться, почувствовать себя неуютно, но вопреки всему появление зверька почему-то обрадовало. Словно это означало для меня что-то очень хорошее – что-то, о чем я пока не имела никакого понятия, но что обязательно должно произойти в ближайшем будущем.
Народу в академии с каждым днем прибавлялось. Приезжали со всех концов Морвенны семьи участников турнира – болеть за своих и уже действующие боевые группы – смотреть на старшекурсников, сманивать к себе сильнейших; прибывали участники межакадемических соревнований, хотя до их начала оставался почти целый месяц.
Наше общежитие постепенно заселялось, все чаще слышались чужие голоса, все громче хлопали двери, все больше новых лиц встречалось в коридорах. Причем не только привычные взору жители Морвенны, но и экзотические темнокожие представители кочевых племен с соседних территорий, и закутанные в длинные плащи голубоглазые эверены – только мужчины, потому что их женщин держали взаперти дома, и беловолосые вендайцы, заставлявшие мое сердце биться сильнее.
С Ансом мы пока что не пересекались: их, похоже, поселили на пятом этаже, а мы с Лидайей жили на втором. И тренировались они отдельно, с другой стороны горы, на площадках, специально выделенных для приезжих.
На личном фронте у меня, если так можно сказать, все шло хорошо. После учебы мы встречались с Карином, часто выбирались в город: таким образом и Вейн мог куролесить на территории академии, сколько ему хотелось. Ласку или похожее на нее животное я больше не видела, хоть и глядела во все глаза.
Время текло неумолимо быстро. Приближался последний день турнира. Вернее, дни – сначала закончится групповой турнир, а через неделю – наш, одиночный.
Лас со своей группой показывал неплохие результаты, но шансы на то, что они войдут в тройку победителей, были маловаты. Брат уже и переживать перестал на этот счет, больше надеялся на меня, твердил, что я должна показать всем, на что способны Сантерн.
Сантерн или нет, но его пожелание я собиралась выполнить.
Слава Нигосу, Хаунд после стычки с Ансом на глаза мне не попадался. Вейн продолжал путаться с Виспериной, шпионя за ними, но от него тоже новостей особо не было.
А потом как-то Висперина засекла нас с Карином в столовой.
После лекций мы сидели вдвоем среди зелени в моем любимом уголке, пили чай с печеньем, болтали о том о сем. Когда мы начали встречаться, Карин не упускал случая прикоснуться ко мне: взять за руку, приобнять, поцеловать в висок или щеку, вот и сейчас не скрываясь притянул к себе. Я тихо млела в тепле объятий, откинувшись на широкую грудь. Было хорошо и спокойно, пока вдруг не пронзило неприятное ощущение, будто на меня кто-то смотрит, причем со жгучей ненавистью.
Я подняла глаза и поверх зелени увидела Висперину. Она стояла на другом конце зала, у самых дверей, видно, только зашла. Мы с ней давно не пересекались, так что я не сразу и вспомнила, кто эта мелкая блондинка в бледно-голубом платье, с тщательно перевитыми жемчугом косами и выражением гарпии на узкой мордочке.
– Чего это она так кривится, съела что-то не то? – Я ткнула Карина в грудь локтем.
Тот лениво поднял взгляд, но в тот же миг его тело окаменело, а рассеянная полуулыбка сошла с губ.
– Ты чего? – удивилась я.
А потом дошло. Висперина думает, что Карин и Вейн – один и тот же человек. Вернее, считает, что в академии есть только Карин, ее поклонник. И вдруг она видит, как мы сидим в обнимку. Естественно, решила, что он крутит со мной у нее за спиной. Или что я увела у нее парня. Или что он вообще с самого начала ее обманывал, делал вид, что влюблен в нее, а на самом деле оставался на моей стороне.
Прямо не знаю, какой вариант хуже.
Дернулась, намереваясь отстраниться, но Карин удержал. Шепнул на ухо:
– Сиди, уже поздно.
– Скажи ей, что флиртуешь со мной, чтобы следить. Точнее, пусть Вейн скажет, – предложила я.
– Не выйдет. Она страшная единоличница, насколько слышал. Она его не простит.
– Вот зараза… Что же теперь будет? Она устроит ему скандал? Но ведь она сама встречается с Хаундом! Хагос, пусть Вейн скажет ей, что это я тебя соблазнила.
Карин неожиданно затрясся. Я бросила на него взгляд и обнаружила, что он ржет. В тот же миг обедающие вздрогнули от громового удара: Висперина выскочила из столовой, изо всех сил хлопнув дверью.
– Ничего страшного, – сказал Карин. – Разберутся. – А потом повернул меня к себе и переспросил: – Так, говоришь, ты меня соблазнила?
Его глаза блестели, он был ужасно милым сейчас, и я рассмеялась, сама наклоняясь к его губам.
А на следующий день Карина жестоко избили.
За мной прибежал Вейн – ворвался в комнату, схватил меня за руку и, ничего не рассказывая, потащил в мужское общежитие. О нападении я узнала на полдороге и остановилась, ошеломленная.
– Давай быстрее, – разозлился Вейн, – надо вернуться до того, как он придет в себя.
Он был в «тени», поэтому голос раздавался словно из ниоткуда. Но даже не видя его лицо, было ясно, что он в бешенстве.
– Он один? – Я ускорила шаг.
– С ним какой-то парень, он его и притащил. Еле успел в «тень» уйти, когда они ввалились. Он его и нашел, похоже. Валялся у стадиона в отключке.
– Что еще за парень?
– Да не знаю я! – В голосе Вейна снова плеснуло раздражение. – Не наш какой-то, глаза черные, как у имерийца.
Черные глаза? Подозрение кольнуло сердце.
– Его случайно не Анс зовут?
– Он мне не представлялся. Сама спросишь.
Это и впрямь оказался Анс. Сидел на подоконнике, наблюдая, как над Карином хлопочет Имсен, парень с целительского. Я его знала: он со своими друзьями занял призовое место на групповом турнире и в целительском деле разбирался на славу. Жил он здесь же, в общежитии. Видно, позвали того, кто оказался рядом.
Моего прихода, похоже, не ждал ни тот, ни другой: Анс удивленно вскинул брови, Имсен недоуменно склонил голову набок. Это было понятно, они же не знали, что со мной Вейн. С их точки зрения все выглядело так, будто я без церемоний, как к себе домой, заявилась в комнату парня.
Ничего пояснять я не стала, с порога кинулась к кровати. Карин в грязной одежде лежал поверх одеяла с закрытыми веками и дышал так медленно, словно уже готовился отдать богам душу. Под глазами разлилась глубокая синева, в углу рта кровоподтек. Я протянула руку, но коснуться побоялась. Обернулась к целителю.
– Как он?!
– Как-как… – поморщился Имсен. – Плохо, как еще. Внутреннее кровоизлияние, большая энергопотеря, рассекли нервы и магические каналы. Если плоть я заштопал, то с магическими повреждениями хуже. Его явно отделала компания в несколько человек, и, похоже, среди них был целитель. Явно поработал кто-то, знающий, как максимально затруднить лечение.
Целитель. Я сжала кулаки так, что ногти вонзились в кожу. Кажется, догадываюсь, кто именно был этим целителем. Хагосова Висперина, так и думала, что она отомстит!
Но кричать и топать ногами было бессмысленно. Я беспомощно оглянулась на кровать.
– Спокойно, я снял все что мог. Остается только ждать. Пусть он спит, чем больше спит, тем быстрее поправится.
– Может, позвать кого-нибудь из лечебного корпуса? Все-таки ты еще третьекурсник…
– Конечно, если хочешь, – Имсен пожал плечами, на добродушном лице не было ни следа обиды, – но они скажут тебе то же самое. Это целительское проклятие, его можно снять, да только в процессе сделаем ему хуже. Надо подождать, он выздоровеет сам.
– Когда?
– Ну, пара дней точно. А-а, ты волнуешься из-за турнира? Не переживай, на ноги он встанет. За результаты не отвечаю, но он же и так вроде один из первых? Призовое место от него не уйдет, не беспокойся. Главное, чтобы явился, тогда не дисквалифицируют.
Я кивнула. От сердца и впрямь немного отхлынуло. На турнире выступает Вейн, он-то ничуть не пострадал, но, если Карин к тому времени не встанет, брат тоже не сможет участвовать, ведь для всех они один человек.
Странно. Неужели Висперина пожалела Вейна? Не стала отбирать у него победу? Ведь наверняка могла придумать что-то такое, что уложило бы Карина в постель как минимум дней на десять. Или опасалась, что тогда виновника будут искать?
– Ладно, я пойду, – Имсен поднялся, и вместе с ним как по команде встал молчавший до сих пор Анс.
– Я тоже, – глухо проронил он.
На лице его была непонятная тень. Он словно с неким сожалением глянул на кровать.
И тут раздался глухой стон. Я бросилась к Карину и со смесью жуткой вины, жалости и облегчения увидела, что его веки медленно приподнимаются.
Затуманенные зеленые глаза обвели комнату. Остановились на мне. Лицо Карина исказилось, бледные запекшиеся губы чуть шевельнулись. Я поспешно схватила со стола графин, налила воды и протянула ему.
Подняться он не смог, пришлось помочь, придержать стакан у его губ, пока он пил. Жалость с каждым мгновением накатывала все сильнее. Жалость и гнев, беспощадный гнев.
Ни за что не прощу Висперину. Даже если бы Карин и впрямь обманывал ее, встречался бы со мной за ее спиной, разве это основание для того, чтобы избивать? Причем так подло, несколько человек на одного. И бросили его в бессознательном состоянии! Он вообще мог умереть!
Напившись, Карин кивнул. Я хотела было встать, но Карин схватил меня за руку. Кожа его была сухая и горячая.
– Сатьяна… – прохрипел он через силу, – они сказали, чтобы ты снялась с турнира. Иначе тебя тоже…
– Кто на тебя напал? – напряженно спросил от дверей Анс. – Ты видел?
– Не понял. – Карин покачал головой. – Они были в масках… – не договорив, он откинулся на подушку, веки бессильно закрылись.
– Карин!
Меня оттолкнули: Имсен бросился к кровати. Стал водить руками, прощупывая одному ему известные точки. Я наблюдала за ним, кусая губы, но почти сразу озабоченное выражение сошло с лица парня, и я тоже облегченно выдохнула.
– Все хорошо, пусть спит. – Целитель выпрямился, с тревогой глянул на меня. – Турнир? Это что, все из-за него? Надо доложить старшим.
– Надо, – поддакнула я, и вдруг почувствовала тычок в бок.
Дернулась, но потом сообразила: Вейн. Чем-то ему мои слова не понравились.
Имсен кивнул. Некоторое время постоял молча, потом вздохнул, развел руками.
– Ладно. Больше мне тут нечего делать.
Он снова направился к двери, Анс последовал за ним, но на пороге обернулся. Глянул на меня, на кровать. Показалось, хотел что-то сказать, но он только мотнул головой, повернулся и зашагал вслед за целителем.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Всего 10 форматов