Диета для трех поросят

Тетка закивала, профессор шумно выдохнул и обратил взор на сына и Риту. Олег мысленно простился с жизнью. Михаил Олегович был человеком строгих правил, никакой распущенности не одобрял, к водке относился крайне отрицательно, а уж о том, как отец отреагирует на голую парочку, Олежек даже думать боялся. Но Михаил Олегович повел себя более чем странно.

– Доброе утро, дети, – почти благосклонно сказал он. – Хотя пока еще ничего доброго не случилось. Олег, сделай одолжение, оденься, обойди комнаты и скажи приятелям: «Внезапно приехали родители, вам лучше отсюда убираться».

Сын схватил брюки, бормотнул:

– Сейчас, папочка! – И метнулся к двери. Последнее, что услышал Олег, были слова отца, обращенные к Рите:

– Право, не совсем удобно знакомиться в подобных обстоятельствах. Я, как вы уже поняли, папа Олега. А как зовут вас, мой ангел? Одевайтесь спокойно и уезжайте.

Олег быстро вытурил приятелей и Риту. Походя он приказал бледной от страха Ире:

– Живо вымой посуду! Нет, сначала отнеси на помойку бутылки!

– Ой, он меня выдерет и дома запрет, – заканючила девчонка. – И зачем только я сюда приехала?

– Сама напросилась! – огрызнулся Олег. – Но сейчас не время сопли лить, лучше хоть какой-то порядок навести!

Но Ирину бил озноб. Тогда брат схватил стакан, плеснул туда чуть-чуть водки и сказал:

– Пей!

– Очумел? – напряглась Ира. – А запах?

– Чесноком заешь, – посоветовал Олег. – Зато алкоголь снимает напряжение. Ну, раз, два!

Сестра послушалась, и через пять минут дрожь отпустила девушку. Когда Михаил Олегович спустился в гостиную, комната выглядела вполне прилично, запах перегара и сигаретного дыма уполз в раскрытые настежь окна.

– Давайте сядем, – миролюбиво сказал отец. – Пришло время побеседовать как взрослым людям.

Ирина плюхнулась на диван около Олега и мертвой хваткой вцепилась в его ладонь, девушку снова затрясло.

– Мне очень жаль, – продолжал папа, – что приходится в таких обстоятельствах проводить беседу, я к ней не готов. Нет, конечно, рано или поздно вы бы непременно узнали правду, но я полагал ввести вас в курс дела позднее, когда вы захотите создать свои семьи. Как врач я великолепно понимаю, что… Ладно, слушайте. Ваша мать серьезно больна. Занедужила она давно, почти сразу после рождения Ирины.

Примечания