В мире граждан

А накануне выписки к нему пришел самый неожиданный визитер. Вечером, после ужина, в палату заглянула медсестра.

— Артем, к тебе посетитель, спускайся.

Пока Каретников шел на первый этаж, он все пытался угадать, кто же тот таинственный гость: одноклассник? опять кто-то из журналистов? неужели Диана? В комнате «для визитов» его ждала чиновница из мэрии. Она представилась Маргаритой Ивановной Румянцевой. Артем ее ни разу не видел, но слышал о ней — именно она, как руководитель специальной комиссии, утверждала заявления кандидатов на получение паспорта. И если она сейчас пришла сама, то…

— Ты еще не передумал стать гражданином? — с улыбкой поинтересовалась Румянцева. Она-то точно знала, что Каретников ежегодно писал заявления, в качестве повода указывая свои достижения в спорте, и каждый раз получал отказ.

— Не передумал, но и не страдаю в истерике, понимая, что надо заслужить, — философски заметил мальчик.

Румянцева кивнула.

— Считай, что уже заслужил. — Она подала ему бланк: — Заполняй. Тебе предлагается стать гражданином России по инициативе самого государства. Причина — спасение жизни человека.

— У меня нет с собой необходимых документов, — пробормотал растерянный Артем.

— Есть, — Румянцева достала из папочки прошлые заявления Каретникова. — Заполняй!

Долго упрашивать его не пришлось. Через несколько минут Артем передал Маргарите Ивановне бланк, заполненный идеальным почерком.

— Тебя когда выписывают? — поинтересовалась Румянцева.

— Должны завтра.

— Отлично. В конце месяца пройдет церемония вручения паспортов, уже назначена дата. Тебе на дом принесут приглашение.

— Много нас будет? — спросил Артем, имея в виду кандидатов на гражданство.

— Двадцать человек вместе с тобой.

— А что совершили другие?

— Разное. Кто-то стал донором, например. А один мужчина спас из горящей квартиры старушку с двумя детьми. Мы его три недели искали — скрывался.

— Почему? — удивился Артем.

— Славы не хотел. А как установили его личность, так и выяснилось, что у него гражданства нет.

Артем не нашелся, что на это ответить.

— А мне гражданство не нужно будет как-нибудь подтверждать? — вдруг спохватился Каретников.

— Нет, не нужно, — успокоила его Румянцева. — Оно дается навсегда.

— Если только не совершу что-нибудь плохое?

— Кстати, хорошее замечание. Если совершишь любое правонарушение, даже, как тебе покажется, очень незначительное, то рискуешь потерять паспорт.

— Например?

— Да хоть бы проедешь «зайцем» в автобусе или не там перейдешь дорогу — это тоже может стать основанием.

— И за такое гражданства лишают? — изумился Каретников.

— А это уже как комиссия решит. Подобных случаев пока не было, но, сам знаешь, все бывает в первый раз.

— Что же, — Румянцева подала Каретникову руку, — отдыхай и жди приглашение. Твой день — через две недели.

Она ушла, оставив Артема ошеломленным и безумно радостным одновременно.

* * *

Группа из двадцати человек топталась в каморке за сценой уже с полчаса. Организаторы события их всех спешно собрали и приказали ждать. Они и ждали, нервничая, переговариваясь полушепотом и наматывая шагами километры в маленьком помещении.

Артем ни с кем не разговаривал, только кивнул всем в знак приветствия, ему ответили, и Каретников занял стул в углу комнатки. Так он и просидел до начала церемонии, не вступая в беседы, которые, впрочем, завязывались, чтобы убить время.

Наконец, началось. В каморку заглянул ведущий церемонии:

— Пора!

Группа кандидатов гуськом, словно репетировали до того, направилась на сцену. Артем начал озираться. На него (конечно же, на всех кандидатов, но подростку казалось, что только на него) смотрели несколько сотен пар глаз горожан. Кое-как он унял волнение.

А церемония уже началась. Документы вручались в алфавитном порядке, и Каретников, понимая, что его фамилия где-то в середине списка, уже подспудно ждал вызова. Сам процесс вручения ничем выдающимся не выделялся: называлась фамилия кандидата, тот делал пару шагов вперед, мэр города вручал человеку паспорт, говорил дежурные слова поздравления и человек, уже гражданин, возвращался в строй.

— Каретников Артем Игоревич! — объявил ведущий.

Артем глубоко вздохнул и под бурные аплодисменты шагнул вперед. Пока мэр вручал паспорт и поздравлял, ведущий под овации рассказывал горожанам:

— Семнадцатилетний юноша не побоялся стихии и, рискуя своей жизнью и здоровьем, спас из ледяной воды шестилетнего ребенка! Ура герою!

Аплодисменты не утихали, пока Каретников не вернулся на свое место. Ведущий продолжил вызывать кандидатов и рассказывать их истории, но Артем его уже не слушал. В голове билась лишь одна мысль: «Я гражданин!».

Домой он шел вместе с родителями, которые, как оказалось, были на церемонии, но из-за волнения Артем их не увидел. Вполне было бы логично, если бы Каретников нес паспорт по улице напоказ, хвастаясь своим статусом, однако вопреки таким ожиданиям подросток запрятал документ во внутренний карман куртки, не забыв застегнуть — чтобы не потерять свою драгоценность.

Дома его ждал запланированный пир. На домашнее торжество пригласили практически всех одноклассников Артема, а также его товарищей по спорту. Всего набралось более тридцати человек. С таким количеством гостей разместились во дворе, так что на праздник волей-неволей попали и соседи, не отказавшиеся поздравить виновника торжества.

Посреди действа отец попросил слова.

— Сегодня очень важное событие для Артема: он стал гражданином страны! И он должен помнить, что быть гражданином это не только знать свои права, но и помнить об обязанностях. Сынок, — обратился он к Артему, — пообещай верно и честно служить обществу как гражданин! Пообещай нести гордое имя гражданина!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

«Гусарская баллада», 1962 год, режиссер Эльдар Рязанов.

2

Георгиевский крест — в дореволюционной России высшая награда для нижних чинов Российской армии, вручение которой производилось исключительно за личное мужество на поле боя.