–Ваше Сиятельство граф Блумер, Вас еле узнать.
–Дожди феи наслали, дорог нет, одно болото да грязь. Подводы засасывает в трясину, беда одна…Когда же снег ляжет? Как мой сеньор?
–Его Светлость герцог Вейланд Саффир бессонницей с новой женой обзавёлся. Мучается жутко.
–Сексом неустанно занимается?
–От упрёков и криков жены голова у него болит,– довольно ухмыльнулся охранник.
–Застигла, значит на горяченьком муженька вампирка Памела…
–Ага, на потолке он её не приметил и к служанке полез.
Блумер загоготал во весь голос, успокоившись поведал:
–Поделом этому бабнику. Из-за него последнее время феи из прекрасных созданий мутировали в отвратительных, зловещих созданий, несущих смерть и несчастья. Даже тех, кто решит за ними подглядывать, наказывают слепотой.
–Жуть,– выдохнул детина.
Со свадьбы герцога Вейланда Саффира на вампирке Памелы из клана Салубри Ландис прошло 18 лет.
Во дворце короля.
В одной из комнат короля с голубоватыми стенами и красным ковром на полу, с потолком, расписанным сценой из охоты богов были зелёные стулья и белые кресла. На позолоченных столиках стоят чёрные статуэтки и белые вазы. Распахнутые огромные двери на балкон, где стоят кадушки с зеленью. Зелень из сада из открывающегося вида наслаждает взор.
Король, сидя на стуле, на лысой голове поправил могучей, накаченной рукой витиеватую корону и вопрошал у хитролицего тридцатипятилетнего лорда-управителя герцога Тэрри Копрега:
–Кто в стране занимает первенство по пакостям и вредительству? Тролли или вампиры?
–Из донесений ясно, что феи лидируют, Ваше Величество. За ними вредительствуют русалки и тролли, а вампиры, так, редко озорничают. Вампирский клан Салубри самый законопослушный, издревле пьют кровь только у тех, кто разрешает за деньги. Неплохо ведут торговый бизнес, так, что на кровь денег у них всегда с лихвой.
–Вот и маг говорит плохое про фей…
–Неужели новое предсказание?
–К сожалению: плохое пророчество.
–Эпидемия?
–Маг увидел будущую войну людей с феями, эльфами, вампирами, русалками и троллями…Ты поедешь по деревням. Хочу поискать других пророков и провидцев, узнать, что те видят. Не хотелось бы войны. Люди – самые слабые создания из всех.
–Зато мы самые хитрые.
–Не хитрее вампиров.
–Зато мы самые жестокие.
–Не злее троллей.
Деревня Лихая.
Оранжевое солнце давало рыжие блики на серые облака. Зелёный лес начинался совсем неподалёку от деревни и уходил в даль синевой. Из синевы торчала верхушка белой горы, покрытой снегом даже сейчас, в начале лета. Снег на горе переходил в серые тона, отражаясь от мрачноватых облаков.
Братья с чёрными волосами и смуглой кожей, такой странной для вампиров, но приемлемой для этого клана Салубри Ландис: некрасивый Дейл с усами и точечной бородкой и очень привлекательный Ингмар идут по улице и озираются.
Дейл брезгливо морщится, когда младший брат пытается подойти и договориться к поддатому мужичку, предупреждает:
–К пьяным лучше не лезь. Один раз мой друг укусил пьяницу, потом через час сидел с двумя мужиками и соображал на троих.
Ингмар мило улыбнулся, от чего на щеках появились симпатичные ямочки.
Младший брат хотел было подойти к дородной женщине, но Дейл его вновь остановил:
–У той бабёнки кровотечение недавно было, сама еле ходит. Такой крови выпьешь – и сам помрёшь.
Показался из подворотни толстый отталкивающего вида придурковатый парень.
Ингмар процедил:
–Этот такой неказистый, даже пробовать его на зуб не хочется.
–Скучно живём,– вздохнул старший брат,– Нет азарта охоты. Из-за перемирия любой готов поделиться кровью. Ни погони, ни испуга жертвы…тьфу!
Глаза Дейла покраснели от злости.
Тут в небе раздался свист пролетающей метлы, ведьма засмотрелась на вампиров, налетела на дерево. Метла упала, чёрный кот перепрыгнул на ветку, сама рыжая девушка зацепилась кое-как за кору.
Ингмар, смеясь, советовал:
–Не пей, когда ведёшь транспортное средство.
Наконец, ногти ведьмы не выдержали, надломились, и девушка спикировала вниз на травку.
К рыжей подскочил дурачок лет двадцати и запричитал:
–Гуорчь, твой отец жаловался, что тебя феи подменили, меня эльфы подменили, может, это знак, чтоб нам быть вместе?
–Ты уже совсем умом повредился, уродец? Отойди от меня, Рикки!
Вампиры хохотали над этой сценкой. Но ведьма оказалась шикарной красоткой с серыми глазами и налитыми формами. И волосы даже не рыжие, а какие-то медовые, бровки тоненькие, губки пухленькие, намазаны малиновой помадой.
Рикки зловеще угрожал:
–Моя месть будет страшна.
К толстяку метнулась молоденькая блондинка, схватила за руку и потащила за собой.
Ингмар поражённо заметил: