Очень выгодное убийство

Группа приехала примерно через полчаса после звонка Левашова. Оба следователя успели к тому времени замерзнуть, но остались ждать окончания обследования новых следов. Лев оказался прав. Из прямоугольного углубления криминалисты извлекли портфель с оторванной ручкой. Внутри оказалось несколько блокнотов, планшетник, сотовый телефон, пачка журналов, паспорт на имя Челнокова, несколько журналистских пропусков с уже прошедших событий и фляжка, судя по запаху, с дешевым коньяком.

Версия о банальном грабеже, повлекшем за собой убийство, рассыпалась в прах. Был или не был у Челнокова кошелек, имелась ли у него в карманах наличность, уже не имело существенного значения. Нападавшие однозначно видели в руках у журналиста портфель. А то, что у него оторвана ручка, говорило, что либо Челноков не хотел отдавать его, либо пытался им обороняться. Второе казалось Гурову более верным, поскольку, вырвав портфель из рук, преступники вряд ли стали бы забрасывать его подальше в снег.

Он ничего не сказал Левашову, который после находки портфеля выглядел совсем подавленным. Наверняка районный следователь и без помощи Гурова получит нагоняй от начальства. А уж демонстративно выказывать собственное превосходство Лев и вовсе не любил. И брезгливо относился к людям, делавшим это.

После того как криминалисты в передвижной лаборатории провели все необходимые исследования доказательств, он сложил найденные вещи обратно в портфель и забрал его себе. Исследовать блокноты, телефон и планшетник решил позже, а пока следовало осмотреть квартиру Челнокова. Понурого Левашова Гуров взял с собой.

Обследование жилья журналиста районный следователь тоже не проводил. Не посчитал нужным, поскольку преступление произошло за ее пределами, а версию с умышленным убийством он сразу исключил. Теперь же осмотр квартиры Челнокова мог пролить свет на то, кто и почему решил его убить.

За рабочую версию Гуров решил принять вариант с кем-то из обиженных журналистом объектов его статей. Конечно, вряд ли бизнесмены, политики и звезды шоу-бизнеса, которых поливал грязью Челноков, самостоятельно взяли в руки нож и отправились резать Челнокова, но подослать кого-то вполне могли. Впрочем, вариант причастности к убийству кого-то из «незвездных» знакомых журналиста сыщик тоже не исключал. Хотя, для того чтобы подобное произошло, Челноков должен был проявить себя изрядной сволочью. А о том, каким был журналист, Гуров пока ничего не знал.

Помимо личной неприязни, причиной убийства могли стать карточные или другие долги, попытки шантажа, любовные связи и многое другое. По опыту Лев знал, что чаще всего причиной подобных преступлений становятся банальные мелочи вроде бытовой ссоры, а отнюдь не подготовка мировой революции. Он надеялся, что и на этот раз мотивом убийства послужила какая-нибудь ревность, но очень сомневался, что его радужные надежды оправдаются.

Присутствия понятых для осмотра квартиры Челнокова не требовалось. Экспертов Гуров решил вызвать наверх лишь в том случае, если они с Левашовым смогут обнаружить что-нибудь существенное.

Жилище журналиста аккуратностью и порядком не отличалось. Женского присутствия тут и близко не чувствовалось. В единственной комнате в беспорядке были разбросаны предметы гардероба, в раковине на кухне немытая посуда, а мусорное ведро было почти до отказа забито упаковками полуфабрикатов. Там же в углу стояло несколько пустых бутылок дешевого коньяка, а на столе – початая бутылка неплохого ирландского виски и блюдце с подсохшими кружочками лимона.

На подоконнике лежала стопка газет и журналов со статьями Челнокова. А в жилой комнате единственными интересными предметами оказались несколько записных книжек и ноутбук. Лев вызвал экспертов и, подождав, пока они зафиксируют изъятие, спустился вниз. Крячко ждал его около подъезда.

– Глухо, как в бочке, – проговорил Станислав, отвечая на вопросительный взгляд Гурова. – В половине квартир жильцов нет. Нужно будет вечером сюда опера отправить, когда хозяева с работы вернутся.

– Левашову скажи, пусть организует.

– Что-то не внушает мне доверия его работа, – поморщился Стас. – Может, наших оперов подключим?

– Не стоит, – улыбнулся Лев. – Левашов сейчас так реабилитироваться хочет, что сам каждую квартиру обойдет и допрашивать жильцов с пристрастием будет.

– Хозяин – барин, – пожал плечами Станислав.

И в этот момент к сыщикам подошел невысокий старичок в старом, но опрятном пальто.

– Вы не из полиции, товарищи? – поинтересовался он.

Станислава позабавило сочетание «полиции» с «товарищами», но ерничать на этот счет он не стал, а Гуров кивнул головой и показал заинтересованному деду «корочки».

– Думаю, я убийцу видел, – удовлетворившись документами, сообщил старичок.

– Почему считаете, что видели именно убийцу?

– Ну, я не стану утверждать, что это был именно убийца, хотя это может быть вполне вероятным, – пожал плечами старичок. – Вчера вечером, около пяти часов, около подъезда, где живет… жил Челноков, стоял посторонний мужчина. Здесь он не живет, в подъезд зайти не пытался, но явно кого-то ждал.

– Хорошо рассмотрели? Описать его сможете?

– Даже фоторобот смогу помочь составить, – улыбнулся старичок. – Одна радость на старости – зрение почему-то лучше, чем у молодого, стало!

– Это хорошо! – кивнул Лев и повернулся к Крячко: – Стас, дождись Левашова и вместе с этим гражданином отправляйтесь в участок – фоторобот составите. Не забудь напомнить старлею про вечерний поквартирный опрос. Хуже от этого точно не будет. Я – в Главк.

– Лева, а я как обратно доберусь? – возмутился Крячко, осознав, что друг оставляет его без личного транспорта.

– Придумаешь! – отмахнулся тот, забирая ключи от машины у Станислава. – Метро, автобусы, такси еще работают. В конце концов, пэпээсников напряжешь, чтобы до Главка довезли.