Его Луна, или Планета мечты
Оба опять потрясенно замолчали. Потом Ник робко протянул руку к лицу Рейвен и заправил за ухо прядку волос. Провел кончиками пальцев по оголившейся щеке.
– Можно я тебя поцелую?
Рейвен кивнула. Ник приблизился и накрыл ее губы своими, они были солеными от еще не высохших слез и дивно мягкими. И главное – она отвечала! Может, робко и неумело, однако с радостью и искренне! Ник почувствовал возбуждение, нарастающее во всем теле с безумной скоростью, тем не менее нашел в себе силы остановиться.
– Рейв, – проговорил он, тяжело дыша, – я должен тебе сказать, пока мы не прошли точку невозврата. Я увлекающийся и ветреный… да что говорить, репутация – она же впереди бежит, – горько усмехнулся он и снова стал серьезным. – Я ни к одной из девушек не чувствовал того, что к тебе. Но не могу обещать, что мои чувства сохранятся на десятилетия или даже годы. Я хотел бы быть другим, вот только не управляю этим. Единственное, что точно обещаю, что не предам и не буду врать. Если пойму, что чувства изменились, прямо тебе об этом скажу. И… если ты готова меня принять таким… Я хотел бы аналогичного обещания от тебя.
И Ник замер, с трепетом ожидая приговора. Девушка помолчала секунд пять, потом подалась вперед и поцеловала Ника в губы.
– Это ответ. Или нужно скрепить договор кровью?
Ник расхохотался.
– Конечно, кровью! – и «угрожающе» подвигал бровями.
Рейвен откинулась назад на подушку и резким жестом раскрыла плед. Во всех этих движениях была решимость человека, впервые поднявшегося на пятиметровую вышку в бассейне и стремящегося как можно быстрее прыгнуть, чтобы мозг не успел передумать. На девушке была коротенькая шелковая ночнушка на тонких бретельках, настолько аппетитно обволакивающая ее формы, что Ник тяжело сглотнул и мысленно ударил себя по рукам. Обернулся откинутым пледом по пояс. Он не хотел, чтобы Рейвен заметила, насколько сильно он уже заведен. Не хотел еще больше ее напугать. Они и так «благодаря» обстоятельствам пропустили гигантский пласт в нормальном развитии отношений. Самопожертвование «идущих на смерть» ему даром не было нужно. Ник наклонился над девушкой, мягко провел рукой по ее щеке, шее и ключице. Снова поцеловал – нежно и медленно, захватывая и отпуская каждую губу в отдельности. Рейвен даже толком не ответила в этот раз, и во всем ее теле чувствовалось напряжение, как у кобры перед броском.
– Фея, я могу тебя кое о чем попросить? – очень ласково уточнил Ник.
Рейвен только испуганно кивнула.
– Обещаю, я тебе не сделаю больно, не спросив! Но сейчас же мы можем только поцеловаться, да? Тогда просто закрой глаза, постарайся расслабиться и сконцентрироваться на своих ощущениях.
Девушка подчинилась. Ник медленно и плавно стал покрывать ее лицо поцелуями – веки, щеки, ушко.
Рейвен почувствовала, как теплое дыхание Ника скользит по ее коже.
– Так приятно? – прошептал парень, бережно прикасаясь губами к мочке уха и прокладывая дорожку поцелуев по шее.
– Да-а, – выдохнула девушка, немного расслабляясь и уже сама стараясь поймать своими губами губы Ника и ответить на поцелуй.
Ощущения были непередаваемые. Прикосновения парня будили что-то неконтролируемое, ранее спящее глубоко внутри и теперь стремящееся вырваться наружу. Рейвен почувствовала, что буквально тонет в ощущении нежности и восторга. Она уже сама не могла оторваться от его губ, а руки непроизвольно взметнулись вверх и, погрузившись в волосы парня, пытались прижать его голову еще сильнее. Стало не хватать воздуха, чтобы дышать. Девушка словно со стороны услышала свой стон. Она уже плохо что-либо осознавала, только чувствовала, как ее тело живет своей собственной жизнью, льнет к парню, отвечает на его ласки. Рейвен совершенно потерялась в новых ощущениях, не понимала, где находятся его руки, где губы… Не было ни стеснения, ни страха, ни мыслей, а лишь желание, чтобы всё это не прекращалось. Внутри девушки стал натягиваться узел, кожа горела, мышцы вздрагивали, кажется, она даже металась в объятьях Ника, шептала его имя, стонала и хотела, безумного хотела чего-то большего. А потом ее как будто что-то дернуло, все тело пронзила сладкая судорога, и накрыло ощущением запредельного счастья, которое нельзя остановить и которому только полоумный стал бы сопротивляться. Кажется, она кричала… Эйфория быстро отступила, и потерянная в пространстве и времени Рейвен ослаблено распласталась на кровати, полностью без сил и все еще тяжело дыша. Ник затянул девушку к себе на плечо и нежно поцеловал в висок.
– Фея… ты даже не представляешь, какая ты восхитительная, – благоговейно произнес он, потершись своей щекой о ее волосы.
– Я же ничего не делала, – растерянно прошептала Рейвен, пытаясь собрать мысли и понять, что именно только что произошло.
Ник ласково усмехнулся.
– Ты, может, и нет. Но твое тело так мне отзывается… Хочется бросить к твоим ногам вселенную.
Рейвен придвинулась ближе к Нику, он так и оставался по пояс закутанным в плед.
– Мне не нужна вселенная, только ты, – тихо проговорила она. – Мы же не… – смущение вернулось, и девушка не могла подобрать нужных слов.
– Не, – весело ответил Ник.
– Почему? – в голосе девушки звучали расстройство и тревога.
Ник приподнялся на руке и заглянул ей прямо в глаза.
– Первый раз всегда больно, Рейв, – с состраданием и сожалением произнес он. – Я хотел, чтоб ты знала разницу. Понимала, что тебя ждет по другую сторону боли. А теперь отпусти меня, пожалуйста, принять душ, пока меня не разорвало на тысячу Ников. Боюсь, это будет малоэстетичное зрелище…
Парень попытался встать, но Рейвен неожиданно поймала его за ладонь и потянула к себе. Подалась вперед, обвила за шею руками и стала целовать.
– Мы оба знаем способ решения этой проблемы, – проворковала она, лишь на секунду отстраняясь от парня. Ник собирался было запротестовать, сказать, что она не готова и он подождет сколько нужно… Но потом вдруг почувствовал, что того первого, болезненного напряжения в Рейвен нет и в помине. Что девушка с энтузиазмом отвечает на его прикосновения, а ее мягкое соблазнительное тело вздрагивает отнюдь не от страха. И тогда он послал всё к черту и всей душой и каждой клеткой организма устремился к точке невозврата.
…Утром Ник проснулся в своей спальне в полной темноте. Впрочем, было ли это действительно утро, благодаря шторам сказать было невозможно. Ник нажал на пульт, ткань сдвинулась, и дневной свет хлынул в комнату. Парень помнил, как принес сюда Рейвен после душа, чтобы иметь возможность поспать подольше. Его жена, теперь уже в полном неоспоримом смысле этого слова, как и обычно, свернув одеяло под щеку, мирно посапывала рядом. Ник прокрутил в голове прошлую ночь и подумал, что он, вероятно, самый счастливый человек на этой планете. А он, дурак, еще удивлялся брату, когда тот скоропалительно надумал жениться. Самое забавное, что с того момента прошел какой-то месяц… Что ж, если у судьбы такие шутки, то он, пожалуй, готов над ними смеяться без остановки.
Рейвен, видимо, сквозь сон почувствовав на себе взгляд, открыла глаза.
– Доброе утро, – протянула она со смущенной улыбкой. Ник сидел рядом и сиял ярче бриллианта в ее обручальном кольце.
– Самое доброе за всю мою жизнь, – промурлыкал Ник, еще больше вгоняя девушку в краску.
– Какие у нас планы? – решила перевести тему Рейвен.
– Ты мне скажи…
– А сколько времени?
Ник нашел на тумбочке комм и ахнул.
– Уже три часа дня!
– Вот и отлично! Значит, мы сейчас обедаем, летим к океану, устраиваем на пляже пикник… А потом ночью купаемся… как правильно, – и девушка еще сильнее покраснела.
– Заметано! – отозвался Ник, и в этот раз Рейвен была абсолютно уверена, что глаза мужа полыхнули.
Глава 11
Еще два дня пути прошли в унылой конной скачке. Мараик уже с трудом переставлял ноги, был зол на весь окружающий мир и вовсе не уверен, что хочет жить на такой отсталой планете. С другой стороны, если протолкнуть поставку аэрокаров и держаться поближе к правящей верхушке, то мирок тут вполне тепленький: статус, уважение, земли. На фоне этого конные прогулки, конечно, можно и потерпеть. Странно, они останавливались в двух тавернах, и ни в одной не было девиц для определенных услуг. Сейчас они бы ему сдались как мертвому припарки, но в целом Алекс не привык отказывать себе ни в каких земных радостях. Надо будет прозондировать эту тему поподробнее. Ну а как только он отберет у Морвэна Ясеневый Лес, так и вообще установит свои порядки. Что это будут за порядки, Мараик еще не продумывал, но сам факт, что он их установит, грел душу. А еще то, что на этой закрытой планете его точно даже самый въедливый сыскарь не достанет.
Наконец стали видны окраины Аэркараса – столицы Валинора. Сразу было понятно, что первоначально замок был построен на небольшом скальном плато по тому же принципу, что и Серебряный Ручей. Однако дома, сады, мастерские и разные строения уже обступили первоначальную крепость широким кругом, хаотично сползая в долину. Большая часть крыш была покрыта красной черепицей, искрящейся в лучах заходящего солнца так, что жилые кварталы напоминали стекающие от замка потоки лавы. Столичная архитектура была позатейливее, чем в Ручье, но Мараик сюда не на нее приехал любоваться. Ему надо было занять свое место в правящем круге этой планеты и заставить с собой считаться.
Выделенными во дворце апартаментами Алекс остался вполне доволен. Номера в элитных гостиницах, где останавливался бывший шеф Шустера, и то редко поражали такой роскошью. Первой шла огромная зала с гобеленами тончайшей работы, резной мебелью, отделанной позолотой, и люстрой, представляющей собой хрустальный цветник. Такие он видел только в театрах. В зале стоял настоящий белый рояль. По всему было понятно, что комната предназначалась для приема гостей. Второе помещение было собственно спальней. Алекс подумал, что в ней целиком бы поместилась самая просторная из квартир, которые он когда-либо снимал. Да и необъятная кровать с балдахином комфортно б разместила небольшую оргию. Из спальни было две двери. Одна – в рабочий кабинет с маленькой библиотекой, массивным письменным столом и изящным секретером, видимо, предназначенным для писца. Вторая – в ванную комнату. И здесь Мараика ждал сюрприз. Мало того что в замке оказался самый настоящий водопровод, так еще и посреди комнаты на возвышении стояла не деревянная лохань, как в Ручье и тавернах, а вполне современная ванна с джакузи.
Ни секунды не раздумывая, Мараик пустил воду и стал снимать с себя всю эту странную эльфийскую одежду, пропахшую потом и лошадьми. Вдруг сзади деликатно кашлянули. От неожиданности вздрогнув, Мараик обернулся.
– Добрый вечер, мой лорд. Меня зовут Кельторн, и я буду вашим камердинером. Распоряжение принца.
Мараик усмехнулся. Конечно! Теперь за ним еще и надзор приставили! Ну ничего, приедет Брог, этому Келю придется убраться восвояси. Между тем камердинер продолжил:
– Костюмы я развесил в гардероб. Ужин будет подан через час непосредственно в вашу залу, поскольку уже поздно. Завтра в девять утра вам назначена аудиенция у его величества в Зеленом кабинете. И вот еще, – Кель слегка смутился, доставая крупную банку с каким-то кремом, – принц просил взять для вас у лекарей мазь. Очень помогает… после длительных конных прогулок.
Мараик, к этому моменту уже погрузившийся в пузырящуюся теплую воду, с наслаждением выдохнул.
– А скажи, Кель, его величество всех высоких особ принимает в Зеленом кабинете?
– Зависит от ситуации, мой лорд, если дело публичное, то, как правило, в Тронном зале. Доверенных же лиц или… если что-то деликатное, то в кабинете. У вас больше нет вопросов? Я пойду? Когда понадоблюсь, дерните за шнурок у входной двери, – и он, поставив мазь на бортик ванной, принялся собирать сброшенные Мараиком вещи. Увидев на полу рубашку с визоплазами, он с некоторым осуждением глянул в сторону Эванеску и, аккуратно их отстегнув, положил на туалетный столик. Только сейчас Алекс обратил внимание, что на камердинере обычная рубашка.
– А где твои визоплазы, Кель?
Похоже, вопрос был крайне бестактным, потому что мужчина мгновенно вспыхнул как спичка. Но все же ответил:
– У меня так и не проснулся Дар, мой лорд.
«Хм… А камердинер из местных, пожалуй, даже неплохо, – подумал Шустер. – Во всяком случае, потом не опрофанюсь по мелочам». Ванна удивительным образом расслабляла и прямо как по волшебству вытягивала многочасовую усталость.
– А скажи-ка, Кель, – бросил он в спину уже собирающемуся выйти камердинеру. – Как у вас тут можно вызвать прелестницу?
Мужчина растерянно обернулся, и по его виду казалось, что он не понял вопрос. Странно, камердинер вполне прилично говорил на галакте, и до этого момента проблем не возникало.
– Ночную бабочку? – тот же недоуменный взгляд. – Проститутку? – уже в лоб задал вопрос Алекс.
Кажется, до Кельторна наконец дошел смысл слов. Он снова густо покраснел и сбивающимся голосом пролепетал:
– Это невозможно, мой лорд. Их нет.
Тут уже у Шустера резко увеличились глаза.
– То есть на Валиноре нет продажных женщин?!
Голос камердинера стал вообще едва различим.
– Женщины есть, мой лорд. Эльфиек нет.
– Хорошо, – Алекс кивнул, решив прояснить ситуацию до конца. – Где их найти?
Камердинер цветом уже напоминал свежесваренного рака.
– З-за Ветвистым отрогом начинается долина, мой лорд. Там человеческие поселения. В одном точно есть б-бордель.
– Далеко отсюда?
– Верхом часов шесть. Точнее не подскажу. Но… если станет известно об этом, мой лорд… Вашей репутации может быть нанесен непоправимый урон.
– Ясно. Когда долго живешь в другом мире, грани несколько стираются…
– Я понимаю, мой лорд, – поспешно пробормотал Кельтор и чуть ли не выбежал из комнаты.
«Ну хорошо хоть предупредил, – подумал Шустер. – Репутацию пока, будь она неладна, надо тщательно беречь».
***
В пещеры группа вылетела вшестером – Рэд с Селеной, оба биолога, Радеро, который в этот раз почему-то активно ими заинтересовался, и Вальц – ответственным за безопасность. Пал Палыч предлагал взять еще пару охранников, но Радеро счел неудобным перемещаться в замкнутом пространстве столь большой толпой. Считал, что даже шестеро многовато и они станут мешать друг другу. Особенно его, кажется, не радовало присутствие Селены.
– Какова ее роль? – недовольно бросил он Джарэду.
– Она мой биограф, – совершенно серьезным тоном, не позволяющим диалогу перейти в спор, осадил главу дознания Рэд.
Селена с трудом сдержала смех. Радеро, похоже, тоже почувствовал, что Джарэд издевается, но просто стиснул зубы и молча сел в аэрокар.
Для начала осмотра выбрали ближайшую пещеру к заваленной. Логично было предположить, что их пустоты где-то в глубине совмещаются, а значит, и там должен быть воздух. Радеро лично проконтролировал на всех спелеологические обвязки и каждому участнику группы выдал каску. Вроде бы миссия являлась предварительной, рассчитанной на неполный световой день, но глава группы дознания подошел к ней со всей ответственностью.
– Пока идем со включенными щитами. Держим дистанцию метр. Впереди я, следом вы, посол, – Радеро буквально выплюнул это слово, – Вальц замыкающим. Если рельеф будет усложняться, придется отключать щиты и работать в связке. Но это уже дальше, по обстановке.
Первая пещера, несмотря на очень узкий вход, оказалась просторной и высокой. Шесть «Севайвелов», однако, умудрялись осветить ее практически целиком. Кэрол поморщилась.
– Мы с такой иллюминацией всю живность распугаем, если она тут есть! Давайте хотя бы часть выключим!
Радеро распорядился погасить комбинезоны Рэду и Марлен, так цепочка оказывалась более-менее равномерно освещенной. Достаточно тесный коридор плавно уходил из пещеры куда-то вниз, довольно долго петляя без разветвлений. Кэрол делала замеры воздуха каждые несколько минут. Уровень кислорода постепенно повышался. Хорошо, что шли с достаточным освещением: справа от тропы неожиданно обнаружился провал. Посветив в него, Радеро ничего не обнаружил, а устанавливать спецтросы и тому подобное оборудование для спуска в планы группы сегодня точно не входило. Это был чисто «пристрелочный» выход.
– А вы чувствуете, как здесь стало сыро? – попыталась шепотом произнести Марлен, но звук вышел неожиданно гулким.
Радеро остановил группу взмахом руки.
– Замрите все на минуту, – недовольно скомандовал он, – тогда мы, может, еще что-нибудь услышим.
В образовавшейся тишине раздался непонятый далекий урчащий звук. Тени вокруг группы добавляли атмосферности, и Селене всё происходящее начало напоминать завязку фильма ужасов. Богатое воображение стало подсовывать картинки с тварями-людоедами, полчищами пауков и склизкими инопланетными яйцами из давно забытого фантастического триллера. Впервые появилось желание тут же двинуться в обратную сторону. И лучше – бегом. Она глянула на стоящего в трех метрах впереди Рэда. Тот словно почувствовал ее взгляд и, обернувшись, ободряюще улыбнулся. От его улыбки и спокойствия девушка оживилась. Фантазии попритихли.
– Судя по всему, впереди метрах в ста река. Ее еще не видно, но звук характерный. Надеюсь, все понимают, что ничего без крайней необходимости не трогать и руки, даже в перчатках, в жидкость не совать?
Селене показалось, что при этом Радеро посмотрел именно на нее, считая, видимо, самой недалекой в группе. Но, поскольку вопрос был скорее риторический, девушка, как и все, предпочла не отвечать.
Дальше снова двигались молча. Шум нарастал, и уже отчетливо различались булькающие звуки. Вскоре проход вывел в большой зал, на одной из стен которого низвергался самый настоящий трехметровый водопад. В свете фонарика виднелось, что в его основании высокая галерея, но попасть в нее можно, только используя снаряжение. Марлен с Кэрол отключили индивидуальные щиты и кинулись брать пробы воды и счистки с горной породы. Селена просто осматривалась. Водопад переходил в речку, которая заполняла один из проходов. В этом коридоре – метра два в ширину и примерно столько же в высоту– жидкость в реке текла совершенно прозрачная, и было видно, что глубина русла по колено, не выше.
– Ой, смотрите, – восторженно ахнула стоящая рядом с Селеной Марлен, – тут на потолке какая-то плесень… Или это даже мох? Снизу плохо видно.
– Давай емкость, я дотянусь, – охотно предложил свою помощь Питер, и «мыльная пленка» вокруг него погасла.
Марлен с благодарностью подала лейтенанту контейнер и плоский пинцет. Но, как только Вальц протянул инструмент и ущипнул мох, тот неожиданно дернулся и кинулся наутек. Селена резко отскочила назад, чуть не столкнувшись с Рэдом щитами. Марлен и Вальц тоже отшатнулись и тут же включили силовое поле. Питер при этом успел еще и оторванный кусочек «плесени» закрыть в банке. Минуты две вся группа стояла в тишине.
– Э-это животное, что ли? – выходя из ступора, переспросила Селена.
– Пока не знаю, – ответила Марлен, принимаясь разглядывать другие стены. Но больше похожей «поросли» нигде не было видно.
– Тут есть еще один коридор, – громко произнес с другой стороны пещеры Радеро. «Дор-дор-дор-дор», – отозвалось эхо.
Селена снова вздрогнула. Нет, определенно стоит лечить нервы. Надо же, как расшатались. От эха шарахаться! Девушка сама на себя разозлилась и первой поспешила к Радеро. Тот недовольно зыркнул на нее.
– В шеренгу в прежнем порядке! И погасите лишнюю иллюминацию!
Кэрол достала какой-то странный прибор.
– Это ловушка, – пояснила она удивленному большинству. – Если мы встретим еще… что-нибудь такое, то хорошо бы его поймать. Она безвредна для животных. Объект просто засасывает внутрь.
Проход снова вел с легким уклоном вниз, и слух опять начал улавливать какие-то звуки. Они не были похожи на воду, а скорее на шепот или шелест листьев. Опасаясь новых неожиданностей, Радеро достал из непромокаемого рюкзака дрон и отправил его на разведку.
– А что мы раньше так не сделали? – недовольно пробубнила Марлен.
Радеро смерил ее взглядом, но ответить, видимо, счел ниже своего достоинства.
– Здесь слишком толстые стены, дрон далеко не пройдет. К тому же, потеряв радиосигнал, велика вероятность остаться и без самого аппарата, – пояснил вместо главы группы Рэд. Он стоял всего в метре от Радеро, и ему хорошо было видно, как «разведчик», преодолев этот коридор, повернул вправо, пролетел еще метров двадцать, снова свернул, и сигнал стал колебаться на самом низком уровне.
– Дальше дрон пока не отправишь, сигнал почти пропадает. Так что пошли. Тут всё чисто, – констатировал Радеро.
– Я бы так не сказала, – проговорила Кэрол, снимая маску и морща нос. – Кислород уже давно в норме, но воняет тут жутко.
– Если это сероводород, надо срочно возвращаться, – произнес глава группы дознания, доставая свой газоанализатор. Рэду было видно, как хаотично мелькали на нем показания, противореча друг другу.
– Майор Ланц, что на вашем? – уточнил планетарный инспектор.
Но прежде, чем Кэрол достала прибор, Рэд снял свою маску и потянул воздух носом.
– Нет, сероводород пахнет тухлыми яйцами…
– Вам-то откуда знать? – со скепсисом буркнул Радеро, пока биолог пыталась произвести замеры.
– Случалось бывать на вулкане, – неопределенно ответил Рэд, надевая маску назад. – Думаю, всё равно безопаснее дышать из баллона. Кто знает, какие тут могут быть бактерии.
– О да-а-а, – мечтательно протянула Марлен, особенно внимательно присматриваясь к стене пещеры, как будто рассчитывала их там увидеть.
– Чертовщина какая-то, – недоуменно резюмировала Кэрол. – Первое показание было совершенно чистым, а теперь прибор как взбесился. Он каждые пять секунд меняет данные!
– Очередная магнитная аномалия? – подал голос Питер.
– Хрен знает, – зло рубанул Радеро, – но придется возвращаться.
– Если мы не будем снимать маски, то вполне можем продолжить путь, – вставила Марлен. – Давайте хотя бы попробуем поймать такую травку! Дрон же показал, что нам ничего не угрожает?
– Он показал, что нет физических помех. Всё. Назад, – категорично пресек уговоры Радеро.
Группа не стала перестраиваться, теперь первым шел лейтенант. Помимо комбинезона он включил фонарик и водил им по стенам. Селена была почти уверена, что Питер ищет сбежавшую «поросль», чтобы порадовать Марлен. Почти у выхода в зал удача улыбнулась парню.
– Майор Ланц, – проговорил лейтенант шепотом, останавливая группу. – Идите сюда с ловушкой. Кажется, я нашел вам подопытного.
Аппаратик ловко «заглотил» объект, тот даже дернуться не успел. Но шепот при этом усилился в разы. Стал режущим уши, почти на грани ультразвука.
Через минуту группа вышла назад в зал с водопадом, вот только тут что-то неотвратимо изменилось. В пучках света было видно, как стены, потолок и пол буквально колышутся. Селена инстинктивно подскочила ближе к Рэду.
– Мать моя женщина, да их тут тысячи… – проговорил Питер, но слова плохо были слышны в общем шуме.
Глава 12
Отряд сдвинулся максимально близко, но так, чтобы щиты не коснулись друг друга.
– Давайте быстро пробежим к выходу, пока не напали, – предложил лейтенант.
– Если мы кого-то раздавим, они, наоборот, могут еще быстрее кинуться, – вставила Марлен.
– Вам хоть что-то известно об этой дряни? – выплюнул Радеро в сторону Кэрол.
Та растерянно помотала головой. В этот момент что-то шлепнулось с потолка на щит дознавателя. Кажется, на землю не упали даже угли, но шлепок словно послужил сигналом к действию. Колышущаяся масса кинулась к людям. Существа, к счастью, не умели летать, но с потолка посыпалась лавина. Щиты, не переставая, искрили, как будто в пещере случилось одно огромное короткое замыкание.
– К выходу! – крикнул Радеро и бросился вперед, не разбирая пути. Свист давил на уши, мешая соображать. В дожде из «плесени» было плохо видно дорогу, и никто уже не смотрел, куда наступать. Селена в ужасе подумала, что будет, если не выдержат силовые поля. Плотоядный ли это мох или ядовитый, а может, и просто безобидная «травка» – проверять не хотелось. Группа стремительно добежала до разлома. Благо он находился немного в стороне от тропы и риска свалиться не было. Мох почему-то неожиданно прекратил преследование.