– Да.
Босс по-прежнему стоит спиной, будто общается с собственным отражением в окне. Уточнение, видимо, необходимое для него, погружает нас в тишину ещё на некоторое время.
– В общем, так, – гулко выдыхает, сформировав решение, – едешь в Питер. Ты в отпуске года два не была… Значит, закрываем отпуск, потом больничный, затем придумаем… Дела передашь Овсянникову, он с тобой в связке работал, закончит проекты в одиночку. Вещей у тебя будет много, поэтому завтра тебя отвезёт мой водитель. Утром. Будь готова. Вадиму скажу, что отправил тебя в Санкт-Петербург для разработки совместного проекта с дружественной компанией. Не будем давить на его тонкую грёбаную душевную организацию, – едва слышно ухмыляется, но я всё равно улавливаю глухой звук.
И если я предполагала, что Прохоров, узнав о невозможности заключения брака с пасынком прямо сейчас, укажет мне на дверь, заменив другой кандидаткой, ошибалась. Он настроен решительно и готов ждать, пока наш с Мартовым брак перестанет существовать.
– Я всё поняла, – поднимаюсь, получив чёткие инструкции от босса. – Поехала собирать вещи.
– Марта, – окликает Прохоров, наконец, удостоив меня внимания и повернувшись, – если ты за эти два месяца позволишь себе… слабости рядом с мужем, я не буду тебя осуждать.
Его слова бьют наотмашь, потому как такого от Леонида Олеговича я не ожидала. Только не от него и не той, что должна стать частью семьи Прохоровых. Но ничто так не ограничивает действия, как фраза «делай, что хочешь», поэтому сейчас, глядя в серо-голубые глаза босса, не представляю, каких комментариев он от меня ждёт.
– Удивлена? – Киваю. – Я ведь понимаю, что Вадим не мечта женщины вроде тебя. И лишь благодаря тому, что твоя цель и возможность Вадима в её удовлетворении совпали, мы с Ириной можем рассчитывать, что у моего пасынка будет полноценная семья. Для тебя чувства не на первом месте, поэтому ты спокойно принимаешь его странности, инфантильность и желание проводить в мастерской больше времени, чем с людьми. Только нечто существенное и очень важное для тебя способно перекрыть отсутствие глубокого чувства в этом союзе, поэтому открыто говорю о надежде, что когда-нибудь в это кресло сядешь ты, – указывает на своё место, прямо сейчас озвучивая то, что волнует нас обоих. – Единственное, о чём прошу: по истечении срока договора вернуться и выйти замуж за Вадима. Я по-прежнему хочу, чтобы это произошло как можно быстрее, но в связи с открывшимися обстоятельствами жду, когда ты станешь свободной. Обещай мне, что не изменишь решение.
В его глазах столько тоски, что где-то внутри клокочет желание подойти и заключить босса в объятия. Непривычное чувство сродни тому, когда близкому тебе человеку плохо, а ты стремишься сделать всё, чтобы поддержать его. Но даже при полном понимании, что я иду намеченным курсом и никакой Мартов не способен изменить моё направление, слово «обещаю» не хочу озвучивать. Это точка, не принимающая корректировок, которую в данный момент поставить не могу.
– Я постараюсь, – выдавливаю с трудом, но это не то, чего ожидал услышать Прохоров.
Это заметно по нескрываемому разочарованию и поджатым губам. Кивок, показывающий, что я могу идти, и за спиной тихое, не относящееся ко мне:
– Чтоб тебе икнулось на том свете…
И сейчас как никогда я уверена, что Леонид Олегович знает больше, чем готов рассказать, а фамилия Мартов ему хорошо известна. Вот только босс посвящать меня не торопится, скрывая истинные причины собственных переживаний. А они имеются. Недаром же требовал практически поклясться, что следующие два месяца не повлияют на моё решение. Но с завтрашнего дня я получу иной источник информации в лице мужа, с которым придётся функционировать на одной территории. Его территории. По его правилам. Ну ничего, он плохо знает Марту Лебедеву и её способность подстраиваться под любые условия. И теперь, когда вопросы с Прохоровым решены, мне необходимо переключиться и придумать, как заставить Михаила развестись со мной.
Глава 9
В восемь утра водитель Прохорова стоит у моего подъезда, с особым спокойствием загружая чемоданы в багажник. А их оказалось несколько, потому как возможность не тащить вещи на себе пробудила во мне жадную женщину, стремящуюся взять всё мало-мальски необходимое, даже если оно не такое и нужное.
Бесспорно, я могу всё приобрести на месте, но лишние траты не входят в мои планы. Я вообще осознанно совершаю покупки, предварительно взвесив, насколько нуждаюсь в той или иной вещи. Моя расточительность касается только еды, а привычка всё покупать по два сопровождает меня с тех пор, как я начала зарабатывать самостоятельно. Вот и сейчас в моей сумке два пончика, которые я планирую съесть по дороге, потому как задерживать водителя, которому предстоит ехать почти семь часов, а затем возвращаться в Москву, я не хочу. Мужчина ждёт, когда я устроюсь на заднем сиденье, и трогается с места.
В этот момент пишу Наде сообщение, что уехала, и прошу заезжать ко мне на квартиру, чтобы не дать погибнуть единственному растению, подаренному Вадиком. Несвойственная мне сентиментальность, перекрываемая осознанием, что данный жест был для него сродни полёту в космос и, скорее всего, инициирован Леонидом Олеговичем.
Его слова, как и реакция на новость о необходимости переезда в Питер, до сих пор не приняты мною на сто процентов. Теперь мне кажется, что я, как и Надя, сойду с ума, если не проясню, откуда Прохоров знает Мартова и что связывает этих людей. Сейчас меня волнует тот факт, что выпаду из проектов на два месяца. Я усердно работала, создавая себе репутацию профессионала, умеющего найти подход и придумать решения для каждого. Теперь же все лавры почти законченных проектов достанутся Овсянникову, соответственно, и бонусы от заказчиков.
Но внутри вибрируют страх и понимание, что уже сегодня ночью мне придётся спать в одной квартире с абсолютно незнакомым человеком. Он, конечно, мой законный супруг по документам, но в остальном тёмная лошадка, изучить которую ещё предстоит. Удивительно, но сам Михаил меня не пугает: я не жду с его стороны насильственных действий или же оскорблений. Мне почему-то кажется, совсем наоборот: он хочет наладить контакт. Вот только зачем? Актуальный вопрос, требующий ответа, который я обязательно получу рано или поздно. Лучше, конечно, рано, чтобы через два месяца впорхнуть в кабинет Прохорова с радостной новостью, что мы можем готовиться к свадьбе с его пасынком.
Сейчас же первоочередной задачей является определение правил совместной жизни с Мартовым. Этим я и планирую заняться, как только автомобиль останавливается у знакомого дома, а водитель подхватывает мои вещи, чтобы поднять на седьмой этаж.
– Добрый день, – приветствую уже знакомого мне администратора, которая недоверчиво косится на моего носильщика. – Теперь я с официальным визитом, – трясу связкой ключей. – С разрешения хозяина и по совместительству моего мужа, – делаю акцент на последнем слове, чтобы ей даже в голову не пришло перечить, – теперь я буду проживать в его квартире.
– Я всё поняла. – Девушка вытягивается по струнке, желая угодить той, кто легко может лишить её этого места. – Как я могу к вам обращаться?
– Марта Игоревна, – протягиваю ладонь, скрепляя знакомство. – А вы?
– Людмила. Второй администратор – Наталья.
– Приятно познакомиться, Людмила. А сейчас я поднимусь в квартиру, чтобы дождаться Михаила Артемьевича.
Она лишь кивает в ответ, провожая взглядом меня и навьюченного водителя, с трудом впихивающего мои чемоданы в лифт. Как только выходим на нужном этаже, нахожу квартиру и открываю дверь, испытывая неожиданную эйфорию, словно открываю дверь в новый мир, где меня ждёт нечто приятное. Подавляю внезапное чувство, заставляя себя спокойно принимать тот факт, что это жильё станет моим на следующие два месяца. Отвлекает противное пищание сигнализации, и я в панике не понимаю, что делать, исследуя сенсорный экран на небольшой коробочке. Достаю ключи и вижу четыре цифры на бирке «1809» и почему-то сразу набираю именно их. Удивительно, но противный звук смолкает. Мартов об этом моменте не предупреждал, но, возможно, и не надеялся, что я соглашусь на его условия.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: