– Никто не толкал, я видел, как он сам шагнул!
– Закройте рты! – это уже Лилит, не выдержала галдеж и прикрикнула на сокурсников. Говорить они не перестали, но перешли на шепот.
Меня же трясло от страха. Еле нашла в себе силы, чтобы подойти к черте и не отвести взгляд от Дона. Парень лежал на спине, руки неестественно выгнулись, когда падал, по бледной коже струилась кровь. Завеса поранила его лицо острыми невидимыми осколками. Зачем он это сделал? Знал же, что нельзя переступать! Первокурсникам об этом каждое утро на лекциях напоминают, не мог ведь не знать!
– Он дышит, смотрите! – вскрикнула, заметив, что его грудь приподнялась. Несколько раз моргнула, пристально всмотрелась в лицо. Ну дышал ведь, дышал…
Порыв ветра взметнул темные волосы Дона, запутал в них несколько листьев и плавно опустил на землю. Глаза его были открыты, и в них все еще читался тот ужас, как и несколько минут назад.
– Астрид, он… – Лилит стиснула мой локоть. – Идем в комнату? Вон и лекари уже бегут, они сами справятся.
– Но как же, он ведь вздохнул, я видела!.. – тряхнула головой и вырвала локоть из цепких пальцев. – Я останусь здесь, мне нужно знать.
– Зачем?
Вопрос вогнал меня в ступор. Не знал на него ответ, но в груди что-то щелкнуло, а моя извечная жалость ко всему живому топила меня с головой. Ему ведь всего восемнадцать, в Архангольдере ждут родители, учиться-то всего пять лет. А теперь что? Как они без него?
– Расходитесь, здесь не на что смотреть!
От громкого голоса лекаря вздрогнула, и словно очнулась. Внезапно стало холодно, как если бы выбежала в мороз в одной ночнушке и босиком.
– Идем, выпьешь чаю, – тихо, но с нажимом, проговорила подруга, мне не оставалось ничего другого, кроме как последовать за ней.
Оставшееся до вечера время мы не выходили из моей комнаты. Принесли выклянченный у поварихи чайник, печенье, я закуталась в одеяло, все никак не удавалось согреться. Перед глазами то и дело возникало бледное безжизненное лицо Дона, и тот страх, что он испытал, словно чувствовала и я сама.
В голове как факт крутилась мысль о том, что я вообще-то именно боевой артефактор. Не тот, что из вулканического пепла лепит спирали для кухонных плит, а тот, что прилаживает камни к мечам, чтобы они никогда случайно не соскользнули всего лишь царапая грудь, а точно попадали в цель.
За одну минуту в голове пронесся целый вихрь мыслей. Помню, как я упрашивала Дамира дать мне шанс поступить в академию, ведь в нее брали магов только из благородных семей, уж точно не сирот. Даже потенциал моей магии, который равнялся девяноста трем единицам, не был решающим аргументов в споре между мной и ректором, а вот моя настойчивость сыграла свою роль. Меня взяли только в октябре, целый месяц я жила в поле, где предположительно находилась Академия, Дамир выходил несколько раз в неделю, чтобы отправить меня восвояси, но потом вышел и просто молчал. Попросил меня создать артефакт из подручных средств, и когда через час в его руки легла обычная палка, рассмеялся. Он смеялся громко и долго, а потом захрипел, спустя минуту его голос пропал. Голос вернулся только через неделю, а я уже училась, пребывая вне себя от счастья.
– Астрид?
– Задумалась, извини, – глотнула уже остывший чай и взглянула на Лилит.
– Испугалась? Жалко его, но сам виноват…
– Ты бы могла убить человека?
– Что? – подруга уставилась на меня удивленно и неуверенно добавила: – Мы ведь для этого здесь и учимся, разве нет?
– Да, но… я вдруг поняла, что у меня никогда не хватит силы воли лишить кого-то жизни.
Замолчала, обдумывая свои слова.
– Думаю, что смогу, если придется, – Лилит пожала плечами и захрустела печенькой.
Солнце уже давно скрылось за вновь появившимися тучами, и сейчас в стекло барабанили крупные капли дождя, делая мое настроение еще более мрачным. В голове не укладывались события, произошедшие сегодня, но смерть того почти незнакомого паренька взбудоражила мое сознание сильнее, чем внезапное появление Инга Ранмаира. Вот его убила бы и глазом не моргнув.
Да вру, конечно, у меня бы не хватило духу… Как и у него. Иначе зачем он в тот день привел с собой палачей? Трусливый слабак!
– Так, тебе нужно поспать. Давай, ложись, встретимся утром. Не забудь, завтра первое занятие у магистра Григорна, опять будет учить бессмысленной математике, но если не придем, бессмысленными окажутся четыре года потраченных на обучение.
Заснула почти сразу, а проснулась только под утро. Сразу умылась, собралась и побежала на лекцию.
Лилит была уже в аудитории, как и все ученики Закрытой академии. Когда я вошла на меня обернулись многие, мне даже на мгновение показалось, что я проспала и сейчас опаздываю, но потом заметила у кафедры Инга. Магистр Григорн что-то втолковывал ему, на что принц не обращал никакого внимания, а вот меня сверлил взглядом.
– Адептка Пабицин, забираю вас на первое практическое занятие, – повернулся к аудитории и несмотря на гнев магистра, произнес: – Примерно так вы будете узнавать когда и где будут проходить мои уроки. Хорошего всем дня!
Математик что-то еще возмущенно кричал, а меня уже волокли на выход.
Глава 3
– Вы… Да вы… – никак не могла подобрать таких слов, чтобы и не нагрубить, потому что грубость преподавателю карается законом Академии, и в то же время высказать свое недовольство так, чтобы ему сразу было понятно кто он.
– Астрид, не ори, голова с утра раскалывается, – магистр недовольно поморщился, и наконец отпустил мой локоть. Дальше пошел быстрым шагом, бросив через плечо: – Не отставай.
А у меня был выбор? Разумеется, нет. Гадство! С удовольствием послала бы Инга куда подальше, но диплом… Без него я из этой Академии не уйду!
– Почему сразу я? Там еще почти пятьдесят адептов! Начните с первого курса, им нужнее!
– Пятому нужнее, вам выпускаться в конце в года, а вы меч в руках держали только над столом.
В этом он был прав, мне оставалось только скрипнуть зубами от досады. С другой же стороны, может и к лучшему – быстрее отмучаюсь и вернусь к обычной жизни, пока он остальных обучит пара месяцев пройдет.
Инг свернул на выход из замка, поспешила за ним радуясь, что догадалась сегодня надеть сверху формы теплый жилет. Форма Академии состояла из кожаных брюк, высоких ботинок на шнуровке и тонкой рубашке с длинными рукавами. Вполне удобно, если ходить только внутри здания, да и создавать артефакты вообще можно в халате, специальная одежда тут ни к чему – если артефакту взорваться, то он это сделает, а в чем ты одет уже будет неважно.
Но учитывая то, что благодаря Ингу занятия теперь будут еще и на улице, одним теплым жилетом не отделаешься – ветер пробирает насквозь до костей, а когда он дует со стороны Севера, то температура на улице понижается до максимума.
– Мы зачем туда идем? – застыла как вкопанная, опасливо поглядывая вперед. Там, у самой Границы со стороны Селериуса находилась небольшая по размеру конюшня. Магистры оставляли в ней своих лошадей. Преподавателям-то можно за завесу, вот они и катаются иногда…
Но мне-то туда зачем?
– Всегда такая любопытная? Ах, да, забыл. Ты же так любишь совать нос в чужие дела, – кинул камень в мой огород не оборачиваясь, подошел к конюшне и пока отпирал ворота, я стояла неподалеку, не желая приближаться.
– Прикажете мне пойти с вами в одиночку, и при этом не спрашивать куда и зачем? Мне кажется, это и мое дело тоже.
– Что в этом такого? Ты – моя ученица, Астрид. Хм, так долго мечтал произнести эту фразу…
– Произнесли, довольны? Теперь давайте я пойду, и приглашу сокурсника, вы его и обучите, а меня как-нибудь потом.
– Я не шучу, и в данный момент ты действительно обязана быть на занятии, от этого зависит и твой диплом, и моя карьера.
– Она вам нужна? – усмехнулась, окинув ироничным взглядом мужчину. Может у него титул на всю жизнь забрали?
– Как это ни странно, но да, нужна. Если ты забыла, то у меня нет ни денег, ни титула. По твоей воле между прочим.
Инг скрылся в конюшне, а через несколько минут вывел двух белых коней. Красавцы! Именно этих ректору подарил император, и Дамир ну очень берег лошадок. Как он осмелился доверить их Ингу?
– Ездить хоть умеешь?