– А я надеялся наконец-то малахитовый замок изнутри увидеть, – мечтательно опечалился министр здравоохранения.
На что президент его обнадёжил:
– Вот сейчас ситуацию разведаем, а там уж как дело пойдёт. В другой раз может тут и встретимся с хозяевами малахитовых хором. Сдаётся мне, с ними беседа уже была проведена, раз до нас очередь дошла.
– Вот вы говорите, бессмертных много. Это сколько? – спросил у президента министр науки и технологий.
– Пятьдесят пар, – услышал он в ответ.
– А почему так странно? Почему не сотня, например? – удивился министр обороны.
– Потому что пятьдесят пар. И ещё один.
– Ты издеваешься над нами! – не сдержался министр здравоохранения и подбоченившись встал на месте.
– Не отставай, а то заблудишься, – усмехнулся президент и двинулся дальше, вслед за лосем. Перспектива заблудиться подвигла министра всплеснуть руками и догнать остальных.
– Да мы, похоже, уже и так заблудились. – Сказал на ходу министр здравоохранения и поинтересовался. – У кого-нибудь есть хоть какая-нибудь связь?
Министры принялись тыкать в экраны смартфонов.
– Здесь связи нет, – сказал президент, а затем указал на обширную возвышенность, где непроглядными рядами росли пихты, ели и кедры. – Почти пришли.
Лось начал подниматься по ступенчатому склону увала, обернулся к людям и промычал что-то вроде «внимание, мы пришли». Когда он скрылся в пихтовнике, по лесу разнёсся протяжный лосиный стон, ответом на который была череда коротких похожих на него звуков, доносившихся с разных сторон возвышенности.
Люди поднялись по склону, и вышли из леса на большую плоскую, слегка волнистую вершину.
***
Поляна, где они очутились, была огромной. Всё пространство на ней занимало сооружение из стеклянных шаров и металлических стяжек. Вокруг был лес. Один шар стоял на конструкции, напоминающей подножье Эйфелевой башни, что вызвало у министров невольные ассоциации с игрушкой, называемой снежным шаром. Каждая из четырёх ножек опоры была в то же время и лестницей, и крыльцом для входа внутрь, а вверх продолжалась крепежами, будто обнимающими центральную сферу и оканчивающимися немного выше её экватора. Крепежи удерживали четыре круглые платформы. На платформах размещалось по одному шару; каждый из них в диаметре был раза в два меньше, чем центральный. Что происходит внутри сфер, снизу толком разглядеть не удавалось. Но некое движение там явно присутствовало.
У подножья одной из лестниц стояли двое: мужчина и женщина.
– Рад встрече! – пробасил рослый, плечистый кудрявый дядька лет сорока пяти, сильно смахивающий на деревенского гармониста двадцатого века в свадебном костюме.
Стоящая за его левым плечом шатенка в белой широкополой шляпе и платье «а-ля пятидесятые» изумрудного цвета лишь слегка склонила голову в знак приветствия.
– И я рад вас видеть, – сказал им президент.
– Сектанты, – буркнул кто-то из министров, но поздоровались все.
– О, мы сектанты не больше вашего, – рассмеялась женщина и играючи пошла налево в сторону леса.
– Ты что, им о нас не рассказал? – спросил гармонист президента.
– Совсем немного, самую суть, – смутившись, ответил тот. – Они и так задумываются о моём психическом здоровье, потому пусть об остальном напрямую от вас узнают.
– Как сочтёте нужным, – высказался кудрявый и широким жестом пригласил гостей последовать за скрывшейся в лесу женщиной. – Пойдёмте-ка чайку попьём, – сказал он.
– А разве нам не туда? – спросил министр обороны, указывая на конструкцию из шаров. На что гармонист бросил:
– Уж точно не в этот раз.
Вопреки ожиданиям внутрь их не пригласили. Содержимое пяти сфер осталось для людей загадкой.
Глава вторая. Рай в шалаше
По лесу шли метров двести прежде, чем оказались на другой поляне размерами заметно больше первой. На поляне редко росли хвойные деревья, а меж деревьев размещалось несколько десятков двухуровневых домиков из стекла и дерева, напоминавших по строению огромные шалаши с балконами.
– Милости прошу к нашему шалашу, – пробубнил министр науки и технологий.
– Наш шалаш третий слева, – разглядывая его, сказал гармонист и развёл руками. – Сегодня наша с Агатой очередь гостей принимать.
Агата уже успела снять свою шляпу и повязать пёстрый фартук поверх пышной юбки. Она приветливо махала рукой с порога.
Внутри шалаш оказался неожиданно просторным. Сквозь две параллельные друг другу треугольные стеклянные стены прекрасно просматривалась местность. Две другие стены снаружи были деревянными и, соединяясь, играли роль крыши. Изнутри стены и потолок оказались ровными и белыми, и были разлинованы деревянными опорными балками. Когда люди вошли в дом, белизна стен заискрилась, а затем обрела равномерное свечение. Трое министров перекрестились. Заметив это, Агата сочла необходимым пояснить:
– О, мы ведь даже не боги, мы низшая ступенька иерархии космической жизни.
– Трудовые пчёлки среди бессмертных, – подтвердил кудрявый дядька.
– Мы потомки земного общества, – подобного и родственного, однокоренного человеческому, – сумевшего решить задачу многократного, а при некоторых условиях неограниченного увеличения срока жизни личности, сознания, если угодно. – Пояснила женщина.
– А освещением у нас Агата занимается, – с гордостью добавил гармонист. – Разувайтесь, присаживайтесь, – пригласил он гостей жестом.
Чуть не касаясь пола, по периметру комнаты тянулся деревянный помост шириной примерно метр двадцать, который на выходе продолжался полом для крыльца. Кое-где на нём лежали книги, стояли какие-то статуэтки и подвижные механизмы, свечи, цветы в горшках причудливой геометрической формы, лежали дрова. Внутри деревянного помоста весь пол был покрыт серо-голубым мхом, на удивление прочным и упругим. Шагать по такому оказалось большим удовольствием.
Женщина куда-то стушевалась, а кудрявый дядька и гости разместились вокруг овальной формы валуна с отсечённой верхней половиной, выполнявшего здесь функции стола. Стол был низкий, стульев не наблюдалось вовсе. Сидели на чересчур приземистых лавках и толстых соломенных подушках.
Агата вернулась в комнату, толкая перед собой, очевидно, поднос: левитирующую платформу, украшенную весьма изящной ковкой. На этой платформе умещалось ровнёхонько восемь чайных пар и в центре самовар.
– По-людски, – шёпотом заметил министр обороны, и молча с ним переглянувшись, с этим согласились министр связи и министр науки и технологий.
– Люди порой ни с того, ни с сего поступают по-человечески, – сказал молодой приятный голос. Мужчина, им обладающий, лёгкой походкой вошёл в шалаш, разулся и занял свободное место за столом, будто только его и ждали.
Он был молод и весел, скор, но аккуратен в движениях. Одет до крайности просто: джинсы, футболка, носки. Молодой человек кивком поздоровался с президентом и, взглянув в глаза по очереди каждому министру, представился:
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: