О, будто ему не хватало того, что все и так на нас смотрели. Он еще и мое имя озвучил. Кретин!
Я одарила парня испепеляющим взглядом, но теперь его внимание было приковано к Тримлону.
– Что ж! – объявил преподаватель. – С великодушного позволения мистера Принстона…
На этом профессор сделал паузу, а Эрик комично наклонил голову. По залу прошелся гул приглушенных смешков.
– … продолжим лекцию.
И Тримлон действительно продолжил монотонно зачитывать новую тему, пока я пыталась прийти в себя от шока.
Он просто спустит ему это с рук? Серьезно?
Многие все еще пялились на нас. Особенно мои подруги. Их насмешливые взгляды ужасно раздражали. Я ощутила, как в нервном тике начало подергиваться веко.
– Я передумал, – прошептал Принстон, спустя некоторое время.
Конечно, мне не было до него дела. Я внимательно слушала лекцию. Но рука, черт ее возьми, дрогнула.
– Белый, – послышалось над самым ухом.
А теперь я застыла, точно представляя, о чем шла речь.
– Ты брюнетка. И кожа у тебя смуглая. От белого белья у меня встанет за секунду.
Ручка упала на пол.
Я ринулась следом, но застыла на полпути, осознав, что она закатилась под лавку. И этот придурок не собирался мне помогать. Напротив, Эрик вальяжно расселся, еще шире расставив ноги.
Я никогда не считала себя развратницей, честно. Но этот парень заставил ощутить себя такой. В голове моментально возникли совершенно неуместные образы с сексуальным подтекстом. И как бы я ни старалась сопротивляться, взгляд сам наткнулся на его пах. Точнее, на бугор под ширинкой.
Я прикусила язык, чтобы сдержать ругательства, и тут же выпрямила спину, оставаясь напряженной, как струна. Конечно, он следил за каждым моим движением. Я упрямо смотрела на профессора, хоть его слова и проходили мимо ушей. Если бы Принстон мог, давно бы прожег дыру в моей голове.
А затем он почти лег на столешницу, развернувшись ко мне лицом, и устроил новое представление. Достал ручку из кармана кожаной куртки и начал играть ею, словно машинкой. Нет, это был «паровоз», и звук его сопровождал соответствующий. Достаточно тихо, чтобы не услышал Тримлон, но весьма раздражающе, чтобы вывести меня из себя. "Паровоз" под назойливое "чух-чух" Эрика приближался к моей тетрадке. Я сжала челюсти, продолжая его игнорировать. Но затем "транспорт" затормозил, и ненормальный парень запыхтел.
– Пуф-ф-ф-ф-ф-фх!
Эрик довольно заулыбался, наблюдая за моим тихим бешенством, и в тот момент самообладание меня подвело. Я посмотрела на него самым уничижительным взглядом. Но гад только этого и ждал. Теперь он направил "паровоз" в мою сторону, подбираясь к руке. В какой-то момент я не выдержала и грохнула своей ладонью по его, останавливая эту пантомиму сумасшедшего клоуна.
– Мисс Виндфрост! – тут же воскликнул профессор Тримлон. – Повторите, что я сказал.
Ох, черт!
– Я…
– Она не слушала, профессор, – перебил без пяти минут труп по имени Эрик. – И меня отвлекала.
– Вон из класса!
Я еще несколько секунд смотрела на преподавателя, непонимающе моргая. И снова задергалось веко. А затем Тримлон меня добил своим уточнением:
– Оба! Живо!
Сидящая по другую сторону от меня Саманта мягко подтолкнула в бок и кивнула на дверь.
– Давай, Эм. Не зли его.
И уже во второй раз за сегодня мне не хватило слов, чтобы выразить весь спектр негодования.
Под тихие шепотки мы вместе с без трех минут трупом по имени Эрик покинули аудиторию.
А как только оказались в пустом коридоре, я швырнула в него сумкой.
– Господи, какой же ты кретин! – процедила я. – Откуда ты взялся на мою голову, долбанный идиот?
Поймав сумку, хам никак не отреагировал и даже не подумал отвечать. Хотя вопрос и так был риторическим. Вместо этого он направился к выходу, весело насвистывая знакомую мелодию. Да, это была песня "What a wonderful world".
– Эй! – воскликнула я. – Отдай мои вещи!
Он проигнорировал. Я пошла следом. Пришлось.
Догнала его у входа в столовую и попыталась забрать свое. Но Эрик так ловко и быстро увернулся, что я даже растерялась. Ему каким-то немыслимым образом удалось оказаться за моей спиной. После чего он мягко подтолкнул меня и произнес:
– Идем, Виндфрост. Покормлю тебя, ты едва прикоснулась к своему салату.
С этими словами он двинулся дальше, перекинув через плечо мою сумку с огромным брелоком в виде розового заячьего хвостика. В сочетании с потертыми джинсами и байкерской кожаной курткой это смотрелось забавно.
Но злости во мне не убавилось.
В столовой студентов не было, что естественно для учебного времени. Догнав гада, я процедила:
– Если нас увидит кто-то из преподов…
– Если! – перебил Эрик, отодвигая для меня стул около ближайшего пустующего столика. – Ты всегда примеряешь на себя события, которые не свершились, и не факт, что когда-либо свершатся?
Я хмыкнула и сложила руки на груди, всем видом выражая непреклонность.
– Ой, да ладно тебе! – воскликнул он. – Нас выгнали. До конца занятия двадцать минут. Куда еще податься?
Ох, не стоило ему напоминать.
– Это твоя вина! – зашипела я, указывая пальцем на эту самую огромную, напичканную тестостероном и наглостью вину.
– Мы все обсудим! Обещаю!
Игриво улыбаясь, он направился к стойке, жестом указывая мне садиться. И я сделала это, злясь на саму себя.
Спустя пару минут, когда я немного остыла, Принстон вернулся с подносом в руках. На меня смотрел огромный сочный бургер. Клянусь, я слышала его тихий шепот: "Съешь меня, Эмбер. Твои подруги никогда об этом не узнают. Обещаю!".