– Начни с директора, – попросила подруга, подаваясь вперед.
– Думаю, самый адекватный среди них – именно Итон-Бенедикт, – тихо произнес Шархай. – При дворе никогда не состоял, в двенадцать поступил на военную службу, был перенаправлен в море Штормов на корабль капитана Рейгла Старича. Через семь лет дослужился до капитана. Отличился лишь однажды, во время нападения ватчеров, но больше в геройстве замечен не был. Прослужил положенные пять лет капитаном, после чего ушел в отставку и подал прошение на освободившееся место директора.
Кики разочарованно скривила губы и побарабанила пальцами по столу. Я тоже слегка приуныла. При нашей последней встрече директор меня заинтриговал, но стоило фактам развеять ореол таинственности, как интерес тут же схлынул.
У человека было столько возможностей заполучить интересную жизнь, полную морских приключений, стычек с контрабандистами и пиратами, а он? Все, что он сделал интересного, – разок подрался с морскими чудовищами. Банальщина!
– Гораздо больше могу рассказать о телохранителе наследника, – заметив нашу с Кики реакцию, улыбнулся оборотень. – Дерен Маккалич успел побывать в таком количестве переделок, что перечислять устанешь. В свои двадцать пять первый меч трона успел обесчестить половину королевского двора, а вторую вызвал и победил на дуэлях. Однако спустя два года разгула и драк Дерен неожиданно остепенился и присягнул на верность Светлому принцу. Поговаривают, что такая верность младшему наследнику не могла появиться на пустом месте.
Подруга схватилась за краешек стола и потрясенно прошептала:
– Неужели он его сын?
Секунду Шархай растерянно смотрел на нее, а затем запрокинул голову и заржал.
– Кики, включи мозг и займись арифметикой! – Я тоже не смогла удержаться от улыбки. – Дерену двадцать пять, престолонаследнику – девятнадцать. Даже при очень большом желании Маккалича это биологически невозможно!
Рысь надулась, почему-то виня нас в своем промахе, скрестила на груди руки и ушла в себя. Шархай перестал гоготать на весь ресторан как обезумевший гиббон и наклонился так, чтобы его могла услышать только я.
– Мало кто знает, но наш постельных дел рыцарь питает слабость не только к мечам. – Взгляд желтых глаз скользнул по моим волосам. – Он неравнодушен к черным кошечкам, так что будь осторожна…
И пока я хлопала глазами, пытаясь понять, насколько бурным должно быть воображение, чтобы представить меня рядом с Маккаличем, оборотень наклонился вперед, ловко подхватил тарелку Кики и поставил перед собой.
– Ты вконец обнаглел? – тут же взорвалась подруга.
– Я голоден, – с наглой улыбкой заявил тигр и, игнорируя недовольное шипение девушки, добавил: – Кстати, я узнал кое-что и про наследника…
– Можешь не продолжать, – внезапно оборвала его рысь, сосредоточенно разглядывая что-то за нашими спинами.
– А чего уж! Я бы с удовольствием послушал.
Мы с Шархаем синхронно обернулись на звук чужого голоса и… голубоглазого блондина королевских кровей.
Засунув руки в карманы серых брюк, младший наследник стоял прямо за нами. Светлые длинные волосы убраны назад, водянисто-голубые глаза потемнели от злости, а на губах – снисходительная усмешка. Ну как устоять перед таким-то «красавцем»!
– Гляньте, кто пожаловал! – с притворной радостью воскликнула я. – А почему один? Где толпа подпевал? Где прихлебатели? Где сторожевой пес Маккалич?
Джером криво улыбнулся и наклонился вперед.
– Осторожнее, кошка, – зашипел он не хуже разгневанной гадюки. – Если ты парда, это не означает, что тебе все сойдет с лап.
– Не парься, высочество! В отличие от некоторых, я знаю разницу между наглостью и вседозволенностью.
Краем глаза заметила, как Кики нервно теребит краешек салфетки, а Шархай повернулся в кресле так, чтобы было удобно перейти в боевую форму. Не напрягайтесь, ребята. Этот смазливый засранец не захочет со мной связываться.
– Ого, как, оказывается, крепко я засел в твоей хорошенькой головушке! – самодовольно усмехнулся наследник, а затем резко выпрямился и гордо вскинул подбородок. – Директор просил напомнить, что отработка начнется завтра, – процедил он, и каждое слово было пропитано холодом. – Встречаемся у входа в западную пристройку. И не опаздывай.
Отдав распоряжение, Светлый принц еще больше задрал нос (хотя, казалось бы, куда уж выше) и, развернувшись на пятках, устремился к лестнице, ведущей на второй этаж.
Судя по шуму и ажиотажу, творящемуся наверху, все прихлебатели, подлизы и подпевалы были там. Я смотрела принцу вслед и представляла себе самое волнительное и прекрасное зрелище: наследник спотыкается на ступеньке и кубарем катится вниз. Но Джером не сделал мне такого подарка и без происшествий поднялся наверх.
Я огорченно вздохнула, обернулась к столу и поймала крайне заинтересованные взгляды тигра и рыси.
– Что?
– По-моему, о наследнике ты знаешь больше моего, – задумчиво произнес Шархай.
Глава 2. Труд. Тот самый, который облагораживает
– Кики, это что за бесовской приблуд?
Подруга страшно смутилась и поспешила прикрыть ладонью украшение на правой руке, но я уже успела оценить страшненький браслет, криво сплетенный из ниток желтых, оранжевых и черных цветов.
– Шархай вчера подарил, – призналась Кики, старательно избегая встречаться со мной взглядом.
– И за что же тебе такая… прелесть?
Кики печально вздохнула:
– Кажется, тигр на меня запал…
– Ой! – не сдержала я эмоций. – Когда ты успела проштрафиться перед всеми кошачьими богами?
– Обучающаяся Вейрис!
От громоподобного баса преподавателя вздрогнула не только я, но и бо?льшая часть ребят, сидящих в аудитории.
– Да, профессор Каспо?!
Я вскочила со стула и настороженно посмотрела в сторону мужчины.
Каспо был чистокровным хафлингом. Его макушка заканчивалась где-то в районе моего пупка, но шутить с мужчиной никто не решался. Недостаток роста преподаватель по разумным расам компенсировал скверным характером и таким громким голосом, что порой, когда он ругал обучающихся и обзывал бездарями, дребезжали стекла в оконных рамах.
– О чем я только что говорил, Вейрис? – рявкнул Каспо.
Я растерянно глянула на доску, прочла тему лекции: «Основные виды расы эльфов» и навскидку ответила:
– Вы весьма увлекательно рассказывали об основных отличиях ушастых друг от друга!
Обычно профессор Каспо невероятно бесился, когда кто-то позволял себе непочтительные обращения типа «хвостатые», «полурослики», «гномы», «зеленые»… Ляпни я «тупорылые» на теме «Тролли и их культура», барабанные перепонки всех присутствующих в классе прочувствовали бы на себе всю мощь легких преподавателя, но мы обсуждали эльфов… А ключик к сердцу любого хафлинга лежит через пренебрежительное отношение к эльфам.
– Ушастых? – спокойно повторил он. – Вейрис, я попросил бы не употреблять сокращения, используемые необразованным населением… Садитесь.
Я украдкой выдохнула и плюхнулась рядом с Кики.
– Продолжим, – проронил хафлинг, опираясь рукой на кафедру.
Которую, кстати, специально сконструировали под его размер, чтобы преподаватель мог обозревать студентов, внемлющих каждому его слову, а не пряжки на форменных школьных ремнях.