И у империи может быть лишь один Апексар, иначе говоря – Верховный, президент, король, император. И сейчас это Валентин-Орланд Голденштерн, мой отец.
Несмотря на рецидивирующие негативные вспышки в моем здоровье, Орланд все еще искренне верит в то, что современная медицина справилась с моим больным сердцем. Но мы оба знаем, что это не совсем так. Очевидно, что в Драгоне он не видит будущего правителя, а наш старший брат, Артур – давно наплевал на долг перед семьей и отправился покорять космос в прямом смысле этого слова.
После окончания учебы я положу всю свою жизнь на то, чтобы стать великим апексаром.
Не уверен, что до конца определился с тем, каким именно правителем я буду – тираном, манипулятором или иллюзионистом, но я определенно намерен дожить до этого момента. День признания моей абсолютной власти станет для меня еще одним днем рождения, и очередным подтверждением того, что я смог победить смерть.
Смог выкарабкаться с того света, и отвоевать лучшее для себя из возможного.
Вопреки всему. Вопреки прогнозам врачей, вопреки своим генам, вопреки огромному шраму на своей груди.
Я хорошо помню день, когда он появился. Мне было девять. Помню, как воротило от смрадного запаха лекарств. Как болели исколотые вены на внутренней стороне локтевого сгиба. Я думал, что этот ад никогда не закончится, обследования перед операцией казались мне вечностью, как и время, проведенное в больнице.
Я горстями пил лекарства, наблюдая за своими сверстниками в интернете – как они занимаются спортом, улыбаются, ходят в общественную школу, отправляются на лето в спортивный лагерь и творят сумасбродные вещи.
До операции слово «адреналин» вообще было для меня под запретом. И лишь эта сложная манипуляция могла подарить мне новую жизнь или отнять ее навсегда.
Когда я понял, что процедура неизбежна, я осознал, что у меня есть только два пути: умереть или стать сильнее.
Накануне операции я сходил с ума от голода и, честно говоря, от скуки. Родителям запретили посещать меня за сутки до, чтобы их визит не повлиял на мое давление и сердцебиение. Моя мама – тревожная женщина, она итак смотрела на меня так, словно я находился одной ногой в могиле, поэтому это было прекрасным решением.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: