Отверженные. Часть 1

Глава 19

«Никто не знал, кто хозяин бала, но все чувствовали, как наш мир вращается вокруг его безумной идеи. Он хочет погрузить человечество в хаос, превратив людей в бездуховных животных, чтобы они поклонялись ему как Богу».

Город сковали мороз и холод. За панорамным окном шёл снег, и среди нескончаемых небоскрёбов выделялось роскошное здание корпорации «Кибермир».

Виктор Вальтер стоял у окна своего кабинета и вглядывался в окна корпорации, создающей технологии будущего и управляющей сложной системой кодов. Теперь за нашим миром наблюдают: знают, сколько денег у тебя на счету и сколько у тебя друзей, где ты находишься и куда собирался пойти вечером. За каждым идёт незаметная круглосуточная слежка, и если ты пойдёшь против системы, то исчезнешь – будто тебя и не было. Но большинство не подозревает об этом, потому что наслаждается дарами нового порядка: потребляет и деградирует в безумном потоке бессмысленных событий.

Об этом размышлял Виктор, держа в руке стакан с виски. Он всё смотрел в сторону корпорации «Кибермир».

К начальнику КГБ бесшумно подошёл худощавый мужчина. Его измождённое лицо говорило о бессонных ночах и полной отдаче работе. В руках он держал папку с результатами исследований и был готов отчитаться:

– Мы перепробовали всё. Увы, результат снова отрицательный. Мы с большим трудом продолжаем избавляться от новых игрушек этого психопата, но с каждым разом твари становятся сильнее.

– Дьявол… Как же не хватает сейчас Менжинского, – Виктор нервно отошёл от окна и сел за стол.

Учёный продолжал:

– Где та девчонка, Виктор?

– Сбежала. Но мы её ищем, – ответил Виктор, вспоминая гору трупов, оставленных Яной.

– А куда делся Иван? Мой помощник.

– Он решил уйти, – солгал Виктор о страшной участи санитара.

– Странно, что он ничего мне не сказал… – Учёный собрал бумаги и добавил: – Я продолжу поиски компонента, но обещать ничего не могу. Только Алексей Менжинский мог создать средство, способное уничтожить мутантов. А ещё надо срочно найти того психопата, который делает из людей чудовищ. Этот безумец играет с нами и каждый раз ускользает.

Учёный покинул кабинет, оставив Виктора наедине с его мыслями.

Тот достал портсигар, закурил сигару и наполнил лёгкие дымом. Он снова повернулся к панорамному окну с видом на Москву. Его взгляд был прикован к окнам «Кибермира».

В тёмном кабинете здания, на которое так пристально смотрел Виктор Вальтер, стоял у окна Гробовщик. Его безумный облик отражался на холодном стекле: длинные рыжие волосы, чёрные круглые очки, цилиндр, старинный плащ и грим шута.

Он любовался видами новой Москвы, наблюдая за зеркальным зданием КГБ, скрывающим своё истинное предназначение. Но размышления прервал гость, которого Гробовщик ждал давно. Огромная тень закрыла левую сторону окна, где отражался образ шута. Гробовщик повернулся.

Перед ним стоял гигант: монстр в человеческом обличии. Его лицо ещё хранило остатки человечности, но в глазах пылал звериный блеск. Багровая кожа, вздувшиеся вены, сальные волосы, спадающие на жирный лоб, и гора мышц – в это превратился Иван, бывший санитар.

– Твоя трансформация завершена, – произнёс Гробовщик, внимательно осматривая новую игрушку. – Ты больше не Иван. Ты – Берсерк. Моё оружие.

– Спасибо, что спасли меня. Я буду служить вам вечно, Гробовщик, – покорно сказал Иван. Но теперь у него было новое имя и новое тело.

– Зови меня Бог – не ошибёшься, – с лукавой улыбкой проговорил Гробовщик, обнажив слегка кривые зубы.

– Какое будет ваше первое указание, Бог? Мне найти ту девчонку, которая всадила в меня эту скверну? Или убить того рыжего пацана, который всё время с ней?

– На эту парочку у меня особые планы… – Гробовщик не стал распространяться. Жека и Яна были для него личными – слишком личными. – А ты займись той шайкой, что решила сместить мою марионетку.

– Оппозиционеры? Даже кандидата в президенты?

– Всех. Пусть это будет несчастный случай.

– Понял.

Берсерк вышел, а Гробовщик вновь подошёл к панорамному окну и продолжил смотреть на здание КГБ – так же внимательно, как и оно следило за «Кибермиром», не подозревая об ужасных экспериментах, происходящих за зеркальными стенами корпорации.

Глава 20

Какое лето в России обходится без велосипеда, речки, деревни и, конечно же, детских игр? Особенно если ты неугомонный мальчишка, который всё время ищет новых ощущений.

Влад в этот солнечный и жаркий день бегал по крышам с друзьями. Они ловко перепрыгивали с одного места на другое, делали сальто и прочие трюки, пытаясь повторить что-то из фильма «13-й район». Влад решил удивить друзей и стал подниматься выше, чтобы сделать сальто. Но друзья начали его отговаривать:

– Ты куда, Влад?! Там опасно! Упадёшь ведь!

– Не упаду! – самоуверенно сказал Влад, продолжая забираться наверх.

Неожиданно под его рукой обломилась балка, и он полетел вниз с большой высоты. Остальные с ужасом видели и слышали, как он грохнулся. Все мальчишки мигом спрыгнули с заброшки, и их мальчишеские сердца наполнились страхом за друга.

– Влад упал! Капец!

– Охренеть, с какой высоты он грохнулся! Зови его отца! Пусть скорую вызовет!

Друзья помчались во двор, чтобы позвать на помощь. Все искали отца Влада.

Пока все суетились из-за происшествия, Влад открыл глаза и увидел крышу заброшки, с которой упал.

– Всё-таки упал… – пробормотал он, отряхиваясь от пыли и грязи, как ни в чём не бывало.

В этот момент к месту происшествия подбежали мужики, старушки и, конечно, отец Влада, который нёсся быстрее всех – даже обогнал друзей сына. Глаза отца метались во все стороны, наполненные страхом за единственного сына.

– Где он упал?!

Мальчишки молча указали на Влада, стоявшего на ногах, живого и целого.

– Вот он! Как?! Он же нехило так летел вниз!

Николай подбежал к сыну и начал трясти его от переполнявших эмоций.

– С сегодняшнего дня ты больше никогда не будешь заниматься своим паркуром! Это была последняя капля, Влад! Мне только тебя не хватало потерять – как мать! Ты с ума сошёл?! Ты бы хоть пожалел меня, у меня сердце не железное! Влад, ты меня до инфаркта доведёшь!

– Но со мной всё в порядке, пап! Я же жив и здоров! – возмущался Влад, не желая ни возвращаться рано домой, ни тем более прощаться с любимым увлечением.

– Живо домой! – Николай схватил сына за руку и поволок за собой. – Я чуть приступ не словил, когда твои дружки прибежали и сказали, что ты насмерть разбился!

Влад недовольно посмотрел на друзей. На его загорелом лице читалось: «Ну, спасибо, друзья…»

Пока отец и сын шли домой, юный трейсер ругался про себя:

«Да, блин! Кто их просил всё рассказывать отцу?! Я ж не в первый раз так падаю… Надо будет паркуром заниматься без друзей – чтобы никто не знал. Хотя странно всё это… Многие на моём месте уже бы в больнице с переломами лежали. После той аварии со мной что-то не так. Я начал видеть всякую хрень. То по стенам дома какая-то опухоль расползается, просачивается в квартиры и будто питается эмоциями. То людей вижу не такими, какие они есть: кто-то светится, а кто-то поражён той же опухолью, как наш дом. Я никому об этом не говорю – а то ещё в психушку отправят… Может, после аварии у меня какой-то дар открылся? Хотя… что это за дар такой? Может, это болезнь, а я просто боюсь сказать отцу. Не хочу, чтобы меня заперли. Не-не, лучше молчать. И главное – никто не должен знать, что я продолжаю заниматься паркуром. Придётся шифроваться…»

Влад вырос и стал юношей. Окончил школу с золотой медалью и делал большие успехи в робототехнике. Ему даже пришло приглашение от корпорации «Кибермир». Механическая рука Влада впечатлила комиссию на выставке юных инженеров, поэтому он два года копил деньги на обучение и жизнь в Москве. Все эти два года он был единственным источником дохода семьи Рудских. Отец Влада – Николай – сильно сдал и долго лечился, поэтому не мог работать. И он всё это время не подозревал, что его сын всё так же прыгал по заброшкам и крышам домов. Он не видел жёстких падений сына, как тот срывался с крыш, но сейчас Влад не делает ошибок и уверенно идёт к своей цели. Он как паук карабкается по стенам и прыгает высоко над землёй. Только у него нет паутины и крутых технологий – лишь его опыт и стремление к новым возможностям.

Сегодня снова Влад, после подработки, возвращался домой своим традиционным способом – по крышам. Он был как кошка: ловкий и прыткий. Его никто не видел в ночи, он как тень проскальзывал с одной крыши на другую.

В этот раз он решил забраться на высотное здание, которое скоро достроят. Рабочих давно не было – только охранник, которого опытный трейсер ловко обошёл. Влад взбирался очень быстро и даже не устал, хотя многие бы выдохлись на половине подъёма – здание было слишком высоким. Он не давал себе времени на передышку, всё поднимался уверенно вверх. Когда вершина была покорена, он сделал небольшой привал. Сел на край крыши, достал энергетик и смотрел на ночную Пермь, которая преобразилась за эти годы. Теперь ничем не уступала Москве по красоте и богатству, хотя сейчас все города словно с одной картинки – как Нью-Йорк.

– Хороший вид. Я буду по тебе скучать, Пермь, – сказал Влад и словно чокнулся с городом своим энергетиком.

Влад любил высоту и подъёмы. И, конечно, виды с птичьего полёта. Друзья называли его «Ассасином», как из игры. Многие знали, что он продолжал заниматься своим любимым увлечением за спиной отца, и никогда не сдавали друга – понимали, что для него это смысл жизни.

«Сегодня 7 августа 2012 года. Новости Москвы в последнее время не меняются: вечеринки корпораций, преступность и, конечно, анархисты. Этой ночью снова последователи движения „Анархия“ штурмовали полицейский участок, где были задержаны активисты, призывавшие к свержению нынешней власти России и отмене штрих-кодов. Сами главы террористической организации работают удалённо – особенно хакер по кличке Анархист. За эту неделю было взломано множество счетов по всему миру, и средства переведены на неизвестный счёт. Лучшие хакеры мира ищут мозг „Анархии“, но всё безуспешно. Но сейчас это не самый опасный член банды. „Монстр с душой Ангела“ – вот кого боятся все. Многие говорят, что эта девушка – удачный эксперимент, который сбежал из лаборатории. Те, кто смог выжить после встречи с этим монстром, говорили о её нечеловеческой силе и жестокости. Многие радовались смерти Рыжего Чёрта, но это был единственный человек, который держал на поводке монстра. Сейчас его нет, и он никогда не воскреснет. Чем закончится история с анархистами, знают многие: они погрузят наш мир в хаос и беззаконие. Мы только недавно пережили ужасную войну, потеряли многих близких. И только пришёл мир в каждый дом, чтобы потом отдать власть этим психам? Ради этого мы объединились? Нет никакой цифровой тюрьмы, о которой говорят анархисты и последователи бывшего президента Марка Громова. Что плохого, когда о тебе знают всё? Если ты хороший человек, который чтит закон, то чего тебе бояться? Цифровую прозрачность боятся именно подонки и преступники. Преступность боится закона. Этих анархистов можно победить, если мы будем вместе, как большая семья, которая не позволит разрушить наш дом. Посмотрите вокруг – мы живём в идеальном мире. Столько всего для нас открыто, мы свободно путешествуем и можем говорить, что нам хочется. Люди стали добрее друг к другу. Не слушайте анархистов – их цель в разрушении и безумии. Не позвольте себя обмануть. Принимайте сторону закона и цифры. Компания „Кибермир“ будет рада знать, что все в этом мире счастливы и живут в безопасном пространстве. Наша новая система слежения…»

Влад смотрел новости из Москвы – скоро он там будет учиться – и уже наслышан об анархистах, которые несколько лет не дают спокойно жить всему миру.

«М-да… Эти анархисты ещё те психи, – подумал Влад. – Надо как-то с этим кончать. Я не могу понять, как весь мир с крутыми технологиями не может поймать кучку придурков? Или там реально какие-то чудовища, сбежавшие из лаборатории? Хотя, я думаю, что эти анархисты подкупают людей, поэтому хакер взламывает счета. Наш мир нисколько не меняется. Люди слишком продажные существа. Как нынешние девушки… Интересно, в этом мире есть мой человек? Или я один остался со своими идеалами с доисторических времён?»

Влад с высоты птичьего полёта смотрел на новую реальность и на людей, которые ходили внизу, словно муравьи. Общество тоже изменилось – стало максимально потребительским и лицемерным. Люди – словно фарфоровые куклы в неформальных одеждах: каждый хотел привлечь внимание своей «особенностью» и не замечал серьёзных проблем – таких как социальное неравенство. А Влад был из тех, кто был беден и не мог себе позволить многого из современного мира. Он особо и не желал выделяться, кричать всем, что он такой особенный. Одежда у него была максимально удобная – чтобы можно было заниматься паркуром в любое время. Не любил яркие цвета и старался не выделяться из толпы, хотя сейчас именно такие простые ребята и привлекали внимание.

– Ты какой-то фу. Что за шмотки? – сказала девушка в яркой одежде. Она выглядела как персонаж из какой-то игры про утопичное будущее или из фильма «Бегущий по лезвию». – Ты что, как ниндзя? Всё чёрное. Татухи есть хоть? Или ты как из каменного века?

– А тебе важно, как выглядит человек и какие вещи на нём? – спросил Влад, который пришёл на встречу с девушкой. Он переписывался с ней в социальной сети, но уже пожалел, что пришёл.

– Ну да. У тебя тачка есть или моцык? И что мы будем делать? Или ты решил меня, как старик, в кино сводить или в кафешку? И ты это… на опыте? Удовлетворить сможешь? Где останемся? У тебя хата нормальная или ты нищеброд? С родителями живёшь?

– Я всё понял. Пока.

Влад ушёл и слышал, как ему вслед говорила оскорбления девушка, которая по онлайн-общению была интересной собеседницей.

Воспоминания покинули сознание паркурщика. Он смотрел на город и думал о своём – как ему одиноко в этой новой реальности. Друзья тоже стали как все, и с ними стало не о чем говорить – словно это были уже совсем другие люди. Только он один остался собой и не изменился. Всё тот же Влад: простой и добрый парень.

Философские размышления Влада прервал звонок телефона. Это был отец, который уже волновался за сына.

– Алло-алло? – ответил Влад, отложив энергетик, чтобы прикрыть телефон от ветра, а то отец опять заподозрит, что он снова забрался высоко на крышу.

– Ты когда домой?

– Я после работы решил прогуляться и подышать свежим воздухом.

– Завтра ты уезжаешь в Москву. Ты когда к дороге готовиться будешь? И ты там хотел подготовиться к встрече с комиссией из корпорации. Ты же хочешь там работать, – так дуй живо домой. У тебя дел по горло.

– Скоро буду дома. Засекай время!

Влад накинул капюшон толстовки на голову и затянул шнурки кед. Он со всего разбегу прыгнул вниз и ухватился за грузовой крюк крана. Ловко переполз на железную конструкцию и начал спускаться по лестнице. Охранник снова не заметил незваного гостя – беспрерывно смотрел футбол на своём телефоне.

Влад добрался до дома по крышам и зашёл через балкон. Его отец не услышал, как сын пришёл, и сильно удивился, когда увидел его в спальне:

– Ты когда пришёл, Влад? Я не слышал, как ты открыл дверь.

– Не знаю. Вроде как обычно пришёл. Ты плохо слышать стал, бать?

– Ты мне тут не шути. Опять через балкон зашёл?

– Нет. Я уже все навыки растерял, столько лет прошло. Не занимаюсь я паркуром, успокойся. Зашёл специально тихо.

– Я там твои вещи сложил, Влад. Проверь, может, что-то забыл. Как всё сложишь в сумку – дуй на кухню. Наверное, целый день толком не ел.

Влад сложил все вещи и положил в коробку механическую руку (это был протез).

«Надеюсь, я смогу устроиться стажёром в корпорацию, – думал Влад, пока складывал вещи в сумку. – Хочу делать что-то полезное для людей. И так смогу нормально зарабатывать, а то отец совсем сдал».

– Пап, а ты ходил сегодня в больницу? – Влад закрыл сумку, положил билеты до Москвы на тумбочку и пошёл на кухню, чтобы услышать ответ.

Влад никогда не расстраивал отца – знал, что тот и так многое пережил. Мать была для Николая всем миром, поэтому он тяжело перенёс утрату. Владу было страшно оставлять отца одного, но он хотел лучшего для него. Он стремился стать частью корпорации «Кибермир» – это было единственное место, где открывались большие возможности, особенно для гениев и умных ребят, как он.

Про паркур Влад никогда не говорил отцу – притворялся, что давно забросил своё увлечение. Хоть Николай и был против, он не знал, что его сын каждый день делает успехи в этом ремесле. А эти навыки ещё не раз спасут ему жизнь.

Глава 21

«Алекс – это очень уважаемый человек во всех кругах. Её знают все: от власти до криминала. И все эти люди приходят в бар “Отверженные” лишь для того, чтобы напиться и забыть обо всех проблемах, которые постоянно бьют тебя в этом чёртовом городе».

В эту новогоднюю ночь многие проводили время в кругу семьи и друзей. Но для наших беспризорников этот день не был поводом для праздника, так как их жизни постоянно угрожала опасность.

Дверь в маленькую лачужку выламывали сильные мужчины в деловых костюмах. За их спинами стоял здоровенный мужик – это был Шмель, глава преступной банды, которая в последнее время диктовала всем правила, как жить в преступном мире.

– Ловите гадов! – приказал он своим людям поймать беспризорников.

– Бросаем деньги, Янка! Жизнь важнее! – крикнул Жека, унося ноги из квартиры через окно.

– Я могу их ударить, как охранников, – пробормотала Яна, следуя за напарником.

– Это в крайнем случае! И не убивай никого. Поняла?

– Постараюсь, Женя…

На улице уже ждали беспризорников, поэтому погони было не избежать.

– Нам нужна только девчонка. Пацана – мочите!

Эти слова хорошо услышал Жека и видел, как в него целились меткие стрелки, поэтому с его тонких губ сорвалось:

– Фас, Яна!

На команду она тут же развернулась и набросилась на сильных мужчин. А Жека, от страха потерять свою жизнь, спрятался за стеной дома и слышал, как кричали от боли повидавшие многое мужики. Ему было страшно, ведь он понимал, что рядом с ним находится не просто хрупкая девочка, а существо, которое обладает немереной силой.

Из-за сильных эмоций в его голове заговорил внутренний голос:

– Она не собака, Жека! Прекрати отдавать приказы!

– Но мы же умрём! – ответил вслух Жека.

– Звони папе. Он вас заберёт и спрячет.

– У меня нет родителей!

– Разве?.. – внутренний голос Жеки на этом смолк, потому что крики мужчин затихли.

– Я всё, Женя…

Он выглянул из-за угла и увидел валяющиеся тела мужчин, которые были разбросаны хаотично. Пухлые губки Яны были в крови, как и пальцы. Она выглядела жутко, что у Жеки прошёлся от страха холодный пот, но он взял себя в руки и вышел из укрытия.

– Ты их убила, что ли? – ужаснулся он.

– Нет… – помотала головой Яна. – Я их покусала и поцарапала. Я же не умею драться, как ты, Женя.

– Тогда я тебя научу драться и водить машину.

– А читать и писать? – умоляюще спросила она.

– Не сейчас, Яна. Позднее, когда мы более-менее будем жить здесь. А сейчас пошли, нам нужно спрятаться. И я знаю где.

В этот день в баре было полно работы, поэтому Алекс только и успевала делать новогодние коктейли для посетителей. Пацанка недавно открыла свой бар, но уже успела привлечь к своей каморке множество посетителей.

Алекс была человеком добрым – но до поры до времени. Иметь бар в Москве, да ещё самой по себе, без дани криминальным авторитетам и власти, – это говорит о многом. Точнее – о железных яйцах пацанки. Её трудно назвать бандиткой или боссом, просто это человек, который находился посередине – между преступным миром и законом.

Поэтому бар «Отверженные» могли посещать все, и главное условие – оружие на стол. Это место считалось святыней, и здесь существовали строгие правила, нарушение которых заканчивалось пулей в виске. Алекс была тем человеком, через которого шла очень ценная информация и слухи, поэтому её услугами пользовались все – даже полицейские. И многие искали у неё приют: чтобы передохнуть немного от погони или скрыться на некоторое время. Это как в детских играх – прыгнуть в домик, потому что в этом месте никто не смеет тебя тронуть.

Частенько криминальные авторитеты сидели за барной стойкой, спокойно попивая алкоголь, и смотрели, как рядом с ними сидели полицейские, которые не могут арестовать преступников в стенах бара. Таков закон – и ему все подчиняются, потому что воры и бандиты стали частью системы и тоже диктуют свои правила.

– Здесь мы можем на некоторое время скрыться, Янка, – говорил шёпотом Жека, ведя за собой напарницу. – Только тише, нас никто не должен видеть. Это место не для беспризорников. Здесь могут быть мусора и те, кто из шайки Шмеля.

Беспризорники спрятались за барной стойкой и сидели там, как мышки. Жека временами выползал из укрытия, чтобы стащить что-нибудь съестное со столов, пока посетители не видят.

К барной стойке подошёл Шмель, который упустил беспризорников.